Не тот вариант...
Шрифт:
— Зато Лёха тормозит на ровном месте, — проворчал Сашников, не отвлекаясь от наблюдения за происходящим на площадке.
— Усталость у него, — и Семёнова, сомнений в том не было, была уверена в том, что говорит.
— У нас у всех усталость. Нормальные люди скоро в психушки начнут попадать. Вчера краем уха слышал, в области собираются ограничения серьезные вводить. Заболеваемость этой заразой здесь снова вверх пошла. Успеть бы выбраться отсюда.
— В Питере тоже ничего хорошего не ждет, — заметила Семёнова и, перехватив вопросительный взгляд Сашникова, добавила, — Сегодня по новостям передали. Так что разницы нет, где сейчас съемки проводить. Главное, чтобы вообще не закрыли, и работать не запретили.
— И из этой области выпустили, — проворчал Артем, вновь сосредотачивая внимание на отыгрываемой на площадке сцене.
Вешник уж слишком не по театральному прижимаясь к Константинову, обнимала того за шею. И как бы тот не иронизировал относительно складывающейся ситуации, Семёновой она совершенно не нравилась. Учитывая настрой самого Константинова, они все вполне могут получить проблему в обозримом будущем. Жениться, конечно, не женится, но вот заполучить себе новую головную боль вполне может…
2
Самый запад России. Обедали в местном кафе, неподалеку от съемочной площадки. Предстояло еще часов 4–5 (а с их сегодняшними бесконечными дубляжами — и все 6–8) работы. Арциховский сделал внушительный перерыв.
Потянувшись за стаканом с чаем, Константинов мысленно чертыхнулся. К его столику направлялась Лариса Семенова. Вот сейчас общаться с ней совсем не хотелось. Игралось сегодня и без того сложно. Еще то видение непонятное, покоя не давало… И выслушивать истерики…
— Не против? — поинтересовалась она.
Секундная пауза. Хотелось послать. Далеко и надолго. Только… не рискнул, учитывая настрой самой Семеновой. Который день исправно занимается выносом мозга.
— А если скажу — против, отстанешь? — предпринял он обходной маневр.
Во взгляде её застыло неподдельное недоумение. Как-то на людях, по крайней мере до сих пор, Константинов старательно придерживался понятия «дружеских отношений». При этом, максимально старался не создавать конфликтных ситуаций.
— Ты сегодня не с той ноги встал? — поинтересовалась Лариса и, не смотря на так и не полученное разрешение, подсаживаясь к столу. — Я ведь могу и обидеться.
Угроза? Очень хотелось надеяться, что — нет. Просто неосторожно вырвавшаяся фраза. Женщины вообще народ крайне эмоциональный. А уж неудовлетворенные… Вот только бы вслух ничего подобного не произнести. Точно прилюдный тайфун спровоцирует…
— Лара, а ты ничего не путаешь? — голос получилось выдержать ровный. Впрочем, в последнее время со спокойствием проблем не было. Как-то ко всему стал ровно относиться, как из «санатория» вышел. Апатия полная. И если бы не эмоциональные всплески Семеновой…
— В каком смысле? — не поняла та.
— Лар, ты не того контролировать пытаешься, — только за последние дни подобная фраза, в разных вариациях, прозвучала, наверно, раз сто, если не больше. — Не надо этого делать. То, что происходит между нами, не дает тебе никакого права устраивать мне сцены ревности. Даже, если меня, в самом деле, заинтересует какая-то женщина.
— Константинов, у тебя, что, интерес новый к кому-то появился? — а вот здесь могла возникнуть проблема посерьезнее Лерочки Вешник. — А я-то думаю, что происходит. Так ты знаешь, я не против, если это не наша кукла-Лера. Ты после своих порядочных, с цепи срываешься. Меня — устраивает.
Как-то так получалось, что с Семеновой жизнь сводила именно в то время, когда начинались серьезные проблемы в личном. До сих пор не задумывался над данным фактом. А сейчас… Сейчас начали появляться вопросы и другого плана…
— Знаешь, что мне интересно во всей этой истории? — поинтересовался Константинов после короткой паузы. — Неужели твой даже мысли не допускает, что от него на лево бегаешь?
Мог он выражаться максимально тактично. Как сейчас. Даже в обществе таких, как Семенова. Просто напоминал себе о том, что перед ним — женщина. Даже с женой, в свое время, смог. И если бы не нарушенное той однажды данное обещание…
— Совершенно, — заверила Лариса. — Я отличная актриса, Лёша.
— Здесь не могу не согласиться, — его губ коснулась одному ему (хотя, нет, наверно, еще и — Семёновой) понятная ухмылка. — Только вот, как-то в кино, никак из ролей второго плана не выберешься. Не думала амплуа поменять, и на картины исключительно для взрослых перейти?
А вот это уже было откровенное оскорбление. И другая, на месте Семеновой, и пощечину могла влепить. Та же лишь усмехнулась, вслух заметив:
— Только если в паре с тобой.
А у него неожиданно мелькнула мысль, что не в киноиндустрии этой даме место. Вот, где могла со своим талантом развернуться, так это на поприще… Нет, вот этого, точно, лучше не озвучивать. В данном случае — для всеобщего спокойствия, а не только — его.
— Порнушкой заниматься предпочитаю без лишних свидетелей, — обронил он вслух. — Так что, это точно без меня. Тем более — в паре с тобой.
Он вообще нечасто играл в откровенных сценах. А если случалось, то обговаривалось все до мелочей, каждое действие, каждое движение.
— Константинов, ну ты же не станешь спорить, что мы идеально подходим друг другу? — не унималась Семенова, по всей видимости, задавшись целью окончательно испортить ему обед. — Не сможешь ты с другой, с порядочной. Тебя же тянет исключительно на распущенность. Тебя грубость заводит. А такое, не каждой понравится.
— А, может, ты меня недостаточно хорошо знаешь? — откинувшись на невысокую спинку стула, поинтересовался Алексей. Да, второй брак, завершившийся крахом, наложил свой серьезный отпечаток на его отношения с женщинами. Не искал любви. Категорически. Исключительно — сброс энергии. Для здоровья. В противном случае могли начаться серьезные проблемы. Но устраивала ли самого такая жизнь? На самом деле хотелось другого. Тепла, понимания. Семью…