Шрифт:
Глава первая
В то жаркое июльское утро в начале одиннадцатого Джо Дана остановил машину на обочине дороги. Держа руль одной рукой, другой он задумчиво потер переносицу. На мгновение ему в голову пришла мысль заехать в гостиницу, принять душ и хотя бы поспать несколько часов, но он тут же отогнал ее. Ведь сейчас он был у цели. Осталось совсем немного. Последние пять недель он выкладывался полностью, а за прошедшие сутки вообще не сомкнул глаз. Не мудрено, что теперь ему хотелось только одного: поскорее покончить с этим делом и вернуться домой.
Как же он устал от шерифов, полицейских, с которыми ему пришлось сталкиваться, и от обманутых женщин, рыдавших у него на плече.
Джо зевнул и недовольно поморщился: его уже начал преследовать запах пота и дешевой еды в забегаловках. Как только вся свистопляска закончится, он отправится в самый лучший отель города и попросит привести в порядок одежду, начистить до блеска ботинки, а сам будет отмокать в горячей ванне. А потом закажет себе в номер ростбиф с жареной картошкой, молоко и большую порцию мороженого…
И спать… спать, целую неделю спать.
Джо взглянул на листок, на котором ему нарисовали, как проехать к дому некой мисс Байяр. Со 158-го шоссе ему следовало повернуть направо на проселочную дорогу, проехать мимо фургона, служившего кому-то жильем, затем мимо деревянного сарая справа и через милю остановиться у почтового ящика, прикрепленного к воткнутым в землю сломанным граблям.
— Мимо не проедешь, — успокоили его в полицейском участке. — Там дорога и заканчивается.
— За что же разыскивают эту красотку? — поинтересовался один из полицейских. — Мне говорили, что раньше она работала в банке. Мне довелось с ней познакомиться в первые же дни. Я помогал ей ловить енота, поселившегося у нее на чердаке. На вид вполне приятная женщина. Но ведь сейчас никогда не знаешь, с кем имеешь дело.
Да, подумал Джо, этого никогда не знаешь. Он терялся в догадках, кем же была мисс Байяр: то ли очередной жертвой, то ли мозговым центром целой организации, если таковая вообще существовала.
Точно он знал только одно: нефритовая ваза XVIII века, о продаже которой эта женщина объявила в журнале «Антиквар», была частью пропавшей в Далласе коллекции, ради которой он проделывал этот путь. Ее поиски привели Джо в Амарилло, затем в Гаймон, где след затерялся. Вновь обнаружив его в Талсе, Джо шел по нему до Северной Каролины, проверяя на всем долгом пути каждый ломбард и каждый антикварный магазин.
И вот наконец он близок к цели. Пусть он смертельно устал, голова раскалывается, а колени болят — он ведь столько времени провел за рулем, Джо знал, что именно в такие экстремальные ситуации, когда силы на исходе, ему вдруг улыбается удача.
Он вспомнил, как однажды, угодив в больницу, размышлял о деле братьев Дрейтон и понял, какую ошибку допустили полицейские. Когда он поправился и вышел из больницы, его догадка подтвердилась, и расследование довели до конца. Всем трем братьям предъявили обвинение и посадили за решетку, а в его послужном списке появилось еще одно раскрытое дело.
Джо вновь зевнул, выехал на шоссе и повернул направо, на дорогу, покрытую гравием. Проехав милю с небольшим, он снова повернул на изрезанную колеями дорогу. Дом выглядел так же, как и множество других старых фермерских домов. Четыре комнаты на первом этаже, четыре — на втором. Сзади — одноэтажная пристройка. Под окнами на клумбах цвели цветы. Крыльцо увито диким виноградом. Была ли хозяйка дома мошенницей или нет, но она явно знала толк в растениях.
Джо проехал немного вперед, остановился и вышел из машины. Еще не дойдя до входной двери, он почувствовал, что в доме никого нет. Но все же поднялся на крыльцо и постучал в дверь. Ответа не было.
Он постучал еще раз и прислушался, оценивая ситуацию. Действительно ли дом пуст? А может быть, в нем кто-то прячется, собираясь напасть на него сзади?
Нет, в доме никого. Джо был в этом уверен. Он тихо спустился с крыльца и решил обойти дом. Конечно же, он не собирался в него входить, но если случайно задняя дверь окажется открытой…
И вдруг он остановился как вкопанный, увидев у забора, сделанного из проволоки, женщину. Первая мысль, промелькнувшая у него в голове, была: до чего же она большая. Затем он обратил внимание на густые золотистые волосы. Такой цвет дарит лишь природа. И только потом он понял, что с ней что-то произошло. Да, усталость брала свое! Ведь обычно в подобной ситуации он, не раздумывая, бросался на помощь.
Она лежала за невысоким забором на земле посреди грядок. С ее согнутых колен свисала большая шляпа, на полях которой красовался подсолнух. У левого локтя возвышалась куча сорняков. Лицо женщины покраснело то ли от жара, то ли от долгого пребывания на солнцепеке.
Неужели сердечный приступ? Вполне вероятно. Было слишком жарко и влажно.
Глаза женщины были закрыты. Руки лежали на огромном животе. Юбка вздернулась, обнажив бедра. Для себя Джо отметил, что ноги были длинные, крепкие и загорелые.
Но что же он стоит? Джо бросился вперед, на ходу вспоминая, от чего может стать плохо беременной женщине. Опустившись рядом с женщиной на колено, Джо взял ее руку, чтобы измерить пульс, и в эту самую минуту она открыла глаза и улыбнулась.
Она улыбалась, как улыбаются после безмятежного, сладкого сна. На лице ее не было ни тени волнения.
— Я вас знаю? — спросила она чуть слышно.
— С вами все в порядке? — Джо опустился на второе колено, пренебрегая болью. Нет, сейчас не время спрашивать о вазе Чен Лунг. Она может подождать еще несколько минут, ведь ждала же она все это время.
— Я не совсем в этом уверена. — Голос ее, как и улыбка, был плавным, сонным. И приятным.
— Вы… лежите? — неуверенно произнес Джо, хотя в уме у него пронеслось: какого черта вы разлеглись здесь посреди этого огорода, на таком солнцепеке?
— У меня заболела спина. Я полола, но сегодня так жарко… Кто вы? Если вы что-то продаете, боюсь, я ничего у вас не куплю. Если вы пришли по поводу моей машины, то мне уже звонили из гаража. Я заберу ее в понедельник.
— Я ничего не продаю, и ваша машина меня не интересует. Если вы мисс Софи Байяр, то мне бы хотелось…