Назад уже не вернешься

Я благодарна своему мужу Кейту, который, пока я писала эту книгу (и все мои другие книги тоже), терпел беспорядок в доме, нехватку чистой одежды и перепады моего настроения.

Благодарна своим драгоценным детям, которые питались хот-догами, пиццей и кукурузными хлопьями, потому что я запиралась у себя в кабинете и писала эту книгу. Обещаю наготовить им много вкусной горячей еды.

Благодарна Отумн Халл и Наташе Томик за то, что прочли и осуществили обратную связь между этой книгой и предыдущим романом «Когда тебя настигнет судьба». Именно Наташа придумала выражение «Раш-краш», и поэтому, естественно, она одна из тех, кто помогал мне в создании этой книги. Спасибо, леди!

Спасибо Саре Хансен, которая придумала для книги чудесную обложку. Сара просто прелесть. Я люблю ее. А еще с ней всегда можно отлично провести время. Поверьте, я знаю!

Джейн Дистел – самый крутой агент в литературном мире. Я ее обожаю. Да, вот так просто. А еще огромное спасибо моему агенту по иностранным правам Лорен Абрамо, она проделывает невероятную работу, чтобы распространить мои книги по всему миру. Она – бриллиант чистой воды.

Стефани Т. Лотт. Я работала со многими редакторами, ее я люблю по-настоящему. Она потрясающая!

И конечно, самую большую помощь я получила от Господа Бога. Он дал мне силы и воображение для творчества. Возможность каждый день делать то, что я люблю, – это дар, которым способен наградить только Он.

Если бы в тот момент я не был так заворожен Блэр, тем, как она освещала своей красотой все вокруг, я бы заметил, что он вошел в бар. Но я не заметил. Разговоры вдруг стихли, и все посмотрели в сторону двери у меня за спиной. Взглянув на Блэр, которая разговаривала с Вудсом и не обратила внимания на произошедшие в комнате перемены, я сначала закрыл ее собой, а уже потом повернулся, чтобы выяснить, чем вызван всеобщий интерес.

Глаза, которые на меня смотрели, были такими же серебристыми, как те, которые я каждый день видел в зеркале. Мы уже довольно давно не виделись; обычно встречались чаще, но появилась Блэр, и все в моей жизни кардинально изменилось. Чтобы пообщаться с отцом, надо было сначала вычислить его местопребывание, а у меня не было на это ни времени, ни сил.

Похоже, в этот раз он сам решил меня разыскать.

– Это твой отец, – тихо сказала Блэр.

Она успела выйти у меня из-за спины и теперь встала рядом и взяла меня за руку.

– Ага, это он.

Без сценического грима и черной кожаной одежды он был копией Раша, только постаревшей. Раш крепко сжал мою руку и быстро пошел к выходу из бара, я еле за ним поспевала. Его отец шествовал впереди. Я не смогла понять, рад его видеть Раш или нет. Они не сказали друг другу ни слова. Раш только кивнул в сторону двери – вот и все общение; он явно не хотел, чтобы наше знакомство произошло прилюдно.

Дин Финли, самый известный в мире барабанщик, несколько раз останавливался, чтобы расписаться на разных предметах, которые ему подсовывали посетители бара. И это были не только женщины. Один парень шагнул вперед и попросил поставить автограф на салфетке. Раш хотел быстрее вывести отца на улицу, и угрожающий блеск в его глазах заставил остальных отступить. Посетители притихли и просто наблюдали за тем, как барабанщик «Слэкер демон» идет к выходу.

К вечеру бриз стал холодным. Я сразу поежилась, и Раш остановился и обнял меня за плечи.

– Надо ехать домой. Я не позволю, чтобы она торчала на улице, – сказал он, обращаясь к отцу. – Слишком холодно.

Только тогда Дин остановился, обернулся и медленно меня оглядел; я отчетливо почувствовала момент, когда он заметил мой живот.

– Дин, это Блэр Винн – моя невеста. Блэр, это Дин Финли – мой отец, – сдавленным голосом представил Раш.

Судя по тону, ему не хотелось нас знакомить.

– А мне никто не говорил, что я скоро буду дедушкой, – растягивая слова, сказал Дин.

На его лице не отражалось никаких эмоций, поэтому я не могла понять, что он чувствует.

– Я был занят, – только и ответил Раш.

Странно. Он что, стесняется отца? Меня начало подташнивать, и я попыталась отодвинуться от Раша.

Но он лишь крепче обнял меня за плечи, я чувствовала, что все его внимание сосредоточено на мне. Он повернулся к отцу спиной и, наклонившись так, чтобы смотреть мне прямо в глаза, спросил:

– Что-то не так?

Говорить с Рашем на эту тему сейчас я не хотела. Дин Финли внимательно глядел на нас обоих, поэтому я отрицательно помотала головой, но мое тело все еще было напряжено. Ничего не могла с этим поделать. Меня беспокоило, что Раш ничего не рассказал отцу.

– Пойду посажу ее в машину. Увидимся дома, – бросил Раш через плечо, а сам все время не спускал с меня глаз.

Я отвела взгляд и пожалела, что так среагировала на ситуацию. Получалось, что я устроила сцену. Дин мог подумать, будто я какая-нибудь плаксивая принцесса.

Я собралась возразить, но Раш обнял меня за талию и повел к «рейнджроверу». Раш злился. Ему не нравилось, когда я расстраивалась, и над этим нам следовало поработать. Я еще буду расстраиваться. Он не сможет это контролировать.

Раш открыл пассажирскую дверь, поднял меня и усадил, будто мне было пять лет. Он, когда думал, что я расстроена, всегда обращался со мной как с ребенком. И над этим нам тоже надо было поработать.

Раш даже еще не закрыл дверь со своей стороны, а уже бросил на меня взгляд: