Наследие
Шрифт:
«Ты не должен сомневаться в себе», – даже не обернувшись, сказала ему Виерна, все еще занятая своим ритуалом.
Однако услышав раздраженный вздох Динина, она все же повернулась, в ее прищуренных глазах мерцал злой красный огонек.
«В чем смысл?» – спросил Динин, храбро воспротивившись ей. Даже если она и не была в фаворе у Лолт, во что Динин так упрямо верил, Виерна была больше и сильнее его, да к тому же обладал некоторой жреческой магией. Он стиснул зубы и решил не отступать, боясь, что навязчивые идеи Виерны вновь могут положить все, что находилось вокруг него, на алтарь уничтожения.
Вместо ответа, Виерна извлекла из-под полы своей жреческой одежды удивительный хлыст. В то время, как его рукоятка была сделана из обыкновенного черного адамантита, пять плеток представляли из себя живых, извивающихся змей. Глаза Динина расширились; он понял назначение этого оружия.
«Лолт позволяет носить это лишь своим высшим жрицам», – напомнила ему Виерна, любовно лаская рукоять оружия.
«Но мы потеряли ее благосклонность…» – начал было спорить Динин, но это был слишком неубедительный аргумент перед лицом доказательств предъявленных Вирной.
Виерна обвела его взглядом и зло, почти мурлыкая, рассмеялась, наклонившись при этом, чтобы поцеловать одну из змеиных голов.
«Тогда зачем идти за Дриззтом?» – спросил у нее Динин. «Ты вновь обрела фавор Лолт. Зачем рисковать всем, пытаясь отыскать нашего брата-изменника?»
«Именно поэтому я и вернула фавор Лолт!» – закричала на него Виерна. Она сделала шаг вперед, и Динин предусмотрительно попятился назад. Он помнил свою молодость в Доме До’Урден, когда Бриза, его старшая и наиболее жестокая сестра, частенько истязала его подобным ужасным, змееголовым хлыстом.
Однако внезапно Виерна успокоилась и посмотрела назад на свой темный, (одновременно живой и словно вырезанный из камня) паучий алтарь. «Наша семья пала из-за слабости Матроны Мэлис», – объяснила она. «Мэлис не смогла выполнить наиболее важное задание, которое ей когда-либо давала Лолт».
«Убить Дриззта», – предположил Динин.
«Да», – просто ответила Виерна, повернув голову в сторону брата. «Убить Дриззта, презренного изменника Дриззта. Я обещала его сердце Лолт, обещала исправить ошибки своей семьи, и именно благодаря этому мы – ты и я – можем вновь обрести благосклонность нашей богини».
«Ради чего?» – спросил Динин, обводя обычную молельню с очевидным презрением. «Нашего дома больше нет. Имя До’Урденов нельзя произносить вслух в пределах города. Что мы обретем, если вновь вернем фавор Лолт? Ты будешь высшей жрицей, и я буду только рад этому, но у тебя не будет дома, которым ты сможешь править».
«Нет!» – возразила Виерна, ее глаза вспыхнули безумным огоньком. «Я, как и ты, мой брат, одна из тех, кто выжил при уничтожении нашего дома. У нас есть Обвинительное Право».
Глаза Динина расширились от удивления. Формально Виерна была права; Обвинительное Право было привилегией знатных детей уничтоженных домов, которые смогли выжить во время нападения. Отпрыски могли назвать имена тех, кто напал на них и навлечь на виновную сторону правосудие дроу. Однако, в вечных закулисных интригах хаотичного Мензоберранзана, правосудие вершилось довольно избирательно.
«Обвинение?» – запнулся Динин, едва способный произнести хоть одно слово, своим внезапно пересохшим ртом. «Разве ты забыла какой из домов уничтожил нас?»
«Это тем более приятно», – промурлыкала его упрямая сестра.
«Бейенре!» – вскрикнул Динин. «Дом Бейенре, Первый Дом Мензоберранзана! Ты не можешь свидетельствовать против Бейенре. Ни один дом, в одиночку или в союзе, не выступит против них. К тому же Матрона Бейенре контролирует Академию. Где ты найдешь силы для свершения правосудия?»
«А что насчет Бреган Д’эрт?» – напомнил ей Динин. «Именно эта банда наемников помогла победить наш дом». Внезапно Динин замолчал, осознав смысл своих слов, пораженный парадоксом, той жестокой иронией, что властвовала в обществе дроу.
«Ты мужчина и не можешь понять всю прелесть Лолт», – ответила Виерна. «Наша богиня питается этим хаосом, расценивает сложившуюся ситуацию еще более привлекательной именно из-за такого множества случайных ироний».
«Город не вступит в войну против Дома Бейенре», – решительно произнес Динин.
«А я этого и не желаю!» – резко вскрикнула Виерна, и вновь в ее красных глазах вспыхнула дикая искорка. «Матрона Бейенре стара, брат мой. Ее время давно прошло. Когда Дриззт, как того требует Паучья Королева, будет мертв, я получу аудиенцию в Доме Бейенре, где я… мы предъявим наше обвинение».
«Тогда нас попросту скормят рабам-гоблинам Бейенре», – сухо отметил Динин.
«Собственные дочери Матроны Бейенре низвергнут ее, чтобы дом смог обрести благосклонность Паучьей Королевы», – взволнованно продолжила Виерна, не обращая внимания на своего колеблющегося брата. «Чтобы добиться этого, они передадут всю власть мне».
У Динина не нашлось слов, чтобы опровергнуть нелепые заявления Виерны.
«Подумай об этом, брат мой», – продолжила Виерна. «Представь себя, стоящим рядом со мной, когда я буду руководить Первым Домом Мензоберранзана!»
«Лолт обещала это тебе?»
«Через Триэль», – ответила Виерна, – «старшую дочь Матроны Бейенре, Хозяйку Академии».
Динин начинал понимать. Если Триэль, гораздо более могущественная, чем Виерна, желает низвергнуть свою древнюю мать, она определенно намеревается забрать трон Дома Бейенре себе, или, по крайней мере, передать его одной из своих сестер. Мысли Динина ясно передавались его выражением лица. Он сидел на одной из скамеек, скрестив руки на груди и медленно качал головой.