Недури
Шрифт:
Под гнётом старшего поколения и неприятного запаха, я уселся на самый край.
– Ты мне тут не ори, ну-кый! Взяли моду, снимають их всё, снимають! Звездуны нашлись! – дедушка аккуратно развернул газету, разгладив некоторые её части, протянул мне. К слову, всё ещё ошарашенному – Чатать могёшь, суслик?
Гримасса сама по себе сменилась на недовольную и обиженную:
– Могёшь аль нет, горемычный? – я молча взял газету.
На главной странице большими буквами красовалась реклама журналов, фильмов, мультиков. Где-то были свежие сплетни о звёздах. О, Волочкова, ну да, куда без неё.
– На кой чёрт ты мне суёшь эту прессу?
– Да ты-й возьми, да пальцами поработай! – дед нарочно помахал руками перед моим лицом, заставляя отстраниться – Открой газету, разверни!
Я перевёл недовольный взгляд на «Новости» и развернул оборот, всё ещё не понимая, зачем мне это надо.
– Чатай, чатай. – дедок гордо развернулся к тротуару.
«10 октября 2022 года на Слободском круговом движении случилась страшная авария, прозвучал взрыв. По предварительным данным, причиной стала бомба на днище автомобиля. По показаниям близких родственников и друзей, в машине находились четверо молодых людей, тела которых обнаружить не удалось. По показаниям специалистов, мощность взрыва уничтожила все генетические останки. Передаём наши соболезнования родным и близким молодых людей.»
Глава 2
В отношении происходящего всего скажу только примечанием, и то, чтобы самого себя не обидеть, что в первое время я был в таком же непонимании и даже безвыходном, бесполезном даже, положении, в котором, скорее всего, и ты, читатель мой, сейчас прибываешь.
Во завернул.
Прочитав несколько раз один и тот же заголовок, ещё больше вчитываясь в отрывок с аварией, я всё боле и боле приходил в состояние шока.
«Причиной стала бомба на днище автомобиля»
«В машине находились четверо людей»
«Тела обнаружить не удалось»
Мысли в голове вырывали одни и те же фразы из текста и гонялись друг меж другом наперегонки, пытаясь донести суть.
Трясущимися руками я отложил газету и поднял взгляд на закурившего рядом старичка.
– Старый, это чё такое? – ломающимся голосом выдавил я. В горле как-то предательски пересохло, казалось, даже слюни теперь работают не на меня. На лице начала расплываться придурошная улыбка – Шутка, да? И тебя подкупили, бомж несчастный? Вот, гады!
Старик молча вынул пачку сигарет из кармана, синий «Camel» знакомо блеснул обёрткой. Аккуратно, почти скрупулёзно он вытащил сигарету и медленно протянул мне трясущимися руками.
Я поёжился. Кисти у старца были все в грязи, с какими-то мозолями, в каких-то болячках. Зрелище не самое приятное.
– Да ты не боись, горластый. Тебя уже такое не настигнет. – он настойчивее подсунул мне сигарету.
– Сомневаюсь вообще-то.
– А ты не сомневайся. – видимо, устав держать в руках «презент», старик отложил свёрток на скамью и уставился куда-то вдаль, медленно затягиваясь – Болезни, было известно, живых трогають. Мёртвым-то они не больно погоду делають.
Я почувствовал, как по телу пробежал холодок.
«Мёртвым?»
– А я мёртвый, по-твоему, башка твоя старая? – как-то неожиданно для себя снова вырвалось изо рта – Мёртвый я, шарлатан поганый??! – в голосе моём прозвучала обида, какая-то до боли детская, не контролируемая, настолько печальная и искренняя, что я почувствовал, что вот-вот расплачусь, но что-то внутри меня этот порыв сдержало.
Старик пожал плечами.
Я отвернулся.
За последний час я не понял ровно ничего. Как оказался возле аптеки, как очутился в этом проклятом парке, почему общаюсь с этим стариком и почему люди не обращают на мои вопли внимания. Всё казалось до жути странным. Я очень обрадовался, когда возле меня оказалась чья-то собака. Маленький корги активно обнюхивал мою ногу, вздрогнув, я непроизвольно качнул кроссовком.
С обидой развернувшись к старику, пытаясь доказать ему его же сумасшествие, я потянулся рукой к псу, но тот резко зарычал, ощетинился и поскуливая, рванул к неподалёку разгуливающей пожилой хозяйке.
Прибывая в каком-то исступлении, я не нашёл ничего лучше, кроме как высказаться своему дурно пахнущему собеседнику:
– Это всё запах твой, старик поганый! От него собака даже дёру дала! Мыться не пробовал?!
Старец затушил сигарету и медленно разгибая спину, поднялся.
Я от чего-то почувствовал панику, когда увидел, как он начинает отдаляться. Подорвавшись с места, ноги сами понесли за ним.
– Я с тобой говорю, игнорщик чёртов!
– А чёй со мной языками чесать, раз вонючий я? – тихонько отстегнул мужичок и сложив руки за спиной, потопал дальше. Он был похож на чёрствый круассан, из-за возраста его спина, по-видимому, уже никогда не разогнётся больше того угла, в котором она была сейчас.
Я почувствовал прилив стыда и бешенства одновременно. «Будто он не воняет!» – пронеслось в голове.
– Ну, так вонючий же, старый! Ну, несёт от тебя за три километра!
– А чёй сразу за три? Можем за два с хвостиком?
И тут я осознал – он издевается. Но паники моей это не остановило. Ноги его хоть и перебирали по земле медленно, но с какой-то удивительной настойчивостью, с удивительным упорством, которое то и дело добивало меня своим наличием в принципе. Будто не мог я согласиться с тем, что старец может сейчас вот так вот куда-то уйти, бросить меня одного в этой тревожной атмосфере.
– Да понял я! Ну не воняешь, попахиваешь! – мужичок приостановился и обернувшись в пол головы, улыбнулся.
– А чёй-то попахиваю? Может, всё-таки пованиваю?
Я был готов разрыдаться от всего происходящего. Впервые за три года после злополучного расставания, запустившего неприятные события в моей несчастной жизни, я почувствовал, что у меня есть желание заплакать и оно очень хочет непременно сейчас «закатить гастроли».
– Да заканчивай ты издеваться, пердун вонючий! Сил никаких нет! – выкрикнув эти слова, я рывком развернулся обратно к скамье. Оказывается, пока я был «в погоне» за стариком, мы успели недалеко отойти.
На улице уже начало смеркаться и силы потихоньку покидали меня. Удивительно, только недавно ведь чёртово солнце пыталось выжечь мне глаза.