Чтение онлайн

Также вместе с расторопной служанкой Марина перетряхнула сундуки в кладовой на первом этаже центральной башни и нашла для себя подходящую женскую одежду, ленты для волос, кожаные башмачки и даже несколько выцветших манускриптов.

Один из них по всей видимости представлял книгу поварского искусства, поскольку Марина с трудом разобрала несколько рецептов.

Сварите картофель без кожуры и тщательно помните пестиком. Сварите капусту нарезанную так мелко, как только возможно и смешайте с картофелем.

«Надо же, картофель у них имеется, неужели местную Америку успели открыть. Отлично, не одну репу придется лопать. Хм, блюдо похоже на бигус… и ничего особенного, даже без мяса, я интереснее могу приготовить».

«Без удачного брака тут, видимо, жизнь не в радость!»

А вот вторая рукопись являлась сборником не то молитв, не то магических заклинаний. В восторге от того, что понимает письмена чужой страны, Марина прочла нараспев:

– Полезные компоненты любовных снадобий. «Любопытно!» Возьмите имбирный корень, розовые лепестки и семена тмина, смешайте с истолченной вербеной и чабрецом… подлить в хмельной напиток, лучше всего яблочный сидр. Ого! Тут и заклинание приводится.

«И что ты будешь делать! Даже в замшелом замке каждый сундук взывает к любовным подвигам. А с кем их прикажете осуществлять? Пойду-ка лучше проинспектирую кухню, недаром Никос вручил мне вторую связку ключей, сам-то еле ноги переставляет».

Уже на третий день Марина уверенно руководила Сильдой и Лиссой, двумя служанками, составлявшими единственную женскую часть обслуги замка. Даже поваром здесь являлся старый солдат, потерявший в каком-то великом сражении один глаз, что, впрочем, никак не сказалось на его кулинарных способностях.

Никос хвастался, что Сарлем может приготовить отменное блюдо даже из парочки воробьев. Марина от этой новости слегка приуныла… Но, к счастью, до мелких птах дело еще не дошло и все это время она питалась «самой обычной и простой пищей», а именно:

ржаными лепешками с пряными травами, сыром, яйцами, похлебкой с овощами и кореньями, жареной рыбкой и самым дешевеньким по словам Никоса винцом, вкуснее которого Марина в жизни алкоголя не пробовала.

А в ближайший воскресный денек Сарлем даже подал на стол румяные бараньи ребрышки, так что полное истощение, как поняла Марина, ей пока не грозило. И даже наоборот – за эту неделю, проведенную в деревенской глуши, вдали от шумного города и хлопотной работы с малышней, она вдруг заметила, что немного округлилась, стала хорошо высыпаться и приобрела свежий цвет лица.

К тому же, вода в местных колодцах оказалась совершенно волшебной. Старенькому конюху, что последние пару лет лишь сторожил пустые амбары возле замка, теперь нашлось, наконец-то, достойное занятие.

Ронса ежедневно таскал воду и грел ее для купания молодой госпожи, а Марина с удовольствием обнаружила, что ее кожа стала гладенькой и нежной, как у младенчика, волосы будто бы еще больше загустели и стали блестеть безо всякого дорогущего шампуня.

Желая расположить к себе вероятную хозяйку, Лисса откровенно подлизывалась:

– Ах, какая же у вас роскошная коса, леди Марин! Я никогда прежде не встречала таких дивных волос.

И тут же простодушно добавила:

– Прошлой весной торговец предлагал за мои локоны целых пять далеров, но ваше сокровище оценил бы гораздо больше.

После трудового дня Марина нежилась в теплой воде, позволяя Лиссе расчесывать свои длинные русые волосы. Да, волнистая грива всегда была гордостью Симоновой. Славка тоже первое время был без ума, а потом грубо наорал, заметив однажды на своем свитере парочку ее волосков. Так ведь не в тарелке же супа заметил… было б из-за чего заводить скандал.

Статус Марины в замке был определен немедленно, еще в день ее появления. Она знатная леди и точка. Откуда взялась – неважно. Близкая подруга Никоса и никаких гвоздей. Вся малочисленная челядь была только рада тому, что в доме, наконец, появилась женщина, способная хоть немного приободрить господина.

Припомнив недавнюю ревизию запасов в кладовке, Марина принялась строить планы по сохранению замка:

– Лисса, а если Никосу ребеночка усыновить, если жениться на какой-нибудь… э-э-э… уже беременной крестьянке?

– Ребенок должен продолжать род Альба, а не быть приемышем. Грозный де Верта строго следит за соблюдением традиций. Ох, пусть бы небеса поскорее забрали нашего господина, пока не истек год.

Марина чуть голышом не выпрыгнула из дубовой купели.

– Ты что такое говоришь?

– Никос уже смирился, тем более, что все, кто был отравлен Кайро давно ушли к праотцам. Господин последний из тех, кого спас Герцог де Маликор, да пребудет с ним вечная милость Богов.

– Так Никосу яд подсунули, а я-то думала, что на войне лишили мужского достоинства и поэтому он не может иметь детей. Подожди, он же выглядит вполне здоровым, только немного бледноват и с аппетитом проблемы. Вот же несчастье! Как человека жалко! А этот нахальный дядюшка – нет, чтобы герою войны посочувствовать, позволить спокойно доживать под родимым кровом! Мерзавец ваш дядя Брайан!

– У них давняя распря из-за того, что юная госпожа Исабель сбежала из дома с Белым Рыцарем – отцом Никоса. Семейство де Верта не простило бедняжку. Еще бы, они всегда были богачи, а Белые Рыцари хорошо умели лишь умирать в боях за свою страну. Честь и отвага во славу трона Гальбо – вот их кредо. Наши хозяева не умели копить сокровищ, по рассказам старых слуг, замок всегда был открыт для путешественников и бродячих менестрелей.

Марина задумчиво колыхнула пятками теплую воду.

– И что же, кроме Никоса не осталось никого в роду?