Чтение онлайн

— Я всегда считал этот район наиболее вероятным расположением страны Офир, поскольку именно здесь находились самые богатые золотоносные шахты. Кроме того, меня интересовало также русло реки Саскуэханна. Несколько лет назад в верхнем течении этой реки, в районе Меканиксбурга, что в штате Пенсильвания, были обнаружены глиняные таблички со странными письменами, которые, вполне возможно, являются древнефиникийскими.

— А что привело тебя к Телме Хатчинс?

— После пропажи «Навигатора» я впал в отчаяние и не знал, что делать дальше. В какой-то момент мне пришла в голову мысль приехать сюда и поговорить с любителями подводной рыбалки и сотрудниками местного исторического общества. Я вполне допускал мысль, что муж Телмы или скорее всего его верный друг могли проболтаться насчет своей находки кому-нибудь из друзей. С тех пор я начал тщательно собирать все слухи и сплетни, касающиеся затонувшего судна с сокровищами. В конце концов я узнал о Телме и выяснил ее адрес. Она сама предложила мне эту амфору, вероятно, подпав под мое обаяние.

— Вероятно, — улыбнулся Остин. — А как ты узнал о нашем приезде?

— Если НАПИ хочет и впредь оставаться тайной организацией, то я бы порекомендовал вам красить свои автомобили в менее приметный цвет, а не в чудесный бирюзовый. Я ехал на поздний завтрак и вдруг увидел вашу весьма примечательную машину. Не долго думая я проследовал за вами до лодочной станции, увидел, как вы выгружаете подводное снаряжение, механически запомнил ваш автомобиль, а потом проследил за вами, когда вы направились к дому Телмы. А сейчас могу ли я задать вам один вопрос? Как вам удалось выйти на след потерпевшего крушение судна?

Остин рассказал Саксону о второй статуе в Турции, а потом объяснил тайный смысл древней карты, начертанной на боку бронзового кота.

Саксон радостно засмеялся и всплеснул руками.

— Чертов кот! Я всегда подозревал, что в этой фигуре содержится нечто большее, чем в самой статуе. Возможно, именно эта парочка охраняла древний храм.

— Храм Соломона? — спросил Остин, вдруг вспомнив недавний разговор с Никкерсоном.

— Весьма вероятно, — ответил Саксон и нахмурил брови. — Интересно, почему люди, которые организовали похищение первой статуи, не смогли выйти на след этого древнего судна?

— Возможно, они не такие умные, как мы с вами, — пошутил Остин. — Сейчас амфора находится у вас. Могу я полюбопытствовать, что вы намерены с ней делать?

— Я уже открыл ее.

— Ну и что там было?

— Ответ на этот вопрос зависит от тебя, Курт. Полагаю, мы можем заключить некое соглашение. Мне нужны источники НАПИ, но только научно достоверные факты, а не золото или сокровища. Больше всего на свете мне хочется отыскать легендарную царицу Савскую. Охотно признаю, что по-настоящему одержим этой идеей.

Остин помрачнел, опустив кончики губ, а потом вопрошающе посмотрел на Завалу.

— Думаю, мы можем пойти на сделку с этим скользким и загадочным типом?

— Черт возьми, Курт, ты же знаешь мою неуемную страсть к романтическим приключениям. Я голосую «за».

К этому времени Остин уже принял единственно верное решение. Услуги со стороны НАПИ были скромной платой за бесценные научные знания Саксона. Кроме того, он не мог не восхищаться одержимостью этого человека и его упорством в достижении намеченной цели. Повернувшись к Саксону, он вперился в него пронзительным взглядом.

— Я готов заключить такую сделку, но при двух условиях.

Саксон заметно помрачнел.

— Ну и каково же первое условие?

— Ты должен откровенно рассказать нам о том, что находилось в амфоре.

— Я нашел там папирус, — без колебаний ответил Саксон. — А в чем заключается второе условие?

— Ты должен еще раз угостить нас пивом.

— Боже мой, Остин, ты бессовестно пользуешься своим преимуществом перед беспомощным человеком, — сказал Саксон, хитро подкручивая пальцами кончики усов.

Затем он взмахнул рукой, подозвал бармена и показал ему три растопыренных пальца.

Камердинер Балтазара прошел по мрачному коридору, облицованному темными деревянными панелями, и остановился перед массивной дубовой дверью. Балансируя с подносом в одной руке, он мягко постучал в дверь и ехидно улыбнулся, когда ответа не последовало. Он знал, что Карина находится в комнате, так как менее часа назад собственноручно перенес сюда из вертолета ее бездыханное тело.

Не утруждая себя вторым повторным сигналом, он вынул из кармана ключ, отпер дверь и широко распахнул ее.

Карина встретила его на пороге с перекошенным от гнева лицом и большой тяжелой настольной лампой с массивным медным основанием, которую удерживала обеими руками, как большую дубинку, готовясь нанести удар первому, кто осмелится переступить порог ее невольного узилища. Однако она слегка растерялась, поскольку не ожидала увидеть перед собой человека с большим подносом, на котором стоял фарфоровый чайник и красивая фарфоровая чашка.

На всякий случай она не стала опускать светильник.

— Кто меня раздевал? — строго потребовала она.

— Женщина из числа прислуги этого заведения, — спокойно ответил камердинер. — Ваша одежда сейчас находится в стирке. Мистер Балтазар решил, что пока вам будет намного комфортнее находиться в чем-то чистом и свежем.

— Можете передать мистеру Балтазару, что я хочу немедленно получить обратно свою одежду?

— Вы сами ему об этом скажите, — улыбнулся камердинер. — Он ждет вас в саду. Но он сказал, что вам не обязательно торопиться. Можете прийти туда в любое время, когда почувствуете желание с ним поговорить. Можно поставить поднос на стол?

Карина настороженно посмотрела на него, но все же отошла в сторону и впустила его в комнату. Он подошел к столу, поставил на него поднос, а потом попятился к выходу, не спуская глаз с тяжелого светильника, и исчез в коридоре, оставив дверь открытой.

Она очнулась за несколько минут до этого в какой-то странной чужой постели и вспомнила сладковатый запах на заднем сиденье в такси. А потом сбросила с себя простыню и вдруг обнаружила, что лежит в одном нижнем белье. Вскочив с постели, она стала лихорадочно рыскать по шикарной комнате в поисках хоть какой-то одежды, но нашла в шкафу только длинный белый халат из хлопка с глубоким вырезом.