Чтение онлайн

— Мистер Тьюринг? — на другой стороне трубки раздался смешок Смита.

— Да, слушаю, — немного раздраженно ответил я.

— Вас ищет полиция, вы в курсе?

— Твою мать, — с чувством сказал я. — Кто?

— Вот в том-то и дело. Официальных запросов не поступало, это личная инициатива. Сержант Ортега, убойный отдел ЛАПД. Знаете такого?

— В первый раз слышу, — честно ответил я. Только мусоров мне на хвосте не хватало. А если учесть, что сержант американской полиции примерно равен по званию нашему капитану, это уже хреново. У него есть и силы, и средства, которые он может использовать по своему разумению.

— Мы давно его пасем, он грязный коп. Ну и естественно, вся его корреспонденция и звонки под контролем. Он выяснил, что мистер Тьюринг сейчас в Нью-Йорке. Как там, кстати, Сентрал Парк в это время года? — хихикнул Смит.

— На месте. Его я не разрушал.

— Ну и хорошо. Если что, буду держать вас в курсе.

Спасибо за предупреждение. Похоже, Смит рассчитывает на долговременное сотрудничество, раз предупреждает о таких вещах. Ну значит и мне предстоит позаботиться о своем будущем. Причем, прямо сейчас. Я взял телефон, и набрал номер Вельяминова.

… Я смотрел вверх, туда, где стекло и металл словно бы задевали низкие свинцовые облака. Ну точно, не зря их называют небоскребами, калька с английского «скайскрепера». Здание «Воронтсофф Америка, инк» было одним из самых величественных на Мэдисон-авеню. Во сколько обошелся величественный фаллический символ башни, и во сколько — аренда земли под ним, я даже не задумывался, это не мои проблемы.

Шагнув на землю из такси, где мне последние полчаса выносил мозги таксист-индус своей нудной народной музыкой в промежутках между пустой болтовней, я постоял пару минут, наслаждаясь настоящим Нью-Йоркским смогом. Конечно, до Токийского ему далеко, как говорят, сам я в Японии еще не был, впрочем, какие мои теперь годы, все успеется. Таксист, разбирающийся во всем от политики до медицины, отогнал свой «йеллоу кэб» на поиски следующей жертвы, я я, дождавшись сигнала светофора, шагнул на переход. Вот только анекдота уже не получалось — «Что будет если вы увидите зеленого человечка? Восемьдесят процентов ответов — брошу пить, двадцать процентов — начну пить, и одна девушка — начну переходить дорогу.» Увы, человечек на этом светофоре был белым. Вот такая вот особенность местных переходов. Впрочем, для водителей был привычный зеленый, дискриминация нас, прямоходящих.

Я пересек дорогу, и остановился перед огромной стеклянной дверью, за которой был виден контрольно-пропускной пункт в фойе — тут относились к безопасности серьезно. Потенциальному злоумышленнику было полезно увидеть охранников, одетых как Секретная Служба — черные дорогие костюмы, темные очки и непременный витой провод гарнитуры, идущий из уха. К тому же вся охрана держала на виду и наготове немецкие «МП7», что по идее должно оказать дополнительное психологическое воздействие. А физическое они тоже оказывать умели — большинство из СБ Воронцова в САСШ отслужили в различных подразделениях специального назначения для работы вне пределов РИ в военное время, типа оставшихся в моей реальности СпН ГРУ или «Вымпела», здесь эта группа называлась «Хоругвь». Так что ребята тертые.

Я толкнул дверь, и под бдительными взглядами охраны подошел к ресепшену, где вместо милых девочек и мальчиков, сидящих на входе в обычных корпоративных зданиях, за пуленепробиваемым стеклом находился мордоворот.

— Здравствуйте!

— Чем могу служить? — мордоворот уставился на меня волчьим взглядом.

— Я к господину Вельяминову. Мне назначено. Моя фамилия — Тьюринг.

Мордоворот без тени эмоций на лице опустил глаза вниз за стойку, видимо ища меня на экране. Я спокойно стоял, пытаясь придать себе дружелюбный вид, охранники вышколенные, и считывают эмоции, как собаки.

— Да, вы есть в списке. Возьмите, — он сунул мне чип-карту для входа через турникет. — Ждите сопровождающего.

Он отключил переговорное устройство, и что-то забубнил в гарнитуру.

— Вы к господину Вельяминову? — сзади неслышно подошел охранник.

— Да.

— Пройдемте в досмотровую комнату.

Вот так. Страхуются по полной.

В досмотровой меня попросили сдать все лишнее, в том числе и телефон. Я положил все содержимое карманов в металлический ящик, затем меня пропустили через рентген и металлоискатель. А точку в досмотре поставила вроде беспородная собачка с умными глазами опытного мента, обнюхавшая меня, и безразлично отвернувшаяся.

— Теперь пройдемте.

Так же под конвоем я вошел в лифт. Охранник нажал кнопку, и под знакомое чувство ухнувшего желудка скоростная платформа унесла нас вверх.

Все повторилось. Путешествие по тому же самому коридору, посты охраны… С тех пор, когда я был здесь в первый раз ничего не изменилось, только лица охранников — наверное дежурила другая смена. Так мы дошагали до кабинета, на котором как во всех приличных и соблюдающих меры безопасности организациях не было таблички.

— Алан Тьюринг по вашему приказанию доставлен! — ну уж совсем по-уставному ответил провожатый.

— Спасибо, Василий, — ответил сидящий за столом, уставленным оргтехникой, граф Вельяминов. — Подожди в приемной.

— Есть! — и охранник исчез за дверью.

— Проходите, граф, — сказал по-русски Вельяминов, и привстав из-за стола, протянул мне ладонь.

Ну тут я реально чуть не прослезился. Наконец-то я слышу русскую речь! Нет, в сентиментальности и любви к родным березкам меня упрекнуть не очень-то и можно, но все равно это было приятно.

— Спасибо, Ваше Сиятельство!

— С чем пожаловали? Вы кажется сказали, что это не телефонный разговор?

Я изложил свое дело, уложившись минут в пять, со всеми подробностями, которые считал нужным сообщить, заметив, как разгорелся огонек интереса в глазах графа.

— Весьма прелюбопытно. И вы действительно можете и готовы это сделать?

— Да, Ваше Сиятельство.

— Я все передам князю. Думаю, ваша инициатива будет поддержана и одобрена. Еще есть какие-то просьбы?

О, а вот этого у меня хватает. Их есть у меня. И сейчас я их изложу…

После небольшого монолога, Вельяминов снял трубку.

— Господин Наварин? Зайдите ко мне, — и, положив трубку, добавил, — все подобные дела решайте с моей службой безопасности, граф. Вам будет оказана любая помощь и обеспечено полное содействие в меру всех возможностей нашей компании.

Опа! А вот это уже хорошо. В переводе это значило, что для меня сделают все, о чем бы я не попросил.

— Спасибо, Ваше Сиятельство!

Через несколько минут появился граф Наварин, глава СБ Воронцовых.

— Вы же знаете господина Драбицына? — задал риторический вопрос Вельяминов. — Прошу вас оказать полное содействие. Рад был встрече, господин граф.