Чтение онлайн

На сцене репетировали пятеро молоденьких девчонок. Играли они в целом красиво, но слишком уж слащаво и простовато, а тексты песен были донельзя банальными. Из общего ансамбля посредственности выбивалась только гитаристка, которая временами не выдерживала монотонной однообразности мелодии и оживляла её сложными, мастерски исполненными и, главное, очень уместными импровизациями. Во владении гитарой она, конечно, уступала Патрику, но явно превосходила меня, не говоря уже про Шейна. И на сцене смотрелась замечательно — я с первой минуты не мог оторвать от неё взгляд. А ещё меня поразило абсолютное сходство её костюма с тем, который был на ней в моём видении в Источнике. То ли это было простое совпадение, то ли Источник располагал более разветвлённой системой получения информации, чем принято считать. А если так, то и призрак Зевса, который явился мне после Пути Посвящения, мог быть не таким уж поддельным. Жаль, что я не поговорил с ним более обстоятельно…

В отличие от меня, партнёрши Ланы были далеко не в восторге от её импровизаций и раз за разом делали ей замечания. В конце концов вокалистка (вероятно, лидер группы) не на шутку разозлилась и с применением нецензурной лексики (по-немецки это звучало весьма выразительно) заявила, что они играют не какой-то там «хард», а утончённый и романтичный поп-рок, и если Лана с этим не согласна, то может убираться к чёрту — или в любое другое место по её выбору. Высказав это на едином дыхании, певица сердито отшвырнула микрофон и ушла со сцены; за ней, высокомерно задрав носы, последовали три другие девушки.

Убедившись, что Лана осталась одна, я стряхнул с себя чары невидимости, поднялся из-за столика и направился к ней через зал. Поначалу она не обратила на меня внимания и стала негромко наигрывать на гитаре какой-то незнакомый, но очень интересный мотив. Он оказался таким заразительным, что я не выдержал и на ходу подхватил его свистом. Только тогда Лана заметила меня.

— Феб! — воскликнула она изумлённо и в то же время радостно, а её милое лицо озарила мягкая улыбка.

— Привет, — произнёс я на её родном языке и легко вскочил на сцену. — Рад тебя видеть.

— Я тоже рада, — ответила Лана немного растерянно. — Ты… ты отлично говоришь по-сербски. Когда успел научиться?

— Пару дней назад. Для нас, колдунов, языки не проблема. Гораздо труднее было разыскать тебя. Твои родители и друзья уверены, что ты катаешься на лыжах в Альпах.

— Я никому не говорила, чтобы не сглазить, — объяснила Лана. — Хотя это не помогло. Теперь уже ясно, что у меня ничего не получится.

— Да, я видел. И слышал. По-моему, это не твоя музыка.

— Зато такой шанс прорваться наверх! «Золушки» сейчас на подъёме, их популярность быстро растёт, и когда меня пригласили выступать с ними, я решила, что наконец-то смогу засветиться на серьёзном уровне, попасть на глаза влиятельным продюсерам… — Лана вздохнула. — Боюсь, шоу-бизнес не для меня. Я умею играть только то, что мне нравится, а не то, чего хочет публика.

— Мы тоже, — заметил я.

— Ха! Так ведь вы суперзвёзды. Вы сами навязываете публике свои вкусы. А я… наверное, пойду учиться в консерваторию. Буду играть на виолончели.

С этими словами она резко сорвала с плеча гитару. Под влиянием чувства «дежа-вю» я непроизвольно отступил на шаг и поднял руку, чтобы защитить голову от удара. Лана озадаченно посмотрела на меня, потом на свою гитару и вдруг улыбнулась:

— А знаешь, неплохая идея. Я была страшно зла на тебя, что ты так бесцеремонно от меня избавился. Фактически вышвырнул прочь, как надоедливую собачонку.

— Ничего подобного, — запротестовал я. — Ты сама решила вернуться домой.

— Ну да! После того, как ты первый это предложил. А что ещё оставалось делать? Всё-таки у меня есть гордость.

— Ты ушла очень решительно. Ни разу не оглянулась.

— Я ждала, что ты окликнешь меня. — Её искристые серо-голубые глаза смотрели на меня с нежностью и укоризной. — Догонишь, остановишь, попросишь остаться с тобой.

— И ты согласилась бы?

Она кивнула:

— Да. Сразу. Без раздумий.

(Эй, Источник! Откуда ты всё это знал?…)

Я собирался обнять Лану, и она хотела того же, но тут из глубины зала послышались тяжёлые шаги. Я обострил своё зрение и разглядел в полумраке широкоплечего верзилу под два метра ростом, с бульдожьим лицом и короткой стрижкой. Он явно собирался выяснить, что делает здесь посторонний, однако я не стал ждать его приближения, а привёл в действие простенькие чары. Внезапно верзила ощутил непреодолимый зов природы и, совершенно потеряв ко мне интерес, стремглав бросился в направлении туалета.

Зато из двери, ведущей в гримёрные, вышла давешняя вокалистка. Я не стал обходиться с ней так круто, как с верзилой, а наложил на неё сложное заклятие под названием «Остановись мгновенье», которому совсем недавно научила меня Дейдра. Девушка замерла, словно окаменела; время для неё замедлилось в десятки тысяч раз. Это был высший пилотаж, доступный только для адептов десятого уровня.

— Здесь нам не позволят спокойно поговорить, — сказал я Лане. — Может, смотаемся куда-нибудь ненадолго?

— Куда угодно. И надолго. Я ухожу из команды, пока они сами меня не выперли. — Лана посмотрела на вокалистку. — Эмма слышит нас?

— Нет, не слышит и ничего не видит. А ты хочешь попрощаться?

— Не очень. Просто сделай так, чтобы ей запомнился мой уход. И чтобы она не ждала моего возвращения.

— С удовольствием.

Я снял с Эммы заклятие, она уже разинула рот, чтобы задать вполне естественный вопрос о моём присутствии, как вдруг пол перед сценой развёрзся и оттуда вырвались языки адского пламени. Девушка оторопела от испуга, а я, окончательно добивая её, в мгновение ока преобразил свою кожаную куртку в шикарную дьявольскую мантию кроваво-красного цвета, превратил свои ступни в раздвоенные копыта и отрастил на голове мефистофелевские рожки. Затем подхватил на руки весьма убедительно завизжавшую Лану и прыгнул в образовавшуюся дыру.

В следующую секунду мы оказались на лужайке перед домом, где до нашего переселения в Сумерки Дианы находилась штаб-квартира «визардов». Солнце здесь клонилось к закату, стоял погожий летний вечер. А следом за ним шла ночь…

Я поставил Лану на ноги, но продолжал обнимать её за талию. Она склонила голову к моему плечу и от души рассмеялась:

— Это было здорово, Феб! Эмма сейчас в полном ауте.

— Хочешь на неё посмотреть?

— Не хочу, — ответила Лана. — Кстати, а дыра в полу осталась?