Чтение онлайн

Уж очень сложный вопрос. Слишком многих это затрагивает, так или иначе. Это уже уровень государства. Очень много серьезных ребят, так или иначе, имеют в таком интерес. И тут уже не только отжать себе долю или отнять, тихо убрав. Тут хуже. Могут и стремиться кончить вместе со всей технологией. Или- по- бюрократически задавить, или слить за бугор, чтобы понравиться нужным людям.

С алмазом размером с кулак проблем меньше в разы.

Юрий скривился

– Не все так плохо. При публичной демонстрации и патенте одного из сильных государств можно сделать международное состояние. Стать наднациональным миллиардером. А?

– Можно. Только не международное, а все- таки только в одной стране со всеми её тараканами. Потом тебя будут караулить и пасти пуще Эрмитажа и британского музея вместе взятых.

– Пессимистично. Значит если удастся достать еще две технологии, можно будет решить большинство вопросов нашей растущей деревни?

Только вот простым это не будет. Даже по этой сделке торгаш круто рисковал головой. А знал бы что рискует не только головой, но и всем кланом, даже разговора бы не начал. И никакие деньги или хитрости бы не помогли.

Так что …Да и коньяка больше нет.

Юрий потер подбородок и мрачно задумался. Потом поднял лицо, и его обычная жесткая полуулыбка вернулась.

– Все в этом мире решаемо, было бы время и случай. А над случаем мы поработаем.

Окраина поселения. Сборный экспедиционный дом. Комната Морозова.

За время плавания на Дежневе сложилось много разных отношений как дружеских, так и резко неприязненных. Но отношения между старшим научником и старшим технарем выделялись какой-то обывательской уютностью. То, что началось как взаимная нужность и уважение развилось в откровенное покровительство. Странно, но резкий вспыльчивый и часто бестактный Миллер, был в этих отношениях на положении домашнего кота. Даром что был на десять лет старше.

В настоящее время высокое начальство пило хороший непайковый кофе и обсуждало работу.

– Нет. Дим, признайся где берешь такой хороший кофе? Запасы корабля, даже плохого качества – большей частью уничтожены. Неуставное хранение сверх личного норматива?

– Никакого нарушения. Мне надо людей иногда поощрять, так или иначе. Для этого надо иметь свои запасы. И я их имею. А капитан не имеет ко мне претензий, потому что хочет результата. Сложный человек наш экс адмирал, но не пустой. Что нужно – то действительно нужно. И если не хаметь, то для того что нужно – необходимое можно.»

– Вино запрещено, но есть четыре, «но» … – Миллер усмехнулся.

Дмитрий Морозов непонимающе поморщился. Потом спросил

– Андрей, а что это тебя вдруг потянуло на такие вопросы?

– Вопросы, вопросы, думаю вдруг ты кофе наколдовать можешь? С производством во всяком случае у тебя получается почти магически.

– Да какая там магия. Нормально поставленное поощрение и спрос. Где на карман, где для души. Где всей команде, а где лично. Что бы начальник отвечал за результат и что бы коллектив мог влиять на результат.

Слишком много уродов пытается лезть на место главного, не отвечая ни за что. И ничего не понимая, ни в каком деле. Так, устраивают пляски с бубном, преданно заглядывая в глаза начальству, да давя на истерику. У нас это не проходит.

Это главное. А дальше…

Было бы поставлено дело. А дело поставлено хорошо. Со штрафниками из экипажа были сложности. Но хватило раз увеличить срок штрафных работ что бы больше желания гнать туфту не было. И намекнуть, что карательная система у Васильева значительно менее приятна…

Так что запрягли всех – индейцев и экипаж. Кому рабочий день восемь часов, а кому и по двенадцать…Кому премия, кому пинка… И, по срокам – справляемся…

Хочешь посмотреть, как твои исследования выглядят в производстве?

– Да было бы очень любопытно.

Две фигуры в белых комбинезонах вышли на зеленовато бурую от местной растительности равнину.

По всему пространству, от реки до горизонта, на различном расстоянии друг от друга были разбросаны серые купола и зеленые похожие на метровые двускатные палатки- возвышения.

– Вот это и есть наша пасека.

Из щели в стоящей рядом «палатке» вылезло нечто жукообразное и жужжа улетело в небо.

Андрей Миллер улыбнулся.

– Да… Приспособить местных «термитов» к изъятию части личинок, это было довольно просто. Достаточно было поднять базы по пчеловодству, да чуть модернизации. А вот суметь приспособить сложный симбиоз растения и роя к продуктивному производству и аккуратному изъятию, потребовало ряда оригинальных решений. И сам две недели в отделе спал и почти весь отдел со мной…

– Хорошо получилось – конструкции клепаются из местных материалов и местными инструментами. Много ручной работы, но обходимся без энергозатрат и земных материалов. Все идет к тому что мы сумеем обходиться местными харчами, даже до того, как вызреют посевы. Всё-таки странно, большинство местного харча вполне съедобно и для нас.

– Странно? Странно то что местные аборигены при всей разнице фенотипов отличаются в области биохимии меньше чем кайсанская раса от монголоидной.

Морозов молча поднял брови.

Андрей полминуты молчал потом сдался.

– Местные внешне отличаются порой сильнее чем расы земли, но по сути это одна раса близкая к земным европеоидам. Почему так? Нет, сходство между собой еще понятно. Но сходство с земной расой, причем только одной? Наводит на подозрения.

Старший научник отвернулся, горько плюнул и продолжил

– Все это конечно очень любопытно, но до соответствующих исследований, боюсь руки дойдут не скоро. Как же нам еще далеко до Земли… Роботы провели разведку и понемногу работают над шахтой, но все это так медленно…