(Не) чужой ребёнок

Лиза

Ждём очереди в вестибюле районного ЗАГСа. Чувствую себя не в своей тарелке. Испытываю странные ощущения, не свойственные невестам в день свадьбы. Впрочем, свадьбы как таковой у нас нет. Мы тут для того, чтобы зарегистрировать брак и придать нашим отношениям юридическую определённость. Именно так, сухо и неромантично.

На календаре – будний день. Я думала, что все пары, с которыми мы столкнёмся, будут такими же, как мы: без характерных для новобрачных нарядов, без свиты из друзей и родственников. Но это, оказывается, не так.

Сегодняшние свадьбы, возможно, не такие пышные, как в выходные. Наряды невест – поскромнее, группы поддержки – малочисленнее. И приезжают они на обычных машинах, украшенных шариками, а не лимузинах, аренда которых сопоставима с моей месячной зарплатой. Но всё равно свадьба есть свадьба…

Смотрю на этих счастливых невест – и неожиданно для себя завидую.

Хотя почему неожиданно? Каждая девочка мечтает о красивом белом платье и торжестве с криками “Горько!”. Чтобы цветы, поздравления, тамада, фотограф и видеооператор. Чтобы хоть раз в жизни почувствовать себя настоящей принцессой и центром Вселенной.

Мы с сестрой частенько проходили мимо центрального ЗАГСа и останавливались поглазеть на свадьбы. Обсуждали платья, фасоны, причёски, макияж. Фантазировали, в каком наряде мы будем в самый главный день своей жизни, куда поедем фотографироваться, на фоне чего и как будем позировать.

И вот этот день настал. Но ни фаты, ни платья, ни фотографа, ни тамады, ни криков “Горько!”. Ничего…

Зря мы это затеяли… Теперь мне даже кажется, что я вынудила Пашу на мне жениться. Но стала ли я от этого счастливее? Определённо, нет.

Всё должно было быть иначе. Любимый сделал мне предложение, подарил красивое кольцо. Мы всё заранее распланировали. Думали, сыграем свадьбу, он через два месяца окончит университет и уедет в интернатуру за границу, а я доучусь последний курс – и поступлю в интернатуру туда же, чтобы быть вместе с мужем. Брак должен уберечь нас от ненужных соблазнов и помочь мне в оформлении документов для продолжения учёбы в Европе.

Но Пашины родители выступили категорически против нашего брака. Я для них – угроза будущему их горячо любимого сына. Его мама заявила мне наедине:

– Жена должна помогать мужу расправлять крылья, чтобы он летал как можно выше. А ты для него – якорь или даже камень, привязанный к ногам и тянущий на дно. Я могу допустить, что ты с ним не из корысти, а по большой любви. Но в таком случае подумай, готова ли ты испортить любимому жизнь, связав по рукам и ногам и не давая сделать карьеру?

Почему она решила, что я ему мешаю летать и тяну на дно, я так и не поняла. Все её аргументы показались неубедительными. Как печать в паспорте помешает Пашиной карьере, если, кроме официального статуса, всё останется неизменным?

Она много говорила, с чем-то я условно соглашалась, что-то меня обидело. Сама же я по большей части помалкивала и не спорила. В моей семье не принято перечить старшим, родители априори всегда правы. Нас с сёстрами воспитывали в строгости и послушании. Я лишь однажды пошла наперекор отцу, когда по велению сердца поступила в медицинский университет, а не на ветеринара, как настаивал он. Впрочем, папа поворчал – и смирился. Всё-таки врач – тоже уважаемая и нужная профессия.

После посещения Пашиных родителей я очень расстроилась, потому что итогом стал ультиматум: они не допустят, чтобы Павел испортил себе жизнь, женившись на мне. Все наши планы и мечты рухнули…

Ещё и мои родители постоянно подливают масла в огонь. Они придерживаются консервативных взглядов и отказываются принимать формат наших отношений, регулярно напоминают нам, что пора играть свадьбу. Мне с детства вдалбливали в голову, что девушка к своему телу может подпустить только мужа, причём лишь после свадьбы. То, что мы с Пашей уже второй год живём без брака, для них – как нож в сердце. Каждый мой визит домой начинается и заканчивается причитаниями по поводу свадьбы и угрозами, что рано или поздно Павел меня бросит, вдоволь попользовавшись и пресытившись.

Как будто решение принимаю я одна… Да если бы это от меня зависело, мы бы давно уже были женаты!

Наконец нас вызывают в зал. Играет марш Мендельсона, пытаясь придать моменту каплю реализма. Регистратор сухо и быстро проговаривает стандартную речь, мы расписываемся, обмениваемся кольцами и целуемся. Вроде бы всё идёт по регламенту, но создаётся впечатление, что в ускоренной перемотке и не по-настоящему…

– Котёнок, что ты раскисла? – ласково шепчет мне на ухо мой теперь уже муж, когда мы выходим из здания.

– Не знаю. Всё у нас не как у людей… Обидно.

– Не парься. Помни, что я тебя очень люблю. Мы ещё сыграем с тобой настоящую свадьбу, нужно просто немного потерпеть.

– Твои бы слова да Богу в уши…

Хочу ему верить, но боюсь загадывать наперёд. Откуда я знаю настоящие причины, по которым Пашины родители категорически запретили ему жениться? Может, у них есть для него более подходящая кандидатура или им не подошло моё социальное происхождение?

На Золушку я никак не тяну – у моего отца процветающее фермерское хозяйство и хороший стабильный доход. Дела идут в гору, папа постоянно расширяется, закупает новомодную технику за границей, увеличивает поголовье скота. Краем уха слышала, что в конце весны начнут монтаж сырзавода – папа будет выпускать органический сыр.

– Мне нужно закончить интернатуру и начать работать, – продолжает рассуждения Паша. – Родители просто боятся, что я из-за тебя откажусь от своих планов и останусь здесь. Когда они увидят, что всё у меня получилось, наверняка сменят гнев на милость.

– Дожить бы…

– Время быстро пролетит, вот увидишь. Главное – не афишировать пока наш брак, чтобы раньше времени отец ничего не заподозрил… А я постепенно накоплю денег. Будет у тебя и платье, и фотограф, и лимузин.

– Да помню я. Никому ни слова, – и это тоже очень обидно, потому что страсть как хочется похвастаться замужеством перед подружками.