Чтение онлайн

На вошедшем, как она поняла, была кожаная маска, точно пригнанная под очертания его лица. Нельзя сказать, что она была отвратительна — скорее вполне художественна, — но каким-то образом внушала страх. И у нее даже мелькнула мысль, что такая маска могла быть изготовлена именно с этой целью.

Камилла подозревала, что он наблюдал за ней некоторое время, прежде чем заговорить, но когда он успел войти?

Наконец ей удалось разомкнуть уста, и она, надеясь, что простояла перед ним с открытым ртом не так долго, вымолвила:

— Какая прекрасная живопись. — Она постаралась, чтобы голос ее не дрожал, но не знала, насколько преуспела.

— Да, благодарю.

— И очень красивая женщина, — добавила искренне.

Камилла вполне понимала, что глаза под маской внимательно наблюдают за выражением ее лица. И по слегка искривившемуся рту, видному из-под края маски, она поняла, что он усмехнулся: видно, не впервые слышал подобные любезности.

— Она и в жизни была красивой, — произнес он и размашисто шагнул к гостье, заложив руки за спину. — Итак, кто вы такая и какое дело вас сюда привело?

Камилла улыбнулась и любезно подала руку, ненавидя себя в этот момент за вынужденную роль светской пустышки, — она никогда не была таковой и быть не желает.

— Камилла Монтгомери, — представилась она. — Я очутилась здесь потому, что отчаялась найти человека. Мой дядя — и мой опекун — пропал, последний раз его видели на дороге около этого замка.

Карлайл долго смотрел на ее протянутую руку, затем вежливо поклонился и взял ее ладонь. Он прикоснулся к ней шершавыми губами и тут же отдернул руку, словно коснулся горячих углей.

— А-а, — только и проронил он и прошел дальше, мимо нее.

Он был не так высок, как тот гигант у ворот, но точно не ниже метра восьмидесяти пяти; мужественность его широких плеч подчеркивал изящный смокинг. Аккуратная, подтянутая фигура, ноги длинные и мускулистые — он казался мужчиной сильным и проворным, — не важно, красив он лицом или уродлив. Чудовище? Может быть. Она до сих пор ощущала адский пламень его губ на коже и прикосновение длинных сильных пальцев.

Он молча стоял к ней спиной, — рассматривал картину на стене.

Наконец она кашлянула.

— Лорд Стерлинг, прошу принять мои искренние извинения: я глубоко сожалею, что побеспокоила вас в столь поздний час, не предупредив о визите заранее. Но я, как вы понимаете, безмерно опечалена. Дорогой мне человек, мой воспитатель, пропал бесследно, а эти леса таят в себе много опасностей. Головорезы или волки… могли подстеречь его в ночное время. Я весьма обеспокоена и полагаю, что имею право обратиться к человеку, занимающему столь высокое положение в обществе, ваше сиятельство.

Он обернулся к ней, явно развеселившись:

— Полно вам, дорогая! Весь Лондон уже обсудил мое высокое положение — соответственно и репутация!

— Репутация, сэр? — произнесла Камилла. Это было ошибкой с ее стороны.

— Ну конечно, изверг и выродок! Будь я всего лишь графом Карлайлом — безупречно достойным и уважаемым, вы не дрожали бы от страха под теми воротами, почти не веря в то, что вас примут, милая девушка.

Он выговаривал ей бесстрастным тоном, ясно давая понять, что притворяться бесполезно.

Она едва не отступила под его взглядом, но сдержалась — ради Тристана.

— Тристан Монтгомери где-то здесь, сэр. Он путешествовал с компаньоном и пропал за воротами вашего поместья. Но я ручаюсь за него и желаю забрать его отсюда, немедленно.

— Так вы родственница этого отъявленного плута, который сегодня вечером лез на мои стены, словно заурядный воришка, — протянул он невозмутимо.

— Тристан вовсе не отъявленный плут, — горячо возразила Камилла, воздержавшись от дальнейших опровержений. — Сэр, я полагаю, он сейчас находится в этом замке, и не уеду без него.

— Тогда, смею надеяться, вы готовы здесь заночевать, — бесстрастно высказался он.

— Так он здесь! — воскликнула Камилла.

— Да, конечно. Ведь он чуть не расшибся, стараясь облегчить мое существование.

Камилла сглотнула комок в горле и постаралась взять себя в руки. Она никак не ожидала, что мужчина окажется настолько черств и бездушен, что будет так безжалостно откровенен. И тревога вновь уколола ее сердце.

— Он ранен? Сильно? — спросила она.

— Будет жить, — сухо бросил он.

— Отведите меня к нему!

— Всему свое время, — отговорился Карлайл. — Позволите мне отойти на минуту? — На самом деле он не спрашивал ее позволения, просто дал понять, что снова желает оставить ее одну и ему безразлично, как она отнесется к его грубости. Он размашисто зашагал к двери.

— Подождите! — воскликнула она. — Я должна непременно увидеться с Тристаном. Немедленно.

— Повторяю, вы сможете увидеться с ним. В свое время.

Граф вышел, оставив Камиллу в одиночестве. Она провожала его взглядом, смущенная и рассерженная. Зачем он согласился принять ее — только затем, чтобы снова исчезнуть после непродолжительной перепалки?

Она бродила по комнате, пытаясь успокоиться, рассматривала книги, чтобы как-то скоротать время. Но заголовки бессмысленной чередой проплывали перед ее глазами, и она присела в кресло у камина.

Он признался, что Тристан здесь. Ранен! Уличен в воровстве?

Боже праведный! Разве можно ей спокойно сидеть, когда ее опекун лежит где-то здесь, ему больно, он, возможно, жестоко изранен!

Камилла вскочила с кресла и рванулась к двери, но, открыв ее, застыла от ужаса. Там была собака. Огромная. Чудище просто сидело у порога, но его морда едва не ткнулась ей под грудь! Псина тихо зарычала, Камилла закрыла дверь и вернулась к камину, потрясенная и разгневанная. Неужели этот пес готов разорвать в клочья всякого, кто осмелится сдвинуться с указанного места? Пылая от ярости, она снова подошла к двери. Но не успела взяться за ручку, как дверь распахнулась.