Чтение онлайн

— Антон, ты можешь его реанимировать. Можешь. У тебя хватит сил. Но чем дольше мы тут стоим и ничего не делаем, тем меньше вероятность успеха.

— Да он умер! Вы что, не понимаете? Я не врач! Я не бог! У меня нет способности воскрешать людей!

Все происходящее начало раздражать. Сильно. Просто Ликвидатор в своей фанатичности реально уже дошел до ручки. Что будет следующим этапом?

— Это псионик. — Коротко отрезал Романовский.

Одна единственная фраза оказала тот же самый эффект, как если бы прямо сейчас мне на башку вылили ведро ледяной воды. Знает, сволочь, чем ударить побольнее.

— Почему псионик? Откуда псионик?– Спросил я, пытаясь попутно сообразить, что за новые приколы исполняет Полковник. Он специально что ли притащил мертвого псионика? Или как вообще понимать все происходящее?

— Парень пытался пробраться на территорию дома. Я так понимаю, к тебе. Другой причины нет. Обычно, даже если они пытаются причинить вред мне, делают все иначе. — Спокойно пояснил Романовский. — Этого сюда вела конкретная цель. А других конкретных целей быть не может, кроме тебя. Я знаю, вы чувствуете друг друга на расстоянии. Видимо, он смог как-то тебя вычислить, либо случайно это вышло. Но пришел мальчик сюда из-за твоей персоны. Просто сделал глупость. Хотел попасть к дому с помощью телекинеза. Хотел сам себя перенести. Естественно, его ударило защитой. Глупо. С самого начала можно было предположить, что мой дом не такая уж простая цель…

— Отлично…– Я развёл руками в разные стороны, — То есть количество психов рядом со мной растет. Не только у вас проблемы с головой, Сергей Сергеевич. Но и вот этот незнакомый мне пацан, а я вас уверяю, раньше мы точно не встречались, от большого ума дуром попер на личную территорию Ликвидатора… Погодите… А кровь? Кровь откуда?

Я прищурился, пытаясь рассмотреть следы ранения на теле пацана. К сожалению, его одежда была тёмной и в ночи совсем непонятно, пропитана она кровью или нет.

— Это охрана перестаралась. Они… В общем, выстрелов было несколько. — Ликвидатор тяжело вздохнул. Видимо, тупость собственных цепных псов его сильно огорчала.

— Так его убила не защита… — Я чуть наклонился вперед, упорно рассматривая пацана на предмет серьёзных повреждений.

Можно ли простым оружием убить псионика? Можно, конечно. Если в этот момент, к примеру, его скрутило из-за отдачи защиты и он не может ничего предпринять, чтоб уклониться от пули. Да и не так это просто на самом деле. Телекинез… Ну, он мог бы, в принципе.

— Антон…

Романовский махнул рукой, отгоняя охранника в сторону, словно провинившегося питомца. Видимо, захотел убрать лишних свидетелей. Мог бы не напрягаться. Один черт они тут все преданы ему до печенок.

Поблизости зашуршала листва и я понял, охранник был не один. Рядом терся еще кто-то. Просто остальные пёсики старались не раздражать своим видом хозяина. Тем более после такого косяка. То-то Ликвидатор испачкался. Наверное, пытался помочь псионику. У него ведь теперь манечка на псиоников. Вернее, на их сохранность. Не на всех, конечно. В приоритете — особенные экземпляры. Самые сильные. Но и этот пацан, уверен, был бы ему интересен.

— Мы тратим время. Именно потому что его поступок безумен, я хочу спасти парня. Спасти и поговорить. Выяснить мотивы. Но сделать это можешь только ты. Психометаболизм. Запусти его сердце. Заново. Подозреваю, оно и стало причиной смерти. Вернее, пуля… В остальном он должен быть в порядке. А тебе, кстати, надо его спасти, потому что гибель парня на твоей совести.

— Круто вы все вывернули…– Я покачал головой.

В принципе, не могу сказать, будто меня до глубины души пробила вся эта ситуация. Правда в том, что пацан реально идиот. Как можно было ломануться в дом Ликвидатора, используя способности псионика. Только последний дурак, наверное, не допускает мысли, что особняк под защитой. Тут прямо даже гением не надо быть. Ясен пень, свой дом Романовский обезопасил от вторжения главных врагов.

Но… Хрен его знает, что за «но». В общем, было внутри меня какое-то «но», поэтому решил попробовать.

— Идиотизм…– Пробормотал я и опустился на колени рядом с пацаном. — Сердце…а если не сердце? Если печень, почки, селезенка. Да хрен его знает, сколько вариантов.

— Антон…– Начал было Ликвидатор, однако я вдруг решил, пошел он в жопу. О чем, собственно говоря, и сообщил.

— Слушайте, идите вы к чёрту. От вас помощи все равно никакой. Вы обещали меня учить, но ничего такого не происходит. Мутите, крутите и все. Просто уйдите. Сам, без вас разберусь.

Формулировка, конечно, получилась чуть мягче той, которая назойливо вертелась в моей голове, но суть верная…

— Антон! Я задал вопрос. — Голос Ликвидатора изменился. Он стал жестче. Именно поэтому я моментально вынырнул из воспоминаний о ночных событиях.

Мы по-прежнему стояли в гостиной. Полковник по-прежнему крутил свои запонки, изучая при этом меня холодным взглядом. Ангелина по-прежнему еще не спустилась.

— Задумался. — Я в наглую уставился Романовскому в лицо. — Вспомнил наше небольшое приключение. Ну… Вы понимаете.

— Понимаю. — Ликвидатор кивнул. — Только зачем? Все же прошло успешно. Мальчик сейчас там, где ему лучше. В себя еще не пришел. За ним присматривают.

— Вы обещали, что как только он очнётся, отвезёте меня к нему. Вы обещали, что не станете говорить с пацаном без моего присутствия. — Я упрямо пялился Полковнику в глаза и совершенно не собирался скромничать.

— Антон, я прекрасно помню, о чем мы договаривались. Мне не нужно говорить об этом дважды. Я — человек слова. Твой спасенный псионик никуда не денется. Еще раз повторяю, он в Отделе, под присмотром. Хватит уже повторять одно и то же. Сейчас перед нами стоит другая задача. Спокойно отправиться на бал. И…

Полковник осекся, а затем посмотрел на меня с таким кислым выражением лица, что в какой-то момент я даже заподозрил, он все-таки скажет это вслух, переступив через свою долбанную показную интеллигентность.

Отправиться на бал и не обосраться там. Вот что было написано на физиономии Ликвидатора. Именно это ему, похоже, сильно хотелось произнести вслух. Однако, настойчивое желание выглядеть на порядок выше всех окружающих, оказалось сильнее истинных порывов души. Поэтому Романовский крамольную мысль проглотил вместе со словами.