Чтение онлайн

Теодор поднялся и направился к выходу. Он с такой силой дернул за раздвижную створку, что едва не вырвал ее из пазов. Рисовая бумага, которой были обтянуты панели, огорченно затрепетала.

Констанция подобрала кепи, оставленное Теодором, ее движение привлекло внимание Такаши.

– Прошу простить моего сына за нетактичное поведение, дзёкан Констанция, – вежливо сказал он. – Как мне кажется, толку от этого разговора никакого. Простите, что вы потратили столь драгоценное время.

– Не стоит, тoнo, – ответила молодая женщина. Какой смысл просить у меня прощения? Как бы эта распря с сыном действительно не перешла всякие разумные рамки. – Простите за любопытство, тоно, но во время передачи конверта с приказом вы назвали сына таи-са. Я не понимаю, как можно одновременно продвигать человека по службе, вручать ему полковничьи погоны и наказывать его ссылкой на Вегу?

– Невозможно назначить подполковника командиром полка. Тем более целого легиона.

Отдельный Легион Веги

Массинхем

Марфик

Диеронский военный округ

Синдикат Дракона

1 апреля 3025 года

Теодор обошел свой обмотанный особой упаковочной тканью «Призрак». Нашел узел, развязал его, начал снимать ткань. Боевой робот был минимально законсервирован для транспортировки на Марфик и буквально за несколько часов мог быть приведен в рабочее состояние. Теодор окликнул было старшего техника Ковальского, но того и след простыл.

Принц бросил взгляд в сторону ангара, где размешалась боевая техника. В складском помещении было подозрительно тихо. Редкие шумы и звяканье металла доносились из боксов, в которых высились машины командного звена. Кроме того, неясный гул человеческих голосов…

Теодор вытер пот со лба и покачал головой.

Хуже положения не придумаешь!

Уже прошлой ночью, когда личный состав командного копья прибыл на Марфик, Теодор убедился в плачевном состоянии дел в легионе. Заранее, по документам, познакомившись с вверенным ему воинским соединением, он составил план встречи с личным составом.

Прежде всего, полковник Курита отменил прежнее расписание плановых профилактических работ – если судить по нему, то дела в легионе шли лучше некуда. Теодор назначил час сбора военнослужащих и приказал, чтобы каждый пилот и техник занялись теми работами, которые считают нужными. Он и сам явился в ангар в рабочем комбинезоне – решил заняться расконсервацией своего «Ориона». Пусть легионеры убедятся, что присланный к ним командир не паркетный шаркун и не зазнавшийся горе-вояка, привыкший водить машину в белых перчатках.

Урок, который преподнесли ему местные вояки, оказался печальным. К началу сбора все бойцы, входящие в состав его личного копья, уже находились в ангаре и сразу занялись регламентными работами. Явились и легионеры – толпились вдоль проходов рядом со своими роботами, переговаривались друг с другом. Держались вольно, если не сказать – вызывающе, форменные комбинезоны нараспашку, грязные, в строю курили, а уж переговаривались не понижая голоса. Одним словом, сброд, а не регулярная воинская часть. Или отряд наемников – те, по слухам, тоже не шибко жалуют построения, чистку одежды, возню с машинами…

Никто из них палец о палец не ударил, машины никого не интересовали. Стоят, покуривают, болтают между собой…

Курита старался держать себя в руках. Если людям предписано добровольно заняться ремонтом, то не следует обращать на них внимания. Даже если они нарочно пренебрегают своими обязанностями. Лучше на следующий день объявить тревогу и посмотреть, все ли машины готовы к бою. Тогда только можно решительно браться за дело.

Он прошел в соседний бокс, где стояла выкрашенная в черный цвет «Пантера» Томое. Капитан занималась регулированием силового привода нижней правой «конечности»: сняла его, разобрала и теперь прозванивала электрические цепи. Затем смазка, сборка и водружение узла в посадочное гнездо.

Теодор невольно усмехнулся – все руки в масле, комбинезон заляпан, а личико, как всегда, чистое, щеки горят. Все-таки красивая женщина досталась ему в жены' Это при всех прочих человеческих достоинствах…

Увидев мужа, Томое ничего не сказала, только вопросительно изломила бровь и многозначительно глянула в сторону прохлаждавшихся легионеров.

– Ты Ковальского не видела? – невозмутимо спросил Теодор.

– Нет, – ответила Томое и полезла внутрь ноги робота, потом неожиданно выглянула. – Хотя постой, он, кажется, отправился на склад запчастей. Там ему, конечно, ничего не выдадут, с тем и явится.

Выгодней ситуации для нерадивого техника придумать невозможно. Добираясь до Марфика, изучая документацию, описывающую состояние дел в соединении, Теодор понял, что, судя по справкам, с запчастями здесь действительно напряженка. В папке лежала докладная, составленная прежним руководством легиона, в которой утверждалось, что департамент материально-технического снабжения словно забыл о существовании легиона. Если ведомости поставляемых запчастей верны, то Ковальский должен проявить чудеса изворотливости, чтобы добыть то, в чем нуждается.

Полковник оглядел ряды боевых машин, неподвижно стоящих в своих ангарах. Завис в крайнем положении бездыханный мостовой кран – крановщик откровенно зевал в кабине.

– Эй, Томое, – позвал жену Теодор. – Давай завязывай! На сегодня хватит.

Женщина высунулась из люка.

– Я ужасно проголодалась, а как ты?

На лбу у нее появилось черное пятнышко смазки, отчего ее красивое лицо стало совсем девчоночьим. Теодор не удержался и хмыкнул.

– Если хочешь знать мое мнение, – наконец откликнулся он, – то да. Особенно в том смысле, какой ты имела в виду. Ставь на место узел, и пойдем поищем Ковальского. Так, пройдемся, посмотрим, что к чему. Обещаю – недолго! Клянусь, сегодняшний вечер проведем с Хохиро.

Сынок! Сердце у Теодора забилось от любви и нежности. С какой тоской они сегодня утром прощались с сыном. Все первые дни после прибытия на Марфик Теодор не мог выкроить лишней минутки, чтобы побыть с Хохиро. Тот вел себя как бравый солдат, не плакал, когда родители оставляли его. После рождения сына Томое примерно с год провела в отпуске. Только с помощью О5К и КВБ удалось сохранить в тайне рождение наследника рода Курита.

Распоряжение полковника об окончании работ долетело и до соседнего бокса, где трудился Бен Турневиль. Тот сразу же примчался. Теодор добродушно улыбнулся ему, пожал протянутую руку.