Не сахарные
Шрифт:
Я слушал тишину. Дом был пуст. Вся прислуга попросила расчет. А те, кто не попросил, были выдворены мной же. К черту. К черту всех. И Лаванду, бросившую меня. И сына, неблагодарного маменькиного сыночка.
И как я до такого опустился? В мгновение ока я превратился из молодого, любимого людьми человека, мэра города, во всеми покинутого старика. Почему именно старика? Да я разваливался на части! Мои счета были заморожены. Не все, конечно. Откуда им знать обо всем. Но теперь ищейки денно и нощно копают под меня. Я буквально чувствую их дыхание за спиной.
— Ох… — Я испуганно открыл глаза, прислушался. Нет, показалось. Все чаще и чаще мне стало «казаться». Меня буквально преследуют образы. Слова. Шепот. Постоянный шепот. Он стал просто невыносим.
Джейми…
Вот, вот, опять он.
Джейми…
Ты помнишь?
Джейми?
Помнишь?
Помнишь?..
Ты помнишь, как я тебя любила, Джейми?…
Я зарычал и ринулся в сторону стеклянного стола. На нем стоял пузырек с таблетками. Они должны помогать, они же должны когда-то помогать?!
Скрутить крышку удалось с десятой попытки. Руки перестали меня слушаться, пальцы дрожали как у немощного старца. Высыпав на руку таблетки и рассыпав несколько, я быстро проглотил две. Подумав долю секунды, закинул в рот еще одну. Запил водой. Снова упал в кресло.
Потер лицо руками, сильно, до боли растирая глаза. Когда я в последний раз нормально спал? А когда я буду нормально жить?
Что это? Злой рок? Карма? Насмешка Бога? Вот так внезапно ко мне пришло мое прошлое. Ужасное прошлое. Это не просто скелеты в шкафу. Если они раскопают и это… Надо было чаще проверять того мальчишку в дурдоме. Дают ли ему таблетки? Нет ли за мной хвостов?
И эти письма. Когда я получил первое, я был в ужасе. Но когда я стал получать их регулярно… Сегодня был день получения чертового письма. И я ждал его. За окном темнело, но письма не было. Я проверил почту несколько раз. Пусто. Что это принесло мне: облегчение или еще больший страх?
В висках сильно закололо, казалось, мой череп сейчас разорвется изнутри. Я застонал сквозь сцепленные зубы.
Ты помнишь, как я тебя любила, Джейми?…
Я помнил. Я все помнил в мельчайших деталях и видел это в каждом кошмаре, которые стали для меня нормой. Но теперь они преследуют меня и наяву.
Я приехал в учебное учреждение, чтобы прочитать курс лекций по политологии. Как специалист. Молодой мужчина, только начинающий свою карьеру, но уже вполне способный поделиться своим опытом и знаниями с юными учениками. И там была она. Белокурая девушка с голубыми глазами, не заметить ее было невозможно. Худенькая, юркая, с живым умом и неукротимой жаждой жизни. Она так и манила меня к себе.
С Лавандой тогда были натянутые отношения, и Роберта стала для меня настоящим утешением. Моя мекка.
Но мне не нужен был ребенок от школьницы. И моей карьере не нужно было такое черное пятно. Я только-только начинал. Я так многого добился. Я сам всего добился и не мог это потерять из-за минутной слабости…
Джейми…
Помнишь?
— Ааааа! Роберта! — Крикнул я в пустую комнату. Стены будто оттолкнули звук моего голоса и ударили меня им же. Дыхание сдавило, сердце сжалось. — Роберта… Ну, прости же, прости же!
Я понял, что начинаю рыдать, когда мои плечи затрясло, а щеки увлажнились. Усталые глаза буквально горели.
Джейми…
Джейми.
Джейми.
Джейми.
— Джейми. — Звук был таким реальным, что я дернулся, выпрямляясь из своего сгорбленного положения. Нет, это не галлюцинация. Передо мной стояла девушка моего сына. Саманта, кажется.
— Саманта? — Просипел я, со стыдом думаю о своем внешнем виде.
Она кивнула.
— Здравствуйте.
— Как… Как ты меня назвала?
— Джеймс. Что-то не так? — На ее лице выразилась степень крайнего раскаяния. Расстроил единственного человека, пришедшего ко мне.
— Нет, нет… Просто показалось… Ты зачем здесь?
Она посмотрела на меня грустными глазами. Что-то ее серые глаза мне напоминали. Хотя сейчас я не готов ручаться ни за здравость своих мыслей, ни за память.
— Я пришла вас навестить. Как вы? Держитесь?
Чувство благодарности разлилось по моему телу. Я приподнялся с кресла, но голова закружилась. Зрение рассредоточилось, и я со вздохом опустился обратно. Девушка подскочила ко мне.
— Как вы? Вам плохо?
— Голова кружится. — Пробормотал я, пытаясь сфокусировать внимание на девушке. Та была совсем рядом, наклонившись надо мной и положив руку на плечо, заглядывая мне в глаза. Я заметил, что на руках девушки были черные кожаные перчатки. Почему-то мне стало страшно. Когда я смог всмотреться в ее юное лицо, я будто увидел, что за ее обеспокоенным выражением, скрывается что-то… Что-то неприятное. Она так внимательно всматривалась в меня, будто искала во мне нечто необходимое ей. Будто ей нравилось что она видит. Будто она… Губы девушки медленно растянулись в хищной улыбке. Теперь ее лицо стало внушать ужас:
— Что же ты так, Джейми. Осторожнее надо быть. — Она похлопала меня по плечу, выпрямляясь. — Я принесла твою почту.
Темноволосая девушка выудила конверт и кинула его мне на колени. Тот самый конверт. Который должен был прийти сегодня. Не успел я осознать происходящее, как голову снова пронзила острая боль, как будто лезвия воткнули в виски. От напряжения я сжал зубы, чувствуя, как они скрежещут.
— Тебе больно, да? Не переживай… Тело человека восстанавливается очень быстро. А вот разум… Иногда, медицина, таблетки, психотерапевты с баснословными гонорарами — бессильны. Мне ли не знать. — Чуть ли не пропела девушка. Да, она была счастлива.