Чтение онлайн

– Семен Борисович, Семен Борисович, ну зачем так? Вы бы знали какое у меня горе. Все теплицы, размещенные мною по уговору с научным отделом на личных пространствах – все погибли.

Месяцы трудов и неудобств. Сколько личного времени и сил… Всё, всё – погибло.

Говоривший, выразительно морщил лоб, качал головой и расстроено расширял глаза. Правда, его угловатое лицо с тонкими губами было плохо приспособлено для жанра драмы… а черные глаза прирожденного цыганоеврея, с непередаваемой искрой жизненного цинизма, намекали любому внимательному человеку на реальную житейскую позицию их владельца. Даром, что Юрий Нагибин был самый что ни есть русский из казаков.

Но – экспрессия в исполнении лихо замещала нехватку убедительности мимики.

– Наука понесла тяжелую утрату. Вы не представляете, как это меня расстраивает.

– Расстраивает меньше, чем расстроит если мой доклад будет содержать пометку о том, что ты ни ххх не разбираешься в своих обязанностях. И наоборот если будет пометка о том, что ты полноценно замещал старшего по званию в его отсутствие…» Полковник взял паузу.

Юрий быстро поднял глаза.

– Что вам нужно знать?

– Что со складом?

– Уничтожен на две трети, начисто. Я уже разобрал то что было перемешано. За час с небольшим. (в голосе мелькнула гордость). Материалы и запросы для техников ушли в первую очередь.

– Что со снабжением людей?

Баталер понимающе задержал взгляд на зеркале шлема собеседника.

– Часть сохранилась, даже больше трети. Это в основном концентраты. Но все же на синтетику переходить придется еще очень нескоро. Практически начисто уничтожены маленькие радости и пищевые улучшения. Табак, алкоголь, праздничные рационы – все как корова языком.

Семен Борисович, я могу надеяться на некоторую долю …так сказать дружбы?

– Ты можешь помнить мое слово. Я его исполню.

В этот момент наручный комм гостя завибрировал и замигал красным, издавая приглушенный звук воздушной тревоги. Тот наклонил голову читая сообщение, а когда поднял – на баталере уже был закрыт шлем.

– Вот ххх, нет это не повторение. Это по моему профилю. Расслабься.

Глава 3.

– Ким, мне кажется, или вы не очень расстроены потерей своих питомцев? – просматривая разнообразные инфоокна на экране, задумчиво спросил профессор Миллер.

– Да что вы, Андрей Михайлович?! – почти искренне возмутился Виктор.

– Ну, хорошо… Вы можете сделать общий вывод вот из этих семи блоков? – показал глазами Андрей Михайлович.

В целом, конечно… – пытаясь понять подвох, ответил Виктор.

Не секрет что профессор, не любил три вещи – некомпетентность, хамство и неуместное критиканство. Поэтому, не слишком медля, добавил: – «По ним можно определить свойства биосферы планеты.»

– Что по ним определить можно в общих чертах – может определить любой, обладающий школьным образованием. Лаборант Ким, вы вывод сделайте. Хотя бы на уровне лаборанта.

– Ну, что тут заметить, Андрей Михайлович… Планета имеет ровный влажный климат, хотя и довольно прохладна. Соответственно биосфера хоть и разнообразна, но довольно невелика по общему объему.

– Хорошо, попробуйте ответить мне, на какие виды приходится основная доля биомассы. Кроме микроорганизмов, само собой.

– Так …Ну это растительность, тундрового типа в основном. Кустарники, редкие леса… В водоемах рыба. Нет птиц …Практически нет животных. А вот это интересно – довольно значительная доля…Насекомых???

– Может и не насекомых. Мы же не брали образцы – многозначительно отозвался профессор.

– Поэтому и спросил вас про особенности биосферы, которые вы пропустили… Присмотритесь к районам, где отмечается наличие этих «насекомых». Увидели? Нет? Ким, ну посмотрите внимательней, это приполярные области. Вы понимаете, что это означает?

– Вид зимних насекомых?

– Не только зимних, но и прежде неизвестных науке! Это открытие! Поэтому товарищ научный сотрудник, отгадайте, кто одним из первых отправится с экспедицией на планету?!

– Спасибо Андрей Михайлович…

Виктор замолчал, в тон профессора. Идея отправится на неизвестную планету, одним из первых его не сильно прельщала. Если не сказать больше…

– Андрей Михайлович, мы неделю двигались к планете, и уже не первый день сканируем её всеми способами вдоль и поперек. Но так и не решились совершить посадку. Не подскажите почему? А то в экипаже уже разное поговаривают…

– Старший лаборант, Вы только других слушаете или может быть, сами думать умеете?

– Предполагается какая-то опасность?

– Нет, все намного проще. Есть соответствующие директивы, которые, кстати, Вы изучали, перед тем как дать свое согласие на дальнюю экспедицию. В них четко прописаны, сроки, после которых экипаж корабля имеет право совершить первую высадку. Скажите мне, через сколько дней, в соответствии с директивой, мы имеет право совершить первую посадку?

Миллер замолчал, казалось, что его вытянутое лицо стало несколько длиннее. Профессор внимательно, как преподаватель оценивает студента, стал следить за его реакцией.

Виктор не считал, что не обладает особенными навыками, которые бы выделяли его из общей толпы. Он не был физически одарен и не превосходил свою среду выдающимся интеллектом. Но вот что Ким умел, так это быстро и хладнокровно анализировать большие объемы данных. Поэтому, лишь слегка прищурившись и изобразив скучающий вид, он начал говорить:

– Стандартно сканеры, используя данные с запущенных ранее спутников, способны оценить структуру, состав и основные характеристики планеты за сутки. Анализ поверхности, при полной загрузке исполнительных операторов за двое. Итого уже три дня. Дроны анализаторы, способны создавать видео-визуализацию за два дня. Еще пару дней на сбор данных по биосфере. Получается, Андрей Михайлович, что неделя…