Наследство
Шрифт:
Катя не успела ответить. Мать всплеснула руками и тут же кликнула слугу:
— Горячий чай, немедленно!
Екатерина поморщилась от этого крика. Ей совершенно не нравилось, как своевольно, по-хозяйски вели себя эти люди в ЕЕ доме. Если бы она знала, что ее ждут родители, она, пожалуй, прошлась бы под дождем еще немного. Только бы они уехали побыстрее!
Катя посмотрела на брата, пытаясь увидеть толику сочувствия хоть на чьем-нибудь лице. Брат ничего не сказал, только попробовал повторить позу и взгляд отца. Вдова чуть не рассмеялась, наблюдая за потугами Георгия выглядеть столь же взрослым и суровым. Не смотря на разницу всего в два года, она ощущала себя намного старше избалованного Георга, а его помимо воли все еще видела ребенком, но никак не серьезным мужчиной.
— Отвечай! — нетерпеливо потребовал инкнесс Аристарх Ляпецкой, воспринимавший затянутое исполнение приказа, как личное оскорбление. Катя постаралась смотреть на отца твердо.
— Мне можно сесть? Или отвечать стоя, как говорят перед королями в соседних государствах?
Екатерине хотелось выглядеть независимой, а разговор вести непринужденно и насмешливо, давая понять, что у родителей нет над ней власти. Однако при виде родственников, внутри все сжималось от желания спрятаться. Поэтому голос все равно дрожал. Впрочем, это можно списать на то, что она замерзла…
Не дожидаясь ответа, Катя села в кресло у камина. Отец же наоборот вскочил.
— Ты как со мной разговариваешь? — изумленно спросил он. — Да я тебя…
— Что? — инкнесса приподняла одну бровь, как делал это ее муж, когда его пытались обмануть. — Что ты со мной сделаешь? Я теперь не в твоей власти.
— Ты безмужняя! — зло процедил глава семейства.
— Я вдова! — почти с радостью воскликнула Катя. — Вдова — сама себе хозяйка! Я закон знаю, отец.
— Ишь ты, какая умная! — лицо Аристарха медленно багровело. — Воспитал неблагодарную на свою шею! Ни почтения, ни озабоченности интересами семьи! Да ты…
— Таша, успокойся, — мать пересела к отцу на диван и погладила его по руке. — Она девочка умная, и сама понимает, что за такое наследство бороться надо. А в борьбе нужна помощь.
— Все-то ты ей потакаешь, Мария! — Сбросил руку жены инкнесс.
— Ты завещание видела? — подал наконец голос брат. — Юриста мужева знаешь?
— Нет. И нет. — Сухо ответила Катерина. Врать она не любила, и чувствовала себя из-за вынужденной лжи неспокойно. Ибо поверенного вдова знала. Лично. И черновик документа видела еще год назад. Но сообщать об этом родственникам не собиралась. Еще придет какая глупая идея в их пустые головы…
Принесли чай. Мать перешла к обругиванию нерасторопных слуг, брат — к их созерцанию (подносы несли две молодые девушки), отец же сел обратно на диван и сосредоточенно сверлил злым взглядом непослушную дочь. Екатерина с благодарностью приняла горячую чашку и стала греть о нее руки.
— Что ты делаешь! — возмутилась мать. — Где твои безупречные манеры? Немедленно возьми, как положено!
Екатерина вздохнула и подчинилась. Чтобы, интересно, сказала матушка, если бы узнала, что ее дочь ехала в телеге и спала в шатре, когда Евстафий в прошлом году отправился с проверкой на рудники в Зеленых горах?
— Совсем дикой стала! — поддакнул брат. — Так и знал, что этот безродный тебя до добра не доведет!
Реплика Георгия была до того неуместной и в тоже время колкой, что Катя не на шутку разозлилась.
— Он довел тебя до Великокняжеского корпуса. Или тебе разонравилось служить в элитном полку, и деньги за место были уплачены зря?
Юноша замолк, злобно скрипнув зубами.
— Катя, — мать говорила мягко, проникновенно. — Ты же понимаешь, что сейчас надо думать о будущем.
Екатерина кивнула. Инкнесса Ляпецкая улыбнулась.
— Не волнуйся, мы тебе поможем. Отец нашел одного человека…
— Завещание, — Катя совершенно неприличным образом перебила мать, — будет оглашено, как только разрешит следствие. Так что ничего не поделаешь. Бороться не за что.
— А ты уверена, что оно существует? — вкрадчиво поинтересовался инкнесс. Жена погрозила ему пальцем.
— Милая, — она пересела поближе к дочери и взяла ее за руку. — А ты…не тяжелая?
Катя перевела растерянный взгляд с отца на мать.
— Нет.
— Но брак был консумирован? — встрял Аристарх. Он осмотрел ее с головы до пят, словно пытался отыскать спрятанный где-то живот.
— Да, — сухо отозвалась Екатерина. Вспоминать это ей не хотелось. Тем более сейчас.
— Мы подумаем, что можно сделать, — заверила ее инкнесса Ляпецкая, вставая.
А у Кати не нашлось смелости спорить. И потом, начни она отнекиваться, они останутся здесь еще невесть насколько… Она молча встала и лично проводила неприятных гостей до двери. На обратном пути зашла в служебные помещения.
— Аглая, мои родители к этому дому отношения не имеют, и им не позволено в нем распоряжаться. Ясно?
Экономка заверила, что ей все ясно и подобного не повторится, однако взгляд ее был…не понравился Кате ее взгляд. Потребовав еды в спальню и нагреть воды для купания, хозяйка дома отправилась к себе. Собраться с мыслями и определиться с линией поведения. Сегодня она отчетливо осознала одну неутешительную новость.
Война за наследство началась.
Часть 2
Паук медленно, но верно подползал к жертве. Еще совсем маленький и почти полупрозрачный, но человек, стоявший в тени, усердно питал его силой. И паук рос, темнел, шевелил лапками все активнее. Из полупрозрачного, размыто-дымчатого, он становился все более плотным, а на концах его лап вырастали короткие острые когти. Когти царапали пол спальни в нетерпении. Еще немного и…
Екатерина подскочила в кровати от собственного крика. Оглядела в панике спальню, но первые лучи солнца, заглядывающие в открытое окно, ничего страшного не осветили. Инкнесса дрожащей рукой налила себе воды и выпила ее залпом.