Чтение онлайн

— Но почему?

— Как Я могу быть одинокой? — воскликнула сова. — Я есть небеса. Как-как-как-кто-о-о: Я, кто есть все, Я, кто есть ничто!

— Сегодня очень ветрено, — сказала сова, прочно цепляясь когтями за ветку, — лучше оставаться дома, если он есть.

— Я могу спрятаться под землей, — прокричал кролик сквозь ветер, ревущий среди деревьев, — а ты там очень высоко. Держись крепче или спускайся ко мне!

— Кажется, ты забыл, — проухала сова сурово. — Я и есть ветер.

— Конечно, конечно, я забыл, — крикнул кролик, оправдываясь, — но зачем ты это делаешь?

— Я не делаю это, — проухала сова, — Я не делаю ничего. Я просто есть это.

— Не повезло! — закричал кролик. — Тебе там наверху, должно быть, гораздо хуже, чем мне внизу!

— Так и есть — относительно, — ответила сова. — Но, в конце концов, почему бы и нет?

— По мне, так это только справедливо, — осмелел кролик, — поскольку ты и есть это.

— Но ты тоже есть это, осел! — парировала сова.

— Я никогда об этом не думал! — крикнул кролик, уворачиваясь от падающих веток. — Так я еще и осел?

— Я использовала этот термин фигурально, — проухала в ответ сова, — но, конечно же, ты и есть он, в любом случае.

— И такой же глупый? — поинтересовался кролик.

— Ослы совсем не глупые, — ответила сова, — это человеческое выражение, и довольно дурацкое, как всегда, когда дело касается других животных. Такими они кажутся расщепленному уму ослепленных собой двуногих.

В этот момент ветка, на которой сидела сова, отломилась, и она слетела вниз к кролику.

— Здесь лучше, — заметила она, — по крайней мере, при чрезвычайных обстоятельствах. Поблизости есть крысы или другие подлые хищники?

— Не в такую погоду! — воскликнул кролик. — Позволь пригласить тебя к себе.

— Большое спасибо, — сказала сова, — но я не смогу проявить в ответ свое гостеприимство, к тому же у меня не будет возможности расправить крылья, если ты задашь мне какой-нибудь особенно глупый вопрос.

— Безобидные друзья лучше опасных врагов, — настаивал кролик, — в моем доме ты будешь в безопасности.

— Безопасность относительна, — объяснила сова, перекрикивая ветер, — так же как и друзья и враги. И одним глазом видно.

— Верно, — хитро подтвердил кролик, — и к счастью, у нас их два.

— У нас всего по два, — согласилась сова, — или почти всего, что имеет значение. Я так устроила.

— Как это мудро, как дальновидно! — сказал кролик льстиво. — Я горжусь, что у меня есть такой друг.

— Мой дорогой милый зайка, — сказала сова ласково, — какая разница может быть между «друзьями» и «врагами»? И те и другие одинаково хороши на вкус!

— Да, да, конечно, — занервничал кролик, — но… но если бы на меня сейчас напала крыса, разве ты не защитила бы меня?

— Конечно, конечно, — сказала сова с теплотой, — крысы гораздо более аппетитные, чем кролики!

— Это твое определение «любви»? — спросил кролик, слегка задетый.

— «Любовь», «ненависть» — какая между ними может быть разница? — спросила сова. — И то и другое — ничто. Они могут быть чем-то только по отношению друг к другу!

— Тогда где лежит эта разница? — спросил кролик.

— Нет никакой разницы между противоположными концепциями, — объяснила сова терпеливо, снимая большой прут с головы кролика.

— Спасибо. Но где лежит видимая разница? — спросил кролик.

— Любые различия чисто концептуальны, это продукт расщепленного ума, — объяснила сова. — Их источник не может содержать в себе никакой «разницы»!

— Тогда что такое их источник? — спросил кролик.

— Я есть их источник, — мягко ответила сова, — но позволь мне предложить тебе защиту моих крыльев: Я неуязвима в отличие от тебя, а объекты летят во все стороны. Все объекты потенциально опасны для тех, кто не постиг, что они есть Я.

— Ты забываешь кто– ты-есть и помнишь что– не-есть-ты! — сказала белка.

— Вместо того чтобы?.. — пробормотал кролик, задумчиво почесывая ухо правой лапкой.

— Вместо того чтобы забыть что– не-есть-ты и помнить кто– ты-есть.

— Не слишком понятно, — ответил кролик, почесывая другое ухо левой лапкой.

— Это входит в привычку, — констатировала белка, — но прости меня, сова приближается, а у меня от нее мороз по коже. Мне пора.

— Доброе утро! — сказала сова, усаживаясь на свой сук.

— Добрый вечер! — ответил кролик. — Это луна на небе, а не солнце.

— Совершенно верно, — ответила сова. — Для меня это утро. Взаимозависимые противоположности характерны для относительности.

— Да, да, конечно! — согласился кролик сконфуженно.

— Что ты замышляешь? — спросила сова после небольшой паузы.

— Ничего! — ответил кролик с невинным видом.

— Нет, замышляешь! — проворчала сова. — Ты думаешь! Я же говорила тебе не делать этого! О какой чепухе ты думал?

— Я только забывал что-не-есть-я и вспоминал кто-я-есть, — ответил кролик, помахивая одуванчиком с притворным безразличием.