Чтение онлайн

Тут было над чем подумать, но не сейчас. Он не знал, какие ещё твари скрываются в деревне и как идут дела у остальных групп. Подождав, пока жрица позаботится об остальных пострадавших от призраков воинах, наездник отдал приказ построиться, и отряд двинулся дальше.

Аот не имел понятия, почему нежить не разбрелась по деревне поодиночке, а засела в четырех разных местах довольно большими группами. Может, они так сделали для того, чтобы в случае чего легче было защититься, или из-за какого-то стадного инстинкта? Он не слишком хорошо знал повадки этих тварей, чтобы судить об этом. Уничтожить три оставшиеся группы оказалось непросто, но ни одна из этих схваток и сравниться не могла с той, что произошла в сарае. Наконец все закончилось. «Тэйские войска успешно зачистили деревню, понеся допустимые потери», – так, наверное, сказала бы Нимия Фокар.

Окинув хмурым взглядом лежащие на земле тела павших солдат, Аот понял, что ему сложно разделить её точку зрения. За годы службы он успел привыкнуть к смерти товарищей, но никогда ещё ему не приходилось самому отправлять их навстречу гибели.

Урхур Хапет подошел, чтобы осмотреть тела. Его позвякивающее ожерелье светилось зеленоватым светом – возможно, это было одним из побочных эффектов использованного в бою заклинания.

– Понятно, – произнес некромант. – Кажется, выживших все-таки не оказалось.

– Нет, – ответил Аот.

– Тогда, полагаю, ты получил какие-то новые сведения, которые бы оправдали наши потери.

Аот заколебался, пытаясь вспомнить, что за смутная мысль пронеслась в его мозгу, когда Чати сожгла зомби. Она все ещё продолжала от него ускользать.

– Не знаю. Наверное, нет.

Урхур насмешливо оскалился.

– Во имя Темного Солнца! Если ты претендуешь на звание волшебника, веди себя соответственно. Хватит мямлить. Тут ты оплошал, но тебе повезло. К счастью, у тебя есть мы. Некроманты все исправят. А теперь просто отойди и дай мне сделать свою работу.

Аот послушался Красного Волшебника. Урхур бросил на тела полную горсть черного порошка, а затем проделал посохом несколько сложных пассов. Хоть Аот и сам был магом, он не смог опознать тот грязный, скрежещущий язык, на котором некромант прочитал заклинание, но само звучание грубых строф заставило его ощутить тошноту. Земля с рокотом дрогнула.

Аот не знал, почему его вдруг охватило сильное желание прервать ритуал. Он и сам не раз сражался плечом к плечу с зомби – даже сейчас благодаря некромантам в его отряде насчитывалось несколько этих созданий – вдобавок Сзасс Тэм лично позволил своим подчиненным использовать тела павших солдат. Конечно, любой нормальный человек испытывал инстинктивное отвращение к некромантии и её деяниям, но он все равно не понимал, почему происходящее его так взволновало.

Мертвецы поднялись на ноги. Они не были похожи на вялых, неуклюжих зомби – эти существа двигались с той же ловкостью, что и при жизни. В их глазницах вспыхнули желтые огни, и ужасающие воины, повернувшись к Урхуру, отдали ему честь.

– Видишь? – спросил Красный Волшебник. – Вот тебе солдаты, готовые служить нам и дальше. Только сейчас они будут беспрекословно повиноваться приказам и не смогут испытывать страх. Они стали более сильными и устойчивыми к ранам. С какой стороны ни глянь, они стали лучше.

Покорный воле Ксингакса зомби горного великана возился с множеством линз, закрепленных на вращающихся кронштейнах. Неповоротливое создание пыталось дать своему близорукому хозяину с его расфокусированным зрением возможность в подробностях рассмотреть, что происходит внизу. Но, как бы зомби ни старался, ему никак не удавалось выстроить стекла в правильном порядке. Наконец Ксингакс отослал слугу, приподнялся на сиденье и ухватился за рычаги кривыми, короткими ручками с маленькими, гниющими пальцами.

Дело пошло быстрее, и к тому моменту, когда двое одетых в алые мантии волшебников завершили своё сложное многозвучное заклинание, он как раз успел отрегулировать линзы.

Позвякивая, куча костей в середине магической фигуры зашевелилась и начала изменяться. Конечно, для этого ритуала требовалось несравнимо меньше умения, чем для поднятия человеческого или звериного скелета. Заклинателю даже не нужно быть настоящим некромантом. Но, если все пойдет как надо, то груда костей внизу, состоящая из останков нескольких разных существ, превратится в кое-что новое, куда более любопытное.

Несмотря на то, что от создания Ксингакса Красных Волшебников отделали границы магического рисунка, каждый из них, когда куча зашевелилась, инстинктивно сделал шаг назад. Полусформированное создание подняло то, что предположительно было одной из его конечностей, и протянуло её в сторону стоящего слева мага. Но затем кости со скрежетом опали, и Ксингакс почувствовал высвободившуюся при этом силу. Волшебник, к которому тянулось существо, выругался.

Ксингакс не разделял досады своего помощника. Эта неудача всего лишь означала, что он все ещё не сложил вместе все детали головоломки. Нужно лишь немного терпения…

Возможно, дело в третьей и четвертой строфах заклинания. Ксингаксу казалось, что они были не совсем верными. Развернувшись к своему заваленному грудой пергаментов письменному столу, он взял иглу и погрузил её в чернильницу. Тем временем внизу неуклюжие зомби, шаркая ногами, собирали и уносили кости, а Красные Волшебники начали очищать покои. Чтобы следующая попытка могла завершиться успешно, в зале не должно было остаться ни единого следа только что проведенного ритуала.

Ксингакс полностью погрузился в свои мысли, когда его вырвал из раздумий скрип деревянной лестницы, ведущей в его покои. Гигант-нежить захрипел, требуя его внимания.

Вот теперь Ксингакс почувствовал укол раздражения. Его мало волновали неудачи с экспериментами, но вторжение в его уединенную обитель – совсем другое дело. С негодующим видом он развернулся к лестнице.

По ней поднялись двое магов. У обоих хватало и знаний, и умения, чтобы защититься от губительных эманаций Ксингакса, но пузатый Со-Кехур, одетый в испачканную едой мантию, все равно выглядел неважно. Похоже, его подташнивало.

При виде столь явной нервозности Ксингакс почувствовал презрение к магам. Он знал, какое впечатление на обычных смертных производит его раздутое, изуродованное тело, похожее на человеческий эмбрион. Чистое уродство – а ведь, если бы его мать выносила его, он стал бы полубогом! В любом случае, уж кто-кто, а некроманты должны бы уже были привыкнуть к зрелищам, способным повергнуть обычного человека в ужас.