Шрифт:
Из окна кафе, стоящего на середине горнолыжного спуска, хорошо были видны фигуры самих лыжников и медленно поднимающиеся и опускающиеся кресла подъемников.
Когда заснеженная буря после очередного лыжника поднялась возле окна, у которого сидел Андрей, к стеклу прижались две улыбающиеся рожицы, и одна показывала ему язык, вторая достала трубку телефона.
– Привет! – засмеялся в телефонной трубке голос Кати.
А когда он увидел, как обернулась, входящая маленькая фигурка, показывающая ему язык, то по движению ее губ, угадал обращенные к нему слова:
– Здравствуй, папа!
– Я не папа! – уточнил он на всякий случай. – А Оля не падала?
Улыбка сошла с Катиного лица, и уже другим голосом она ответила:
– Моя дочь, Оля, не падала! А тебе спасибо за настроение!
И взяв за руку девочку, они покатились вниз по склону.
– Кать! – закричал в трубку Андрей и редкие посетители кафе переглянулись на его голос.
Но телефон молчал.
Андрей со злостью матюгнулся про себя.
– Ну вот и началось! – раздраженно подумал он. Хотя за полгода их совместной жизни это было впервые.
… Полгода назад Андрей ушел из семьи. К тому времени их роман с Катей длился уже полтора года.
Сначала они считали, что это просто роман, потом уже был настоящий роман, а когда оба поняли, что происходит что-то серьезное, для их сложившийся семейной жизни, было уже поздно.
Каждую неделю они расставались навсегда, клялись друг другу что никогда не позвонят, но через несколько дней, после короткого вопроса в трубку, ты где? бросались по названному адресу и без слов, без рассказов о пережитом, ехали на место их привычных свиданий – в квартиру Катиной подруги, уехавшей в долгую загранкомандировку и полдня были в объятиях и поцелуях, переходящих в рассказы о том, как невыносимо было пережить разлуку.
Впрочем, семейная жизнь в общепринятом понимании была только у Андрея, и это были любимые его люди, жена и сын, с которыми должна была пройти вся его жизнь… Но так бывает. Да, конечно, не нужно было заводить этого романа. Но он и не заводил. Просто почему-то после первой случайной встречи, захотелось увидеть Катю еще, потом еще…
Катя была девушкой свободной, давно развелась, муж ушел, когда дочке исполнился годик, а сейчас ей уже тринадцать.
Муж ушел достойно. Оставил квартиру, все расходы на дочку взял на себя и это не какие-то алименты, а вполне приличная сумма денег, и встречался с дочкой каждую неделю.
… Андрей смотрел в окно, выходящее на горнолыжный спуск, и вдруг почувствовал, как сзади его обняли две пары нежных рук.
– Андрей, -прошептала ему в ухо Оля, – извини маму. Да, ты мне не папа. Ты лучше!
– Лучше папы только мама, отшутился Андрей.
С самого начала как Андрей пришел в их семью, было условлено: никаких «пап»!
– А кто ты тогда? – спросила Оля, – Дядя, что ли?
Договорились, что для Оли Андрей будет Андреем. Без отчества.
– Да, Андрюш, извини! – добавила Катя, усаживаясь рядом с ним. – Ну, забылась.
…Через год стало ясно, что нужно что-то выбирать. Но выбирать было трудно.
Самое лучшее, выбрать то, что у них было раньше.
– Мужчина ты или нет? – воскликнула Катя, – возьми себя в руки!
И она взяла отпуск. И уехала с Олей в Сочи.
Андрей был мужчиной. И не звонил Кате эти две недели.
Он встретил их в аэропорту. О приезде узнал от Катиной мамы, которая давно уже была в курсе.
– Ладно, – сдалась Катя недели через три, – Тогда последнее испытание!
И предложила недельку пожить вместе. Одно дело букетно-конфетные отношения и гостевая встреча, другое – быт, хозяйство, двадцать четыре часа в сутки мелькать друг перед другом!
Для жены Андрей, как бы, уехал в командировку, бывали у него действительно командировки, а Катя взяла отпуск за свой счет.
Жили, конечно, в квартире подруги.
– Ну и как? – спросила Катя через неделю.
– Я тебя люблю! – ответил Андрей.
…Между тем, отношения становились все напряженнее. Нет, никаких явных признаков или скандалов не было. Но все чаще Андрей ловил на себе недоуменный взгляд Кати.
Конец ознакомительного фрагмента.