Чтение онлайн

– Выпьешь?
– спокойно поинтересовалась Аня, проходя мимо опешившей Лии. Вино снова пригодилось...

Пока великолепная госпожа Адлер недоумённо моргала, Аня ловко разлила вино по бокалам. Опёрлась на столешницу и с удовольствием сделала глоток. А то нервы что-то пошаливают. Аня дала себе слово, что вечером обязательно напьётся. Ну, вместо брачной ночи...

– У меня времени не так много, - протянула она, глядя на Адлер поверх бокала, - поэтому давай сразу к делу. Ничего, если я на «ты»?

– Ты...
– Лия поморщилась, понюхав вино, и неприязненно отставила. Видимо, оно ей показалось слишком дешёвым.
– Ты всё равно собираешься выйти за Кирилла? После...

Аня залпом допила вино и нарочито громко поставила бокал, заставив несчастную «соперницу» вздрогнуть.

– Ну не в окно же выбрасываться, - усмехнулась непринуждённо.
– Или ты думала, что он скрыл от меня столь любопытный факт своей биографии?
– конечно, это была провокация. Лия моментально побледнела ещё больше. Закаменела.

– От меня скрыл, - ответила она, поджав губы: видно, что едва сдерживаясь.
– Три года...
– ледяным тоном проговорила.
– Три года потерянного времени и...

– Прости, что перебиваю, - улыбнулась Аня.
– А сколько ты потратила времени после того, как вы разошлись? Год? Полтора? И на что потратила? На месть? Что она тебе дала? Может, счастливую семью? Ребёнка?

Голубые глаза Адлер зажглись опасным огоньком. Но когда Юзову пугали опасности?

– Я не оправдываю Кирилла, - уже без насмешки продолжила она.
– Ты имела право знать и сама принимать решение. Что он сказал тебе, когда вскрылась правда? Сожалел?

Прекрасные губы Лии дрогнули.

– Сказал, что... надеялся, - она тяжело выдохнула и потёрла лоб.
– Надеялся, что мы найдём выход. А ещё... боялся.

– А ты?
– подтолкнула Аня несчастную в нужном направлении.

– А я...
– Лия горько усмехнулась.
– Я по врачам ходила. Думала, дело во мне...

Аня на секунду прикрыла глаза, ругая всех мужчин за трусость, и вспомнила себя. Она стала жить со Славой, когда ещё не знала о своей беде. А если бы знала? Смогла бы рассказать? Если бы сильно любила, смогла бы? Наверное, тоже испугалась. Надеялась бы...

Это неправильно. Эгоистично...

...но такова человеческая натура.

– Он боялся тебя потерять, - сипло произнесла она.
– Потому что любил...

– Это не оправдание!..
– вспылила Адлер, вскочив, но тут же взяла себя в руки и отдёрнула края красного стильного пиджака.

– Ты продолжаешь тратить время и силы, а молодость... уходит, - спокойно продолжила Аня, не обращая на Лию никакого внимания.
– Почему? Почему пытаешься превратить его жизнь в кошмар, похожий на твой? Почему мысли о счастливом Кирилле не дают тебе покоя? Не можешь отпустить его. Потому что... Потому что, любишь? Никак не смиришься?

– Хватит, - сухо отрезала Лия и смахнула несуществующую слезу.
– Если бы Кравцов любил меня, как ты говоришь: во-первых, не поступил бы так. Не утаил правду. А во-вторых, умолял бы вернуться, а не женился снова, - последняя фраза прозвучала достаточно ядовито, чтобы отравиться. Но у Ани природный иммунитет к любому виду «змей». Пофигизм называется.

– Ответь себе на один вопрос, - задумчиво отозвалась она.
– Ты бы осталась с Кириллом, узнай до свадьбы о его проблеме? И второе: почему он должен умолять? Попросить прощения - да. За то, что утаил. Хотя этим ничего не изменишь. Но умолять вернуться человека, который не понял, не поддержал, бросил в беде и отвернулся, потому что ты немного «бракованный». О какой тогда любви идёт речь? Это тоже проявление эгоизма. Вот если бы ты сама подошла к нему и сказала простое: «Прости, вспылила. Это так неожиданно, но давай попробуем. Вместе и в горе, и в радости...»

– А ты смогла бы?
– зло усмехнулась Адлер.

Аня задумалась лишь на секунду. Возможно, на её ответ повлияло её собственное непростое положение, но разве сейчас это имеет значение. Она много раз представляла себя на месте того же Славы и всякий раз уверенно отвечала...

– Смогла бы...

– Нам пора, - раздался холодный голос за спиной. Аня повернулась и улыбнулась Камню.

Охо-хо, и заварил же ты кашу. Понаделал ошибок... Но кто из нас их не совершал?

– Иду, - Аня снова повернулась к Лии.
– Прости...
– искренне произнесла она.
– Постарайся стать счастливой. Говорят, беременность красит женщину и заставляет больше улыбаться.

Скулы на фарфоровом лице Адлер сильно напряглись.

– Ты никогда этого не узнаешь, - зло выпалила она и выскочила из кухни, как пробка из-под шампанского.

Это был удар...

Удар, который достиг своей цели. Сердца Ани Юзовой.

Действительно, никогда не узнает... Не узнает, что такое беременность и роды, но... Познает счастье материнства. Не это ли главное?

Шмыгнула носом и выпила так и нетронутое вино Лии.

– Ты плачешь?
– Кирилл выглядел настолько растерянно и обескураженно, будто узнал какую-то тайну, которая в его представление о мире вообще не вписывается, что Аня не выдержала и рассмеялась.

– Аллергия на женские разборки, - отмахнулась она и выдохнула.
– Ну что? Вперёд навстречу светлому будущему?

Камень не сдержал ответного облегчённого вздоха и взял Аню за руку. Осторожно. Словно впервые...

– Да прибудет с нами фиктивный договор, - выпалила она на манер молитвы и усмехнулась.

В лимузин садились молча, но Кирилл продолжал гипнотизировать своим пронзительным взглядом, от которого становилось неуютно.

– Ну хватит, - вздохнула Аня, не в силах больше это игнорировать. Супруг тряхнул головой и уставился в окно.

Кресло было настолько широким, что казалось, их разделяет целая пропасть, но Аня всё равно чувствовала дискомфорт и... невероятно тонкий запах мужского парфюма.

– Спасибо...
– тихо и неожиданно произнёс он и повернулся.
– Я должен был предупредить...

Аня потёрла переносицу. Хорошо, вина выпила: оно немного расслабило, но разум не затуманило.

– Ты должен был предупредить Лию, а не меня, - констатировала она, не обвиняя.
– Впрочем, эта ваша история. Я даже понятия не имею, как у вас всё складывалось. А если бы и знала, не имею права судить. Только...
– Аня немного замялась.
– Ты ведь догадывался, что Лия не просто так всё это устраивает, что не остыла чувствами к тебе, но захотел раз и навсегда оборвать с ней всякие связи, снова женившись. Пусть и фиктивно. Такие кардинальные меры... Почему?