Чтение онлайн

Девана критически осмотрела деревенских девок и, по-хозяйски усаживаясь за стол, заявила:

– Как по мне, то глиняные истуканы в качестве обслуги имели несомненные и неоспоримые преимущества, и прежде всего в том, что не умели разговаривать, - последняя реплика относилась к девицам, которые, барражируя вокруг стола, бросали на Стаса многозначительные взгляды и при этом непременно прыскали в кулак.
– Но, принимая во внимание объективную необходимость поддержания изрядно пошатнувшегося за последние годы фундаментального мистического авторитета, - Девана язвительно улыбнулась, - вынуждена признать целесообразность присутствия здесь этих трех соблазнительных самочек.

– Девана, заканчивай язвить, - устало пробормотал Стас.
– Мне на сегодня впечатлений более чем достаточно. А если тебе не дает покоя эротическая составляющая нововведений Колояра, то, во-первых, ты присутствовала при всем этом и могла, в отличие от меня, оказывать некоторое влияние на происходящие процессы. А во-вторых, если тебя так волнует мой "авторитет", то у меня имеется альтернативное предложение: заняться его восстановлением с гиперборейской княжной и по совместительству богиней прямо сейчас и на глазах у представительниц местной общины. Я думаю, что после подобного действа он, то бишь "авторитет", ни в каком дополнительном подтверждении нуждаться не будет долгое время.

– Заманчивое предложение, - хитро прищурив глаза, проворковала зеленоглазая бестия.
– А не боишься, князь, что я его могу и принять? Как-никак, восемь лет тебя не видела. Шучу я, шучу, - рассмеялась девушка.
– Бокал хорошего вина и легкий ужин перед ночными утехами еще никому не мешал. К чему торопиться?

– Девана, у меня вообще-то к тебе серьезный разговор имеется. Ты не могла бы мне организовать встречу со своим родственником, Чернобогом? Кем он тебе приходится, двоюродным дедом?

– Что ты забыл в мире мертвых, князь?
– Взгляд богини враз посуровел.
– Чернобог мне не родственник и вовсе не брат Сварога, как принято считать у людей. Он - один из немногих древних Иерархов [181] Большого Круга, оставшихся в этой реальности, не Архонт, конечно, но фигура заметная и, главное, если так можно сказать, нелюдимая.

– Что, так сложно записаться к нему на прием? Велес мне как-то говорил, что у меня шанс пообщаться с ним имеется. Весь вопрос в том, как его найти?

– Чернобог крайне редко поднимается в мир Яви. Но, как ни странно, ты обратился по адресу. Хоть я и не его внучка, но старый Иерарх испытывает ко мне теплые чувства, и часть его темной силы присутствует во мне. Еще, конечно, Мара могла бы составить для тебя протекцию, но обращаться с просьбой к самой Смерти - не знаю...
– Девана на секунду задумалась.
– Тебе действительно нужна эта встреча?

– Мне кажется, да. Хотя я последнее время вообще ни в чем не уверен. Если ты не хочешь сопровождать меня, может, просто укажешь координаты его резиденции?

– Навь - это миры наваждений и иллюзий. Там нет четких координат, там вообще нет ничего точного и конкретного. Навь не подчиняется логике и законам мироздания, там существует только закон притяжения подобий, который и формирует зыбкую структуру этой реальности.

– Я много путешествовал по мирам Веера Реальностей, был и в нижних ее слоях. Приятного там мало, конечно, но так, чтобы совсем без координат?

– Ты был в реальных мирах в иных измерениях, если хочешь, но Навь - особая реальность, отличная от всего, что ты видел.

– И в чем отличие?

– Это иллюзорная реальность, созданная мыслями, желаниями и фантазией людей. Вы сами являетесь постоянными творцами миров Нави и их проводниками. И, так же как и ваши мысли, миры Нави неустойчивы и неуравновешенны - это миражи, отпечатки сознания, иногда далеко не самых лучших представителей вашего рода.

– То есть попасть самостоятельно в миры Нави невозможно?

– Ну почему же? Например, можно умереть, и ты сразу окажешься там. Можно заснуть, и твое подсознание будет путешествовать по самой структурированной части этой реальности - Снави. Тебе, вероятно, и в осознанном состоянии под силу преодолеть барьер между нашими реальностями, но для начала нужно там побывать, а для этого необходимо, чтобы тебя туда позвали, хотя бы раз открыли портал.

– Зайцем или безбилетником, значит, никак не получится?
– Стас внимательно слушал богиню, хоть и пытался шутить, но серьезность, с которой Девана рассказывала о царстве мертвых, начала передаваться и ему.
– В таком случае, должна же быть где-то на Земле касса по продаже билетов в чертоги Чернобога?

– Иерарх обитает в самой отдаленной области Темной Нави Йотунхейме, [182] попасть туда можно, но только вместе со мной, поскольку я там уже была, и только через определенный портал, расположенный на капище Чернобога. Должна сразу сказать, что отправляться туда в гости не имею ни малейшего желания.

– Что, все так плохо?

– Сама по себе Темная Навь - это область темных сил. Угасание творческих способностей, апатия, слепые страсти одолевают каждого, кто попадает туда, вызывая страх и злобу. Там нет места творчеству, только подражание и приспособление, граничащее с искажением действительности. Там обитают души неупокоенных людей, неспособных что-то исправить в прожитой жизни. Это мир существ древней тьмы, лишенных созидательных способностей и нуждающихся в потреблении чего-то готового, например, живого человеческого сознания.

– Какая-то слишком угрюмая картина получается. Сам собой возникает вопрос: зачем древнему гиперборейцу выбирать место обитания в столь мрачной среде? Или общество себе подобных ему ближе по духу?

– Чернобог не олицетворяет абсолютное зло и хаос как таковые, он является неотъемлемой частью мира, воплощением тех законов, без которых невозможно само существование мироздания. Хотя, конечно, столь длительное пребывание в подобном окружении неизбежно накладывает отпечаток даже на очень сильную личность. А Йотунхейм выбран им в качестве резиденции именно потому, что представляет наибольшую опасность для миров Яви. Законы Йотунхейма неподвластны никакой логике. Попытка их понять - это начало мутации твоего сознания в сознание Йотуна, причем очень быстрой мутации, и противостоять этому явлению крайне непросто, особенно человеческому рассудку.