Нефрит
Шрифт:
Не знаю почему но от каждого слова, сказанного вторым папой, мое сердце колотилось, словно сумасшедшее, пока я огромными глазами наблюдала за мужчинами, не в силах отвести от них своего взгляда и испытывая противоречивые чувства полного восторга и абсолютной паники!
С одной стороны никто не ожидал подобных слов от всегда сдержанного, замкнутого и насмешливого Карата, который в этот самый момент раскрывался совершенно с другой стороны, будто снимая свою маску и обнажая душу.
А с другой стороны я понимала очень отчетливо, что только от действий и поступков Аметиста сейчас зависит наша дальнейшая судьба и жизнь в целом.
— Как плавно перешел ты от Севера к прошлой войне, — прищурились глаза Амита недоверчиво, и взгляд стал тяжелым и непроницаемым, хотя он по-прежнему стоял рядом с Каратом, не пытаясь сбросить со своих плеч его широких ладоней, но явно подозревая своего давнего друга в некоторой лукавости, — Мы собрались здесь не ради наших общих воспоминаний, а чтобы донести до Севера и всей вашей дружной компании, что наш народ нуждается в истинном короле. Хочет он того или нет.
Сначала я подумала, что мне показалось…
Показалось, что глаза Аметиста остановились на Нефрите!
Но ошибки быть не могло, когда мой муж весь застыл и выпрямился, сведя свои темные брови, и пытаясь понять суть сказанного вкупе с этим странным взглядом.
А когда они переглянулись с Севером напряженно и шокировано. стало понятно, что снова мы не знали чего-то очень важного.
— Наша сила в единстве, друг мой, — проговорил Карат, но при всем спокойствии его речи невозможно было скрыть сквозившего напряжения и попыток увести разговор в другое русло, что в данной ситуации еще больше и красноречивей говорило и том, что новая тайна вот-вот должна была всплыть наружу.
Кажется, это и был тот самый козырь ясноглазого Аметиста, который усмехнулся спокойно, но высокомерно, чуть дернув бровью, словно говоря Карату, что его попытки заболтать вышли боком.
Впрочем и у Карата был такой вид, что не всё так просто и победа Амита не будет легкой.
Воистину коварство и хитрость Кадьяков не знала границ!
Мало того. что они были одними из самых сильных среди всех Берсерков, и природа щедро наградила их незаурядной внешностью, так еще и эти игры разума, когда каждый Кадьяк пытался перехитрить себе подобного!
— Война сплотила наши роды и сделала нас сильными, — вдруг дрогнул кончик красивых и лукавых губ Карата, — И если это случилось раз, то случится и снова, мой старый добрый друг.
Я не сразу поняла, почему эти слова были сказаны Каратом так ласково. но вместе с тем так хитро, что в какой-то момент он напоминал огромную черную ластящуюся лису, которая терлась с хитрыми глазами…чтобы в последний момент укусить, откусив руку, которая тянулась, чтобы погладить!
Зато остальные что-то определенно поняли или почувствовали, судя по тому, как встрепенулась до этого тихая и смущенная Звезда, поднимая свои длинные черные ресницы так порывисто, что я вздрогнула, лишь теперь понимая и видя, что Кадьяки принялись фыркать и скалиться, глядя своими жуткими светлыми глазами куда-то вглубь леса, где не было ничего кроме вечно зеленых хвойных и сугробов снега.
— Только не говори мне, жук ты хитрожопый, что ты затеял всё это ради объединения родов! — рыкнул Отец, делая шаг к Карату и Аметисту, чьи глаза менялись с каждой секундой, становясь всё более темными и кусающими, отчего я ждала, когда он кинется вперед и раскидает всех нас, а в первую очередь Карата. который продолжал спокойно стоять рядом, и держать его за широченные мускулистые плечи.
Карат не ответил, не хмыкнул. и в принципе никак не отреагировал на слова Ледяного, вот только мир вокруг вдруг неожиданно снова стал двигаться, когда Кадьяки рычали и обращались в медведей. отчего земля под ногами снова содрогалась и стонала, а я испуганно сжала горячую ладонь Малахита, не в силах понять, что же происходит, пока из леса не стали появляться еще медведи.
На первый взгляд такие же, как Кадьяки.
Темные, большие…вот только они шли в облике людей, хоть и напряженные, но не агрессивные, во главе с красивым мужчиной, который, судя по габаритам, был чистокровным, подобно Северу. Нефриту, Лютому и всем нашим Берам с королевской кровью.
А еще этот мужчина был словно белая ворона среди всех, потому что он единственный кто был одет практически полностью — клетчатая рубашка с закатанными до локтей рукавами, потертые джинсы и даже ботинки огромного размера!
Он выглядел скорее как великанистый фермер с добрыми, мудрыми глазами, который зашел в земли Кадьяков по ошибке, чем нежели истинный Берсерк.
— Я тебе сейчас оформлю троежопие одним взмахом топора! — крякнул Ледяной хоть и яростно, но все-таки явно с долей веселья, окинув Карата уничтожающим взглядом, и широко улыбаясь тому самому «фермеру», который спокойно вышагивал впереди всей процессии, глядя своими красивыми добрыми глазами, цвета стали, — Мог бы просто открытку послать нам всем, мол, спать не могу так скачаю! Весь исхудал, изрыдался и всё такое!
Пока Кадьяки рычали и фыркали, начиная даже как-то раскачиваться из стороны в сторону. словно сами себя пытались убаюкать и успокоить этими простыми незамысловатыми движениями, а наши Беры столпились по кругу вокруг нас с девочками, я крутила головой, пытаясь ничего не упустить и понять хоть что-нибудь в происходящем, обделенная способностью Беров чувствовать эмоции и понимать все гораздо раньше, чем это успевали делать глаза, напряженно застыв, когда сероглазый красивый Бер в полном облачении вдруг направился с улыбкой к нам.
— Дочка, как ты? — обнял он осторожно все еще бледную, но улыбающуюся Мию, которая обвила белыми руками его мощную шею, блаженно прикрывая глаза, на которых дрожали капельки слез облегчения, когда я поняла, что это не враг а самое настоящее спасение для нас всех.
И часть нашей большой разношерстной семьи!
Когда вслед за искренне улыбающейся Златой мужчина подошел ко мне, я первая протянулась к нему, почувствовав, как его сильные и осторожные руки овивают меня, приподнимая над землей, и красивый глубокий голос прошелестел: