Чтение онлайн

Улучив момент, Аманда Армен величаво проследовала мимо Джеба в гостиную и подошла к мужу.

У мистера Армена тотчас пропал всякий интерес к Ханне. Джеб подумал, что если бы жена хозяина пансиона изменила прическу, избавившись от туго стянутого на затылке пучка, то ей бы это пошло гораздо больше. Тогда, наверное, мистеру Армену не пришлось бы пялить глаза на Ханну, и он любовался бы своей женой.

В то время, пока Ханна сидела, пытаясь сохранить достоинство, Джеб ломал голову над тем, как выйти из этой дурацкой ситуации.

Он посмотрел на хозяина пансиона.

– Ведь в Шермане есть церковь, не так ли? – И, не дожидаясь, когда хозяин кивнет головой, он продолжал. – Всего лишь несколько дней назад Ханна потеряла мужа. Я обещал ей при первой же возможности отвести ее к проповеднику, который смог бы утешить ее.

Ханна смотрела на Джеба как на сумасшедшего. Но Джеб не обратил на это никакого внимания. Вряд ли нашлась бы такая вдова, которая отнеслась бы с пониманием к тому факту, что последние несколько дней Ханна провела с мужчиной, не являвшимся ее мужем.

Джеб заметил, что во взгляде миссис Армен промелькнуло сочувствие.

Джекоб Армен прокашлялся:

– Шерман вполне цивилизованный город, мистер Уэллз. В настоящее время в городе даже не одна церковь. Какого вы вероисповедания?

Джеб посмотрел на Ханну.

– Мой отец и мой муж были священниками-баптистами, – сказала она несколько обескураженно. Она была так сконфужена поведением Джеба, что не знала, что и думать, не то что говорить.

– Уоррен Солтерс как раз наш священник-баптист, – сказал Армен слегка нахмурившись.

Джеб понял, что семейство Арменов не было баптистами.

– Где бы мы смогли найти его преподобие Солтерса?

– Его церковь находится в восточной части города. В ее задней части у него комната. – Его тон указывал на то, что владелец пансиона несколько огорчен, что его преподобие не снимает комнату здесь, у него.

Вот и хорошо, значит, он холостяк, подумал Джеб. А вслух сказал:

– Благодарю вас.

Затем он прошел через комнату и встал перед Ханной. Он уставился на юношу, которому удалось занять местечко рядом с ней, и, встретив взгляд Джеба, юноша поспешно отвернулся. Джеб подал Ханне руку:

– Пойдемте?

Грациозным движением Ханна поставила чашку с блюдцем на маленький столик. Она бы с большим удовольствием швырнула чашку в лицо Джебу. Но она не сделала этого, хотя это желание ясно читалось в ее глазах. Она легко оперлась на его руку, пробормотав слова благодарности.

В конце концов, он сделал все возможное, чтобы искупить свою вину. И сейчас Джеб получал удовольствие, глядя в светло-голубые глаза Ханны, которые метали молнии. Она так раскраснелась, словно после занятий любовью. Джеб подумал, как же она будет выглядеть, если совсем выйдет из себя или… отдастся мужчине? Эта мысль сразу напомнила ему о Дженни.

Когда они вышли на улицу и были уже далеко от тех других мужчин, Джеб облегченно вздохнул. Когда он уводил ее из гостиной, можно было видеть, с каким негодованием смотрели те другие ему вслед. Их огорченные лица ни на йоту не беспокоили его, однако ему вовсе не хотелось, чтобы они догадались о его желаниях. Он понимал, что он уже достаточно навредил им.

Он вел ее в церковь.

– Я думаю, вам не очень-то хорошо со мной. В глазах Ханны вспыхнул гнев:

– Если бы моя вера в Господа была такой же сильной, как у Давида, то тогда мне пришлось бы поискать пращу. [2]

Джеб промолчал, но от слов Ханны ему стало как-то не по себе. Может быть, он и заслужил, чтобы его сравнили с Голиафом, однако в его воображении этот великан всегда казался ему мрачным и необыкновенно безобразным мужчиной. Неужели именно так он выглядел в ее глазах? Но тут же он напомнил себе: то, что она о нем думает, не имеет для него никакого значения. Дай Бог, чтобы Уоррен Солтерс сразу же очаровался женщиной, которая так подходит на роль жены священника. В любом случае скоро они с Ханной избавятся друг от друга, и тогда она сможет думать о нем все, что ей вздумается.

Он сразу же уедет отсюда, говорил себе Джеб, и, пока он жив, он о ней и не вспомнит.

Низкий каменный забор отделял церковный двор от улицы. Джеб взял Ханну за руку и повел по исхоженной пыльной тропинке через нечто, напоминавшее дыру в ограде, считавшееся входом на территорию церковного двора.

Перед массивной дверью церкви, которая была закрыта, тропинка разветвлялась, и Джеб с Ханной повернули, чтобы обойти здание. Как говорил Джекоб Армен, священник жил в помещении, расположенном сзади церкви.

Ханна всматривалась в эту аккуратную белоснежную постройку и думала, что она могла бы жить в таком же домике, если бы Кэйлеб согласился стать пастором в одном из таких мест. У нее могли бы быть подруги. Они бы вышивали, разговаривали, устраивали бы дневные чаепития. Однако Кэйлеба не прельщало поселиться в городе. Он считал подобную миссию неинтересной. Он говорил, что городские священники понапрасну расточают призвание, данное им Богом. Слуга Господа, как часто говорил Кэйлеб, должен выполнять благородную миссию – находить заблудших и возвращать их на путь истинный, а не нянчиться с прихожанами. Он также не смог бы терпимо относиться к тому, что в городе Ханна праздно проводила бы свое время. При воспоминании об этом Ханна глубоко вздохнула.

Услышав ее вздох, Джеб немного нахмурился:

– На мой взгляд, неплохая церковь.

– О да, – поспешно сказала она. – Это… прекрасная церковь.

Несмотря на то, что окна выходили на голую равнину, и само здание напоминало коробку, все равно этот город как будто бы был создан для того, чтобы она обосновалась здесь.

Свернув за угол, они наткнулись на его преподобие Солтерса. Наткнулись в прямом смысле слова, потому что он стоял на коленях на цветочной клумбе и что-то там делал.