Наставник
Шрифт:
Островский посмотрел на меня, ожидая, что я хоть как-то прореагирую, но я молчал. Долго он не выдержал:
– Володя создал тебя в своей самой первой лаборатории, не решался перевезти на материк. До того, как позволить тебе пробудиться, он провел так называемое "подсознательное обучение": убедился, что ты будешь знать речь. Большего он добиться не смог, но это - уже много. И вот однажды он привел тебя в сознание...
Я поднял руку, призывая его замолчать; рука дрожала.
– Хватит. Я помню, что было дальше.
Я поднялся - неловко, неуверенно, без своей обычной грации. Меня покачивало, но я быстро восстановил равновесие.
– Куда ты?
– Лита тоже вскочила с кресла.
– К реке.
– В лодку?
– Нет.
Мне хотелось побыть одному, разобраться с тем, что на меня обрушилось. Но тут Лита лишилась своей способности понимать меня и проявила баранье твердолобие:
– Я пойду с тобой!
– Не надо.
– Надо! Ты бы себя видел...
– Я сказал не надо, оставь меня в покое!
Она попыталась удержать меня, но я был не в духе. Я толкнул ее легонько, как мне показалось, однако девушка перелетела через всю комнату и врезалась в стену с такой силой, что стена треснула. Если бы кто-то другой попробовал сделать такое с моей Литой, я бы порвал его на куски. Сейчас же я не чувствовал ничего... Я знал, как онемевает тело. До этого момента, я не представлял, что душа тоже может онеметь.
Островский не стал ничего говорить мне, он, ковыляя, подбежал к Лите. Отлично, пусть и разбирается! Каждый к своему виду... люди!
На свежем воздухе стало легче дышать: я почувствовал, что приближается дождь. Вокруг меня была темная тропическая ночь, упавшая на землю быстро, неожиданно. Я распахнул ворота и побрел вперед. У меня не было особой цели, просто я знал, что к реке нельзя: там стоит лодка, а в лодке люди.
Я не хотел видеть людей. Я хотел быть один.
Все эти дни ожидания, все надежды - в никуда. Я надеялся получить прошлое, дом, свой народ... а узнал, что меня, в общем-то, и нет. В природе нет и не было никогда. Я - результат любопытства людей, нечто вроде игры, просто очень дорогой и сложной. Даже если я когда-нибудь убегу, идти мне будет некуда, потому что меня не должно быть.
Еще совсем недавно, во время задания на зараженной территории, я презирал существ, чуждых океану. Я-то был уверен, что я не такой! А я хуже... Эти хоть вывелись естественным путем, а меня создали.
Заросли расступились, я вышел на крутой берег, но прыгать в воду не стал. Вместо этого я сел на землю, глядя перед собой невидящими глазами. Ну и что теперь? Я не только не получил прошлого, я лишился того, что имею теперь.
Не знаю, сколько времени я сидел один, прежде чем она нашла меня. Сначала я почувствовал страх, лишь потом услышал шаги. В таком состоянии я не мог понять, чего она боится; мне было все равно. Лита, которая совсем недавно была чуть ли не центром моей жизни, теперь меня раздражала, как и все люди.
Она звала меня, но я молчал, надеясь, что она пройдет мимо. В ту минуту я не думал, что она может заблудиться и погибнуть. Я не думал ни о ком - даже о себе. Я был не против умереть.
Лита не прошла мимо: ночь была яркая, звездная, бледный свет, отражающейся от моей чешуи меня выдал.
– Кароль...
Я посмотрел на нее, и она осеклась. Видимо, было в моем взгляде что-то такое, что заставило ее остаться на месте, сохраняя между нами расстояние в несколько шагов.
– Кароль, давай вернемся, а? Пожалуйста...
– Куда вернемся?
– Домой...
– У меня нет дома.
– Тогда вернемся к твоей жизни...
– У меня нет жизни, - прорычал я.
Онемение сменялось агрессией, которую я мог направить лишь на одно существо. Даже если это существо не заслуживало подобного обращения.
– Кароль...
– Объект 2-2, если уж разобраться. Что смотришь? Да, я надеялся услышать совсем другое. Я хотел узнать, что я есть. Я не ожидал узнать, что я гребаный конструктор! Что для тебя жизнь? Дом? У меня нет дома. Семья? У меня нет семьи. Друзья? У меня не может быть друзей. Я ведь всего лишь Объект 2-2 - вещь полезная, но все-таки вещь! Что еще важно для тебя в жизни?
– Ты, - тихо отозвалась она.
Я замолчал, почувствовав укол вины, но тут же подавил его.
– Не нужно это говорить. По большому счету, нет никакого "я". Есть мы: человек, доисторический урод и электрический скат. С кем бы ты хотела говорить? Кто тебе больше нравится?
Тучи, давно подползавшие со стороны леса, успели застелить небо, на землю упали первые капли дождя, быстро набиравшего силу. Таковы тропические ливни: они налетают за пару секунд и накрывают все вокруг сплошной стеной воды. Я надеялся, что это прогонит Литу, но она стояла на месте.
– Что ты надеешься услышать? Что я очень рад, что во мне есть кровь моего друга? Только "друг" - это человеческое понятие, меня оно не касается. Я, если задуматься, кто? Сборный урод. Мутант!
– Ты не мутант, - крикнула она; крикнула, потому что иначе ее голос не пробился бы сквозь шум дождя.
– И ты не урод! Тебе просто больно...
Я оскалился, чувствуя возрастающую агрессию, потому что она угадала.
Лита продолжала:
– Да, ты узнал такое, что знать не очень приятно. Но ты истолковал это странно и сделал такие выводы, которых я от тебя не ожидала! Ну и что, что подобных тебе созданий нет на свете! Это не делает тебя уродом. Если не можешь быть зверем, будь человеком - до этого у тебя хорошо получалось! То, что у тебя нет прошлого, не значит, что нет будущего. Ты многим нужен! Зверям, людям... Алтаю нужен. Женьке нужен. Артему нужен. Доктору Стрелову ты был нужен, и не как игрушка, а как сын, которого ему не смогла подарить ни одна женщина. Ты мне нужен! У тебя был шанс убедиться в этом. Когда ты был ранен, многие хотели, чтобы ты жил, несмотря ни на что. И не потому что ты Объект 2-2, а потому что ты Кароль.
Потрясенный, я только сейчас понял, что она плачет - это было не так просто увидеть через ливень. Не было сейчас моей сильной, уверенной смотрительницы. Была только человеческая самка - маленькая, промокшая, замерзшая и напуганная темнотой и лесом. И был я, который раньше этого не замечал, а лишь сокрушался над собственным горем...
Видимо, что-то в моем взгляде изменилось, потому что Лита неуверенно двинулась ко мне. Я убрал броню, позволяя ей обнять себя. Она дрожала... черт, надо ее быстрее обратно в дом!