Чтение онлайн

— Какого черта? — рявкнула она на Дашу, подошла к подруге и пнула ее сумку ногой.

— Так! — Даша выставила руку ладонью вперед. — Всем стоять! Сохраняйте спокойствие, наш самолет падает вниз со скоростью тысяча километров в секунду — нам недолго осталось… — Она наклонилась, зачерпнула рукой снег и протерла лицо. — Я волнуюсь…

— Слушай, она же, тетя твоя, не станет резать себе вены… — робко поинтересовалась Аврора.

— На это я даже не смею надеяться… — усмехнулась Даша.

Они собрали вещи в кучу и направились к лестнице. Пока Даша копошилась с багажом — у нее отчего-то было много небольших сумок вместо одного солидного чемодана, — Аврора сделала несколько шагов по ступенькам и услышала отчаянный вопль подруги:

— Сто-ой!

Не успела девушка обернуться, как заметила, что статуи чудовищ… как бы ожили, что ли. Глаза у них стали красными. Зубы во рту посветлели. Обнажились бледные десны, затрепетали острые ноздри…

— Аудасес фортуна юват![Аудасес фортуна юват! (Audaces fortuna juvat!) — смелым судьба помогает! (лат.) (Примеч. авт. )] — прокричала Даша, подбегая к Авроре.

Аврора точно видела, что чудовища облизнулись, закрыли пасти и снова окаменели. Точно! Девушка обернулась к Даше, которая развела руками, произнесла:

— Я тебя предупредила — все вопросы потом, — и вернулась за сумками.

И тут Аврора заметила, что у нее дрожат ноги — трясутся, как желе, но Даша уже понукала:

— Чего встала? Иди!

И они уже поднимались по ступенькам, стучали молотком в дверь и прислушивались к шорохам и скрипам внутри дома, которых было немало. Наконец, когда они уже стали зябнуть, дверь отворилась, и на пороге показалась женщина средних лет. Цыганка с копной небрежно утянутых в хвост пышных волос, с заспанными глазами была одета в такой откровенный топ, что Аврора даже скорчила гримасу. Грудь то ли пятого, то ли шестого размера кое-как держалась в тоненькой прозрачной маечке, а на широких бедрах женщины трещали джинсы с заниженной талией, из которых выпирало загорелое пузо.

«Ну и тетя у Даши!» — удивилась Аврора.

— Мать твою! — Цыганка выпучила глаза.

— Привет! — Даша швырнула сумки в прихожую и легла на грудь женщины.

Они смачно расцеловались, после чего Даша представила Аврору.

— А это Нина, наше все, — сообщила Даша подруге, придерживая Нину за талию. А затем совсем другим тоном поинтересовалась у «нашего всего»: — Как она?

Нина развела руками.

— Она и так не в себе, а сейчас просто… — Цыганка выразилась, не смущаясь. — Сама увидишь.

«Значит, это не тетя», — решила Аврора.

В то время как Нина и Даша полушепотом обсуждали состояние тети, Аврора огляделась. Отделка особняка была бы роскошной, если бы… если бы не создавалось впечатление, будто хозяева когда-то давно сильно разбогатели, а потом вдруг то ли разорились, то ли вернулись к прежнему, довольно скромному достатку. Картины в пафосных, здоровенных рамах, украшавшие холл, потемнели настолько, что местами невозможно было разглядеть, что же на них нарисовано, а позолота на рамах обветшала и кое-где осыпалась. Каменные ступени широчайшей лестницы, что вела наверх, затерлись — стали похожи на потрескавшийся асфальт. Мебель, некогда, видимо, очень дорогая, с искуснейшей инкрустацией, выглядела так, словно вот-вот развалится.

Даша, кажется, тоже заметила плачевное состояние дома и загрустила.

— Дом скучает… — вздохнула она.

— Да уж, — подтвердила Нина.

— Что же теперь со всеми вами будет? — тревожно спросила Даша.

Нина закатила глаза.

— Сходи к ней, — посоветовала она.

Даша кивнула Авроре, и они поднялись на второй этаж. Пол наверху был не каменный, как в прихожей, а деревянный. Паркет аж посерел от старости и был такой противный, что умелый рисунок почти совсем скрылся под вековой грязью. Даша быстро прошла по коридору до упора, остановилась перед потрескавшейся дверью, чтобы постучать, но передумала и молча распахнула створки.

Аврора, заглянувшая в комнату, от удивления даже икнула. Посреди очень большого помещения валялась в прямом смысле гора одежды. Как будто сюда вытряхнули целый склад: пальто, шубы, платки, брюки, платья, блузки, сумки… Со стен свисали обои — казалось, их начали отрывать, как перед ремонтом, но на полпути передумали. Правда, кое-где к стенам приклеили образцы ткани — желтой, бледно-зеленой, голубой. На полу валялся отрез розовой материи в цветочек, а кушетка, обтянутая темно-лиловым шелком в фиолетовую полоску, была распорота в клочья.

Посреди этого бедлама стояла женщина в белом халате с гагачьей оторочкой и ярко-блондинистом парике. Она уставилась на Дашу, швырнула в сторону «Космополитен», развела руками и спросила:

— Ему этого хотелось? Вот так? У тебя есть бензин? Сучка Нина спрятала ключи от гаража! Бензин можно заказать по телефону? Кстати, какого черта ты приперлась? И что за чучело с тобой?

Она плюхнулась на разоренную кушетку и прилегла, положив правую руку тыльной стороной на лоб.

— Мила! — бросилась к ней Даша. — Зачем тебе бензин?

Даша села на кушетку рядом с тетей и погладила ее по голове.

— Хочу сжечь все это барахло, раз старого извращенца привлекают болонки в стиле Барби и Малибу! — прошипела Мила.

— Но… — начала было Даша.

— Ты видишь, что происходит?! — воскликнула тетушка и вскочила с кушетки. Сорвала парик, под которым оказались длинные черные волосы.

Аврора заметила, что тетя удивительно красива: тонкое бледное лицо, карие глаза с поволокой, аккуратные припухлые губы. Просто совершенство — на нее хотелось смотреть до бесконечности.

— Ты поняла, что происходит с домом? — У Милы, кажется, начиналась истерика. — Сначала дом, потом я, затем Нина… И что? Я умру старой и безобразной только потому, что грязный похотливый развратник меня больше не любит?!

Даша огляделась, схватила со стола стакан с водой и выплеснула ее тете в лицо.

— А! О! — задохнулась Мила. — Дура! Это же водка…

— Да ты пьяная! — расхохоталась Даша.

— А ты — тупица! — фыркнула Мила. — Спохватилась… Сразу что, не ясно было? Я же на ногах не держусь!