(Не) влюбляйся
Шрифт:
— Я подумаю, Злата. Куда тебя довезти?
— Дворец Металлургов, — отвечаю, жалея о глупой просьбе и нашей дурацкой встрече.
Глава 3
Злата
Развалюха останавливается на площадке перед Дворцом Металлургов. Никита вздыхает и поворачивается ко мне, метнув нечитаемый взгляд. Обычно на меня смотрят по-другому — с восхищением, интересом, страстью… Но так равнодушно, пожалуй, никогда.
— Я позвоню тебе, Злата. Наверное, завтра. Мне надо посоветоваться с близкими и своей… девушкой.
Что?! Я даже не подумала об этом. Дура! Какая же я идиотка. Надо было о его личной жизни сначала спрашивать, а не заваливать информацией о маме, отце, закрытом пансионате в Лондоне… Будет тебе, Златка, урок.
— Хорошо, — улыбаюсь добродушно, замечая вспыхнувшие на дне его притягательных глаз эмоции. — Между нами будут только деловые отношения, Никита. Если понадобится, я сама поговорю с твоей девушкой, успокою ее.
Нашлась тут, мать Тереза… Никита смотрит на меня, как на полоумную и смущенно кивает. Толкаю дверь, едва сдерживая растущую в груди бурю эмоций — стыд, недоумение, бессилие — и выскакиваю на улицу. Мне срочно надо поговорить с бабулей… Только она меня понимает. И она выслушает и погладит свое Золотко по голове…
Бреду, понуро опустив голову и вскакиваю по ступенькам на крыльцо старенького Дворца Металлургов. Сегодня у любимой бабуси концерт. И, конечно, отец ее не пригласил на юбилей… По понятной причине — она мама его изменщицы жены… Здороваюсь с Тихоном Андреевичем — сторожем и гардеробщиком по совместительству и топаю по мраморному широкому коридору в концертный зал. Занимаю место и терпеливо жду выступления, вдыхая запахи горячего пластика, пыли и чужих духов. Моя бабуля Ирина Максимовна Смирновская — поет в ансамбле песни и пляски «Русское поле». Я уже говорила, что творчество — наша семейная черта? Сейчас вы в этом убедитесь сами.
Свет гаснет, погружая зал в приятный, голубоватый сумрак. В нетерпеливые шорохи и людские голоса вплетаются аплодисменты.
— Браво! — кричат зрители.
— Русское поле! — кричат другие с балкона.
Концерт начинается выступлением бабули. Ее высокая статная фигура плывет по сцене и останавливается возле микрофона. Над ней вспыхивает красноватый прожектор. Его лучи отражаются разноцветными бликами от стразов яркого сарафана. Бабуля выглядит, как окруженная волшебным сиянием принцесса. Аплодисменты стихают, а воцарившуюся тишину нарушает ее высокий чистый голос.
Что стоишь, качаясь, тонкая рябина
Головой склоняясь до самого тына?
А через дорогу, за рекой широкой
Так же одиноко дуб стоит высокий
Кабы мне, рябине к дубу перебраться?
Я тогда б не стала гнуться и качаться
Тонкими ветвями я б к нему прижалась
И с его листвою день и ночь шепталась
Но нельзя рябине к дубу перебраться
Знать ей, сиротине, век одной качаться
Шо стоишь, качаясь, тонкая рябина
Головой склоняясь до самого тына?
(Русская народная песня, примечание автор. Автор музыки неизвестен, автор текста И. Суриков).
Хлопаю в ладоши, испытывая искренние радость и гордость за бабулю. Бабуля низко кланяется и уходит. Ее сменяет другая исполнительница — Анна Викторовна — соседка бабушки и ее подруга. Пользуясь временной передышкой, я забиваю телефонный номер Никиты в память телефона. Открываю его фотографию на заставке в одном из мессенджеров и неотрывно пялюсь на парня, прокручивая его слова в голове…
«Я никогда не влюблюсь в циничную избалованную мажорку… Никогда… Никогда…».
А мне и не нужна его любовь! Подумаешь тоже… Интересно, какая у него фамилия? Открываю Яндекс и загружаю фотографию Никиты. Поиск по фотографии — отличная вещь. Приложение моргает и выдает ссылки на страничке Никиты в соцсетях. Ну что же, посмотрим…
Гончаров Никита Федорович, двадцать один год, не женат… Листаю фотографии улыбающегося Никиты, погрузившись в свое занятие с головой. Вот он с каким-то пареньком, похожим на него самого, наверное, братом… А вот с другим парнем — темноволосым, щуплым и по-доброму улыбающимся. Фотография подписана, как «Байкерская вечеринка в разгаре». Вот оно что? Никита тоже любит мотоциклы? Странно… Ведь хороший байк стоит денег, которых у него, по всей видимости, нет.
Листаю фотографии парня, испытывая неприятный холодок в груди… Наверняка Никита выбросил меня из головы, как только я неуклюже выбралась из его машины. А я сижу, как дура и выуживаю информацию о нем!
Никита с каким-то Аликом, Игорем и Степкой… С какой-то девчонкой по имени Лана… Еще девчонки — Кристина, Алина… Так, все! Хватит, Златка, вести себя, как идиотка. Остервенело жму на кнопку и блокирую экран. Сую телефон в сумочку, уверенная на все сто, что Никита не перезвонит мне. И зачем ему звонить? Его девушка совершенно точно будет против такой авантюры!
Ведущий объявляет концерт оконченным и желает зрителям здоровья и хорошего вечера. Вскакиваю с места и пробираюсь сквозь толпу на сцену. А оттуда и в гримерку к бабуле… Мне срочно нужен совет.
Глава 4
Никита
Девчонка продолжает тараторить какую-то чушь про пансионаты в Швейцарии и маму, которой у нее нет, а я хочу лишь одного — чтобы она скорее ушла… Мне ее много. Злата вытравливает собой весь воздух в салоне. Не понимаю, что в ней особенного? Важная, наглая и избалованная девчонка, решившая, что ей можно использовать людей, как марионеток!
Совесть убеждает меня отказаться от заманчивого предложения, а мечта… Мечта машет флагом и ждет на берегу, как глупышка Ассоль… Не знаю, как быть. Но сейчас мне нужно, чтобы Злата поскорее свалила из моей машины!
— Я подумаю, Злата. Пока, — вбираю в голос все вежливость и сдержанность, на какие способен.
Трогаюсь с места и выруливаю на Парковую улицу. Скорее бы добраться до Шариповых и окунуться в работу с головой… Может, тогда разум вернется? Выгонит дурацкую мечтательность и займет свое почетное место в голове?