Наследник

Иван рос в обычной московской семье. Отец был военным, мать работала учителем младших классов. Когда ему было 9, они развелись, но отец всегда поддерживал его, и морально, и материально, научил драться, настаивал на хорошей учебе, что жутко раздражало, и вообще, время с отцом он проводил чаще, чем с матерью, хоть и жил вместе с ней.

А когда Ивану было 12, отец пропал. Как потом сказали, поехал на какое-то задание в Афганистан и не вернулся. И Иван пошел вразнос — забросил уроки, в школе появлялся день через два, связался с уличной компанией, освоил вейп и постоянно играл — дота, контр страйк и прочее, целыми днями и ночами. Ему казалось, что жизнь его остановилась и особо думать о будущем он не хотел.

Так пролетели 7 и 8 класс, причем он разок даже успел остаться на второй год, затем кое-как поступил в 9. Вообще, он планировал уйти из школы и поступить в училище, если бы не один случай.

Иван как обычно возвращался с прогулки, где они слегка выпили, и увидел через дорогу компанию, с которой они с ребятами враждовали. Причем там были не только сверстники, но и парни постарше.

— Давай, лови его! — крикнул кто-то, и он сделал то, что и надо — бросился убегать. Но куда бежать? Петляя по дворам, он пытался пробраться к дому, но его, похоже, ждали.

— Вон он! — услышал Иван очередной вопль.

Окружают.

Ваня достал цепь, которую носил с собой для таких случаев, и приготовился дать последний бой. Силы были явно неравными, и он планировал забрать с собой побольше. Хмыри приближались сразу с четырех сторон, мерзко скалясь. Особенно противно выглядел здоровый парень без зубов, возрастом лет 20. От такого ничего хорошего ожидать точно не приходится.

Когда круг сомкнулся, беззубый занёс руку с кастетом для удара, Ваня размахнулся цепью, но тут случилось странное. Беззубый потерял равновесие и беззвучно упал на землю.

Затем начали валиться остальные. Нет, они не умирали, крови или хруста костей не было, но их явно что-то выводило из строя. Приглядевшись, похолодевший от ужаса Иван заметил чуть размазанное пятно, которое металось от противника к противнику. Наконец, рухнул последний, и он остался стоять с цепью в руке и разинутым ртом, озираясь посреди кучи подростков, лежавших без сознания.

А затем перед ним возник человек, как будто включили изображение, ну или отключили маскировку.

— Не боись, малец. Я приглядываю за тобой. Ты как?

— Ннннормально, кхм, — Иван прокашлялся, так как внезапно охрип, — все в порядке! А с ними что? — он обвел рукой тела на земле.

— Да все с ними хорошо, — мужик показал автоматический шприц-дозатор с какой-то жидкостью, — поспят минут 30 и очнутся. Я же не живодёр, детей убивать, — улыбнулся он улыбкой, которая на его лице не выглядела милой.

Вообще-то и сам мужик не выглядел ангелом добра — лицо в шрамах, сам больше двух метров ростом, руки с явными следами многолетних тренировок на груше или может и людях, коротко стриженый, на шее татуировка, напоминал военного.

— Вы друг отца? — спросил он напрямую.

— Ну… Можно и так сказать. Приглядываю. Я Дольф.

— Как Дольф Лунгрен что ли?

— Может быть. Кто это?

— Вы не смотрели культовые боевики? — округлив глаза, спросил Иван.

— Ну… Скажем так, я в них участвовал. Не до фильмов было

«Ну, точно военный», — подумал Иван.

— Давай, уходим отсюда. И желательно не домой. Ситуация сложная, это так просто не объяснить, будут искать, мстить. Давай-ка проедемся в одно место.

Иван не очень хотел никуда проезжаться, тем более в компании этого головореза, но выбора особо не было.

— Да ты не бойся. Я отвезу тебя на квартиру отца.

— Вы всё-таки от него, да?

— Ты это. Помалкивай. Ничего не знаешь, никого не видел, понял? — вместо этого ответил мужик.

— Понял, понял. А к чему такая секретность? Где отец?

— Меньше знаешь, крепче спишь. Все в порядке с ним, но тебе надо держать рот на замке, так как стоит его открыть — и у всех начнутся проблемы, и у тебя, и у нас, и у него.

— Ясно. Я… — хотел сказать «могила», но обстановка не располагала, — нем как рыба, — вместо этого проговорил Иван.

Пока разговаривали, к ним подъехал шевроле Тахо, тонированный и с зычным рыком.

— Ого, никогда на таком не ездил, — не сдержал эмоций мальчишка. Ну как мальчишка. Ваня уже в свои 15 ростом был под 2 метра и в плечах широк, да и лицом вышел как надо, девки вешались постоянно, что стало уже причиной не одного конфликта.

— Ну вот садись, прокатишься, — между тем, ответил Дольф, — голову пригни, чтоб не удариться, громила, — добавил он.

Машина тронулась.

— А куда мы едем? А мать? А мои вещи? А мы вернёмся? — засыпал вопросами Иван своих сопровождающих. Безмолвный шофер, амбал побольше Дольфа, не отвечал, а Дольф смотрел в окно и ответил, — прибудем через 20 минут, сам увидишь. Мать привезут, с ней уже работают.

— В смысле, работают?

— Я уже говорил, что мы тут присматриваем, — пояснил Дольф, — до этого дня вмешиваться смысла не было, но последняя ситуация вынудила, активировать план по перемещению и защите. Так что извини, теперь новая жизнь. В которой ты будешь учиться, заниматься спортом, бросишь курить и станешь готовиться.

— К чему готовиться?

— Ох, парень, — посмотрел Дольф многообещающим взглядом, — сначала тебя надо подготовить к тому, к чему готовиться. Боюсь, всю правду сразу тебе будет принять сложно. Или как у вас говорят, без пол литры не разберёшься. Но это образно — у тебя теперь сухой закон.

— Да что вы за меня все решаете! Выпустите меня вообще!

— Что, так любишь выпить? Или струсил? — тупо и банально взял на «слабо» Дольф.

— Нет, — откинулся Иван на спинку кресла и надулся, — просто не люблю, когда мной помыкают.