Наследие
Шрифт:
Подле нее возник Бруенор. Он отбросил на пол топор и щит и с остервенением бросился к груде камней. Могучий дварф попытался откинуть в сторону несколько больших камней, но когда увидел, что завал был полнейшим, остановился и молча уставился на груду.
Кэтти-бри продолжала расшвыривать камни, не замечая хмурого лица своего отца.
Бруенор, проведший два века на раскопках, понимал, что здесь помочь они ничем не могли – завал был полнейшим.
Парня больше не было.
Кэтти-бри продолжала свою работу, попутно заливаясь слезами – разум упрямо твердил о том, что сердце продолжало так же настойчиво отвергать.
Бруенор опустил ладонь на ее руку, чтобы остановить ее бесцельное занятие. Когда она подняла на него взгляд, то выражение ее лица буквально разбило сердце дварфа. Ее черты несли на себе печать мрачной печали. По щеке стекала кровь, а волосы стали похожи на веник. Но Бруенор видел лишь глаза Кэтти-бри – ее влажные, голубые глаза.
Дварф медленно покачал головой.
Кэтти-бри опустилась на пол, прижала руки к подолу и немигающим взглядом уставилась на груду камней. Сколько раз она и ее друзья были на волосок от этой финальной точки? – подумала она. Сколько раз они избегали жадной хватки Смерти в самый последний момент?
И вот это случилось с ними, с Вулфгаром, здесь и сейчас, неожиданно и без всяких предупреждений.
Канул в небытие могучий воин, лидер племени, человек, за которого Кэтти-бри хотела выйти замуж. Она, Бруенор, даже всесильный Дриззт До’Урден, не смогли помочь ему, не могли изменить то, что уже произошло.
«Он спас меня», – прошептала девушка. Бруенор, казалось, ее не слышал. Дварф постоянно вытирал пыль из глаз, пыль, которая оседала на крупных слезах, текших по его грязным щекам. Вулфгар был Бруенору словно сын. Дварф взял юного Вулфгара – тогда еще совсем мальчишку – в свой дом после битвы, якобы в качестве раба, но на самом деле попросту желая научить парня законам чести и достоинства. Бруенор сделал из варвара мужчину, на которого можно было положиться в трудную минуту, мужчину с поистине отважным и честным сердцем. Самым счастливым днем в жизни дварфа, даже счастливей чем, день, когда он вернул себе Митриловый Зал, стал тот день, когда Вулфгар и Кэтти-бри объявили о своей свадьбе.
Бруенор пнул тяжелый камень, и тот слегка сдвинулся в сторону.
Там лежал Эйджис-фанг.
Колени храброго дварфа подломились при виде изумительного бойка молота, с нанесенными на него символами Думатона, бога дварфов, Хранителя Секретов Под Горой. Бруенор сделал несколько глубоких вдохов и попытался успокоить себя, прежде чем нашел в себе силы нагнуться и высвободить молот из груды камней.
Это было самое величайшее творение Бруенора, воплощение вершины его кузнечного ремесла. В этот молот, выкованный специально для Вулфгара, он вложил всю свою любовь и умение.
Кэтти-бри, кое-как сдерживающая себя в руках, все же не смогла удержаться при виде оружия. Тихие всхлипывания переросли в настоящий рев, от которого подрагивали ее плечи.
Наблюдая за своей дочуркой Бруенор, наконец, нашел в себе силы взять ситуацию в свои руки. Ему пришлось напомнить себе, что он был Восьмым Королем Митрилового Зала, что он был ответственен за своих подданных – и за свою дочь. Он всунул драгоценный молот в петлю на своем заплечном мешке и, взяв Кэтти-бри за подмышку, заставил ее встать на ноги.
«Мы ничем не сможем ему помочь», – прошептал Бруенор. Кэтти-бри вырвалась из его рук и с рыком откинула в сторону несколько небольших камней. Она видела тщетность своих попыток, понимала, что большую часть камней она не сможет сдвинуть – ей попросту не хватит сил. Но Кэтти-бри продолжала расшвыривать камни, не желая сознаваться себе в гибели варвара. Она хотела надеяться.
Руки Бруенора нежно сомкнулись на ее предплечьях.
С нечеловеческим воплем, девушка вывернулась от него и продолжила свою работу.
«Нет!» – рявкнул Бруенор, и вновь схватил ее. Одним движением он поднял ее на ноги и развернул спиной к груде. Затем он встал между ней и камнями так, чтобы в какую сторону бы Кэтти-бри не пошла, он все время оказывался у нее на пути.
«Ты не в силах здесь что-либо изменить!» – с дюжину раз прокричал он ей в лицо.
«Но я должна хотя бы попытаться!» – наконец взмолилась она, поняв, что Бруенор не собирается пропускать ее к каменной могиле.
Бруенор покачал головой. Лишь застывшие слезы в его темных глазах, говорившие о его скорби, не позволили Кэтти-бри тут же ударить его в лицо. Наконец она успокоилась, оставив свои тщетные попытки пройти мимо упрямого дварфа.
«Все кончено», – произнес ей Бруенор. «Мальчик… мой мальчик, выбрал свой путь. Он пожертвовал собой ради нас, тебя и меня. Не насылай на него бесчестье, подвергая себя ненужной опасности».
От неопровержимых слов Бруенора Кэтти-бри медленно осела на пол. Пока Бруенор поднимал свой топор и щит, она даже не попыталась шагнуть в сторону груды, могильного кургана Вулфгара. Дварф подошел и опустил ладонь ей на спину.
«Попрощайся», – предложил он, и молча подождал несколько мгновений, прежде чем направиться в сторону того же самого выхода, через который они и пришли.
«Пвент и Кэтти-бри сами найдут дорогу домой», – ответил Бруенор, неправильно истолковав смущение, застывшее у нее на лице.
Однако Кэтти-бри не волновалась о Гвенвивар. Она знала, что пока магическая фигурка находится у нее в руках, пантера была в безопасности, а о пропавшем берсерке она не беспокоилась и подавно.
«А как же Дриззт?» – просто спросила она.
«Я думаю, что эльф по-прежнему жив», – уверенно произнес Бруенор. «Одна из дроу спрашивала меня о нем, о его местонахождении. Он жив, и смог уйти от них, и, по моему мнению, у Дриззта гораздо больше шансов выбраться из этих туннелей, нежели у нас с тобой. Может быть, пантера уже добралась до него».
«А может быть, что он нуждается в нас», – воспротивилась Кэтти-бри, отдергиваясь от нежного прикосновения Бруенора. Перекинув лук через плечо, она скрестила руки на груди. Ее лицо еще никогда не было столь решительным, и в тоже время мрачным.
«Мы отправляемся домой, девочка», – тоном, не терпящим возражений, произнес Бруенор. «Мы не знаем, где сейчас находится Дриззт. Я могу лишь предполагать, и надеяться, что он действительно жив!»
«Ты уверен в этом?» – прямо спросила Кэтти-бри. «Ты уверен в том, что он не нуждается в нас? Мы уже потеряли одного друга – возможно даже двоих, если убийца прикончил Региса. Нет, я ни за что не брошу Дриззта». Она вздрогнула, когда другое воспоминание всплыло в ее памяти – тогда она потерялась в Тартерусе, другом плане бытия, и Дриззт До’Урден храбро сражался с самыми жуткими тварями, чтобы доставить ее домой.