Чтение онлайн

— Ты чего задумал, Андрей? — донесся до меня вопрос Прокопа.

— Поучить кой-кого уму разуму и что моих людей не след трогать. Сейчас у них поспрошаем, как и чего было, а там и посмотрим, — ответил я.

— Может, царю пожаловаться? — выдал Богдан.

Все взгляды обратились на Богдана, и под ними он заробел и покраснел.

— Это что же, мне за каждую обидку к царю бегать жалобиться? — изогнул я бровь вопросительно. — Так какой же я князь тогда, коли сам ничего не могу сделать и буду к царю бегать? Как люди мои будут на меня смотреть, если я сам не смогу за них заступиться? Как остальные бояре будут на меня смотреть? А о том, что людей моих побили, узнают. Я должен ответить! — твердо произнес я.

— Да понял я, понял, — замахал руками Богдан. — Я ж чего, я только предложил, — скороговоркой произнес он, а Прокоп только горестно вздохнул и кулак показал сыну.

— Вот и славно, — поднявшись из-за стола, я направился в амбар, а за мной следом и остальные.

Лекарь все еще промышлял с болезненными, поя их каким-то взваром из трав.

— Княже, я все сделал, — тут же отозвался лекарь.

— Благодарствую, — кивнул я. — Как тебя звать-то?

— Фрол сын Петров я, из стрельцов. В аптекарском приказе отучился. Теперь вот больных пользую, в основном из стрелецкого приказа, — тут же представился лекарь.

— Я запомню. Дедушка, оплати, — сказал я и шагнул в амбар. Пятерка побитых по-прежнему лежала на сене, они уже были укрыты одеялами и умирающих не напоминали. Лица их активно опухали, и даже синяки начали проглядывать.

— Ну что, соколы сизые мои. Долетались! А ну сказывайте, как так вышло-то, что вам бока намяли? — грозно произнес я.

— Дык, — донеслось от одного, и он тут же потупился под моим взглядом.

— Больше их было. Да и не ожидали мы. К тому же выпивши были, — со злостью и возмущением высказался рядом лежащий Данька.

— Вот и расскажи, — протянул я.

— Да чего уж рассказывать, — махнул он рукой и скривился от боли. — На торг решили прогуляться, посмотреть чего да прикупить. Вчера ж по рублю дали, вот и пошли. Кабак этот попался, будь он неладен, вот и решили туда зайти да выпить.

— Выпили? — весело усмехнулся я.

— Выпили, — с протяжным вздохом согласился Данька. — Кувшинчик один распили, так хорошо стало. Там еще сидели людишки, к нам подвалили и предложили их угостить. А с какой чести нам угощать их? Слово за слово и Петрушке кистенем в голову прилетело, а там только отмахиваться успевали. Вот и все. Я даже и не помню, как досюда добрались, — повинился Данька.

— Ага и деньги все забрали. А еще пояса и ножи, — донеслось от Васильки, это ему руку сломали.

— В общем, урок вам это, думать будете наперед, где и с кем пить! — строго произнес я и вышел из амбара.

Лекарь уже ушел, на меня же внимательно все смотрели.

— В общем так, седлайте коней и броню наденьте, дубины возьмите. Пойдем за своих посчитаемся, и упредите всех, чтобы оружие не применяли, насмерть не били.

— Это хорошо, а то уж застоялся я. Не все тебе, Андрей, веселиться, — кровожадно произнес Олег.

Пока все собирались, я поглаживал Черныша и грустно вздыхал. Ведь поучаствовать в драке мне не светило. Так как нельзя, не поймут окружающие, если князь в кабацкую драку полезет, а чтобы наглецов проучить, есть мои люди. Я же должен блюсти себя, согласно местным понятиям.

Людям понадобилось с полчаса, чтобы собраться. Все были в броне. А дубины и палки они обмотали тряпками-шкурами.

Наконец-то мы выдвинулись, час неспешной езды, и мы оказались на берегу Неглинной, кабак располагался невдалеке от общественных бань.

— Надо урок преподать, что не стоит просто так меня и людей моих трогать. Заходите и всем, кто есть в кабаке, преподайте урок. Хозяина же ко мне. И без смертоубийств мне тут, — грозно произнес я.

— Ну, тут как выйдет, — оскалился Олег.

— Карась, Лагодь. Вы к окнам встаньте. Рябой, Жишка, вы снаружи останьтесь, — внес дополнения дед, и все взоры людей обратились ко мне.

— Понеслась, — оскалился я, кивнув.

— А-а-а, за князя, — взревели люди и понеслись в кабак, размахивая дубинами.

Вместе со мной остались только дед и Прокоп, а остальные предпочли развлекаться.

Из кабака мгновенно начали раздаваться крики и ругательства, а спустя пару мгновений из окна выпрыгнул плюгавый мужичок в одной рубахе, и его тут же приголубил дубиной Карась, так что мужичок тут же свернулся калачиком и заскулил. Вот только Карасю пришлось его оставить и принимать нового, вылезающего из окна.

Остальные тоже не стояли без дела, ведь из кабака побежал народ.

Минут десять продолжалось избиение, и вот из дверей появились Олег с Елисеем, они за волосы тащили толстого мужика и кинули его к ногам Черныша.

У мужика все лицо было залито кровью.

— Ты, что ли, Дрочило? — спросил я, с интересом разглядывая хозяина кабака.

— Уа-а-а, — только и завывал он.

— А ну сказывай, когда тебя князь Старицкий спрашивает, — тут же пнул Елисей мужика без всякой жалости, а Олег вновь схватил его за волосы и поставил на ноги.

— Я-я-я, — хлюпая разбитыми губами, протянул мужик.

— Слушай меня сюда, Дрочило. В твоем кабаке побили моих людей! Сильно побили. Ты не разнял и не утихомирил никого. Не кликнул стрельцов и не предупредил меня. Так их еще и ограбили на пять рублев. Пояса и ножи забрали. То твоя вина.

— Не виноват я, — тут же упал на колени Дрочила.

— Ага, как же, — зло усмехнулся я. — В общем, деньги вернуть, как и все остальное что взяли. Сверху этого еще десять рублев на излечение моих людей. Сроку тебе два дня. Куда принести, у людей спросишь, подскажут. Не исполнишь, пожалеешь. Я слово в том даю. Князь Андрей Володимирович Старицкий.

— Нету у меня столько, — тут же заюлил Дрочило. — Не боишься ли, князь, царского гнева? — тут же попытался припугнуть меня хозяин корчмы.