Чтение онлайн

— Если верить твоим словам, а также этим документам, то получается, что Джефферсон был убежден, что сказочная страна Офир находилась в Северной Америке. Разве это не бред сумасшедшего?

Дуглас проигнорировал его вопрос и снова перечитал второй перевод.

— «Священная реликвия».

— Еще одно доказательство безумия. Что это может означать?

— Точно не могу сказать. Насколько я знаю, самой священной реликвией, так или иначе связанной с именем царя Соломона, является Ковчег Завета.

— Ты хочешь сказать, что под этой библейской реликвией Джефферсон имел в виду ковчег?

— Не обязательно. Такой священной реликвией могла быть сандалия Соломона. — Дуглас так разволновался, что нервно заерзал на стуле, теребя пальцами шариковую ручку. — Боже мой, в такие минуты мне ужасно хочется выкурить трубку.

— Что с тобой, Хэнк? Даже если эта рукопись действительно принадлежит Джефферсону, то весь этот бред насчет ковчега выглядит как самая настоящая сказка для детей. Во всей этой писанине наверняка нет ни слова правды.

— Совершенно не важно, правда это или нет, — покачал головой Дуглас. — Все дело в символах.

— Не понимаю. Что тут такого особенного?

— Как ни посмотри на эти документы, они все равно принесут нам одни неприятности. Ты помнишь, что случилось на Храмовой горе в Иерусалиме в тысяча девятьсот шестьдесят девятом году, а потом повторилось в восемьдесят втором?

— Конечно. Какой-то австралийский религиозный фанатик поджег мечеть на этой горе, а позже была арестована целая религиозная секта по подозрению в попытке взорвать ее.

— Подумай хорошенько, что могло бы случиться, если бы им действительно удалось очистить священную гору для возрождения на ней третьего храма Соломона.

— Понятно, что эти действия могли бы спровоцировать по меньшей мере ожесточенный конфликт между религиозными общинами.

— А теперь представь себе, какую реакцию может вызвать сообщение о том, что недавно обнаруженная священная реликвия царя Соломона может быть использована в качестве предлога для строительства нового храма и что она находится на территории Соединенных Штатов.

— Учитывая истерические, на грани паранойи, настроения в этой части мира, найдутся люди, которые непременно скажут, что это всего лишь очередной заговор США против ислама.

— Вот именно. Соединенные Штаты окажутся беззащитными перед обвинениями в организации очередного нападения на Храмовую гору, чтобы окончательно очистить ее от мусульманского присутствия. И в этот вселенский кавардак так или иначе будут втянуты все экстремисты главных религий мира.

— Черт возьми! — невольно вырвалось у Эванса. — Здесь пахнет жареным.

— Не то слово, — поправил его Дуглас. — Это очень взрывоопасный материал.

Лицо Эванса побледнело, когда он представил возможные последствия.

— Что же нам теперь делать? — оторопело спросил он.

— Придется доложить об этом государственному секретарю. Кто еще знает о существовании рукописи Джефферсона?

— Профессор Деврис из АНБ и его ученик из Национального криптографического музея. Есть еще юная исследовательница из Американского философского общества. Однако люди из АНБ знают, как заставить их держать язык за зубами.

— В Вашингтоне ничто не сохраняется в тайне дольше шести месяцев, — грустно сказал Дуглас. — Нам нужно подумать о способах подрыва этой информации на тот случай, если она каким-то образом получит огласку. Тогда наша страна сможет достаточно убедительно опровергнуть ее.

— Но как это сделать? Представители АНБ говорят, что эти материалы подлинные.

— АНБ — секретная организация, которая всегда сможет официально заявить, что ничего об этом не слышала. Я хочу сказать, что мы должны подорвать сам фундамент этой опасной теории. К примеру, заявить, что древние финикийские суда в принципе не могли совершить путь от Восточного Средиземноморья до берегов Северной Америки, поскольку не обладали ни необходимым для этого мореходным искусством, ни соответствующей технологией создания подобных судов.

— Мы можем быть уверены, что это действительно так?

— Нет, но мы должны найти сколько-нибудь авторитетный источник, который поможет нам заложить основу для нашего утверждения.

— Может, использовать для этого Национальное агентство подводных исследований? В НАПИ есть вполне компетентные эксперты, соответствующая база данных, а самое главное — они умеют быть достаточно сдержанными и не распускать слухи по всему свету. Кстати, у меня там есть несколько нужных людей.

Дуглас согласно кивнул.

— Хорошо, займись этим немедленно, а я попытаюсь организовать встречу с заместителем госсекретаря. Зайдешь ко мне через час.

Когда Эванс скрылся за дверью, Дуглас открыл верхний яшик стола, вынул оттуда трубку и пакет с табаком, плотно набил ее и с нескрываемым удовольствием затянулся. В его кабинете нельзя было курить, но он не мог удержаться от соблазна, тем более что ему предстояло обмозговать чрезвычайно важное дело. Ощутив приятное головокружение от крепкого табака, он откинулся на спинку стула и расслабился, позволяя мыслям свободно блуждать по самым неожиданным закоулкам сознания.

Новость все еще казалась ему фантастической. Может, это действительно бред сумасшедшего, как на том настаивает Эванс. Дуглас снова открыл папку с рукописью Джефферсона и скрупулезно перечитал каждое слово, не пропуская на этот раз ни единого знака. Как и многие другие афроамериканцы, Дуглас относился к Томасу Джефферсону неоднозначно. С одной стороны, он не мог не признавать его талант государственного деятеля и величие его роли в истории США, а с другой — никак не желал примириться с тем удручающим фактом, что Джефферсон был рабовладельцем. Вот и сейчас, перечитывая рукопись Джефферсона, он не мог не ощутить величие его исторической личности. Несмотря на то что в переписке с Льюисом он представал в качестве хладнокровного и вполне компетентного государственного деятеля, не было никаких сомнений, что этот великий человек явно обеспокоен последствиями своего открытия.