Шрифт:
Пролог
Лариса лежала расслабленно, в ожидании неистового наслаждения от близости с юным, похожим на хрупкого мальчика уборщиком бассейна Эдуардом. Она желала изощренных ласк и велела завязать себе глаза шелковой лентой, а руки приковать стальными наручниками к спинке широкой кровати.
С той поры, как отец увёз неверного мужа, подлого Савватея, куда-то в Африку, где у него были какие-то грязные дела, Лариса не скучала ни дня. Она мстила провинившемуся паршивцу мужу изощрённо и жестоко – повар Ашот, шофёр Николаша, охранники Прыщ и Сивый, тренер по теннису Дмитрий, тренер по фитнесу Аркадий, психотерапевт Самуил. Теперь она пригласила в свой альков Эдуарда. Эдика. Он возбуждал Ларису, впиваясь безусым ртом в её податливую «норку», но член у малыша, к сожалению, был маленький. Лариса уже подумывала отшить Эдика, но желание его оральных ласк оттягивало прощание.
Сегодня всё началось как обычно – Эдик завязал Ларисе глаза, неторопливо приковал её к спинке кровати, а после жадно приник к её «норке». Лариса не стонала, а тихо вздыхала. Скоро наступит пик наслаждения, а после Эдик войдёт в её лоно тонким, коротким членом и быстро-быстро, словно кролик, станет совокупляться. Лариса сегодня задумала жестоко «наказать» Эдуарда – как только он прекратит терзать её языком и соберётся «получить своё», она крикнет ему: «Эдик, негодный мальчишка, немедленно развяжи мне глаза» – и ногой столкнёт его с себя. О-ля-ля! Это будет здорово! Да, вот оно – уже.
Лариса глубоко выдохнула – язык Эдуарда вышел из неё. Сейчас он будет впихивать в нее своё убожество, и она…
– А-ай! – вскрикнул Эдик. Как ему не терпелось!
Лариса не успела осуществить свой план – толстый и очень твёрдый, словно стальная палка, член ворвался в неё и стал ходить бешеным поршнем. Вот это номер! Эдичка так возбудился, что его член распух до нормального размера! Против воли, Лариса застонала от удовольствия. Она отдалась соитию, уходя в пелену импульсов наслаждения. И вдруг поршень замер, извергая в её лоно горячие струи.
– Нет, мальчик, ещё! Я не кончила! – вскрикнула Лариса.
Повязку с глаз грубо сорвали.
Лариса обомлела – на неё смотрел грозный Карен Балаян!
Лариса сжалась от ужаса, пыталась освободиться, соскользнуть с кровати, но она плотно сидела на тугом члене. Карен хлестнул её ладонью по щеке.
– Зато я кончил, сучка… Куда твой папаша-маразматик дел мою жену?
Лариса ловила воздух ртом – её изнасиловали, избивают, может, убьют, и всё из-за ужасной Лолиты. Она посмотрела в сторону двери. Там с невозмутимыми лицами стояли громадные мужланы Армена Балаяна, дяди Карена. А бедного Эдуарда, зажав ему рот огромной лапищей, громко пыхтя, насиловал убийца Кондрат. Двухметровая гора мышц, пустой взгляд. Эдик на его фоне походил на рахитичного карлика. Из его широко раскрытых глаз катились крупные слёзы.
– Что молчишь, дрянь? – Карен сжал рукой лицо Ларисы. – Твой упырь-муж домогался моей Лолы? Ведь так, сучка? А ты решила сжить её со свету! Думаешь, твой папаша всесильный? Надо было мне раньше всё это прекратить! Но ничего, я смогу постоять за себя!
Карен поднялся с Ларисы – его член всё ещё был крепок, он с трудом натянул плавки и застегнул брюки. Кивком указал на Ларису:
– Берём её с собой.
Кондрат, завершив акт мужеложества, толкнул бессильного Эдуарда на пол:
– Что с этим?
Карен секунду смотрел на содрогающегося от рыданий худенького хлюпика, коротко произнёс:
– Утопи его в бассейне.
– Нет, нет! – вскинул руку Эдик, давясь слезами. – Прошу вас! Я ничего никому не скажу! Я соберу вещи и уеду навсегда. Буду жить тихо. Прошу вас, прошу! Я простой уборщик бассейнов, маленький человечек. Я ничего не знаю и буду молчать.
Здоровяк Кондрат усмехнулся:
– Может, его тоже возьмём с собой?
– Он тебе понравился? – хмыкнул Карен.
Кондрат сразу потушил в себе доброе начало, огромной лапой ухватил Эдика за волосы, рывком поднял на ноги, но у того колени подгибались от наполнявшего его ужаса. Он заныл, гундося:
– Пожа-а-луй-й-ста-а, не надо.
Кондрат с придыхом всадил хлюпику кулаком в живот, вырубив его, вскинул обнажённое тело на плечо и пошёл к двери, услужливо распахнутой другими бандитами.
Лариса, придя в себя от шока, заорала:
– А-а-а-а-а!!!
К ней кинулись и двумя сильными ударами в лицо заставили замолчать. Словно тряпичную куклу, отстегнули от спинки кровати.
– Карен, может, мы её тоже отымеем? – спросил один из дуболомов.
– Валяйте. Я пошёл к машине.
Выйдя из спальни в широкий длинный коридор, Карен прошёл мимо распростёртых в неестественных позах убитых охранников Ларисы – Прыща и Сивого, вышел из дома, тяжело вздохнул, посмотрев на плавающее в бассейне тело Эдуарда. Следом за ним из дома вышел плюгавый Вазген, вытирая окровавленный нож о белоснежный платок, – на кухне он зарезал повара. У «дона» Данилова много врагов, и чем позже он поймёт, кто совершил налёт на виллу Ларисы, тем больше шансов покончить со стариком а, может быть, и со всей «семьёй».
Убийца Кондрат дожидался Карена у машины, заранее отворив для него дверь. На физиономии подонка было написано абсолютное равнодушие ко всему вокруг – он стоял у машины, жевал резинку и смотрел в небо. Карен заметил, что негодяй успел открыть багажник – для Ларисы.
Да, как непредсказуема судьба, подумал Карен. Она за долю секунды может перевернуть жизнь на сто восемьдесят градусов…
Глава 1
Савватей Суев ненавидел Лолу Балаян. Лола была самой эффектной блондинкой и самой красивой «куклой» из многочисленного сонма редакционных сотрудниц «Курортной газеты», которая ему принадлежала.
Всё в этой газете принадлежало Савватею Суеву – компьютеры, принтеры, копировальные аппараты, столы, стулья, видео– и звуковая техника, авторучки и бумага для записей. Ему принадлежали все смазливые сотрудницы газеты, которых Савватей (образцовый семьянин) имел по специально составленному графику.
И лишь одна Лола Балаян не желала принадлежать Савватею.
И он её за это ненавидел…
Каждую субботу Савватей вызывал Лолу в свой просторный кабинет и велел, задрав юбку, вставать в известную всем дамам позу, опершись руками о стол.