Чтение онлайн

От скуки я мысленно стал вспоминать стихи Вергулания, но у меня ничего не получилось. Память поэзию прятала где-то в самых глубоких своих архивах, ни один мой воображаемый секретарь не смог бы там их найти. Порой, чтобы вспомнить нечто важное, следовало вообразить эдакий архив, в котором хранятся воспоминания. Там бродит седобородый мудрец, знающий где и что лежит. Но даже этот умудренный годами господин никогда бы вовек не нашел бы эти стихи.

Но хотя бы напряженное размышление и попытки растормошить сознания, помогли скоротать время. Я распрощался со своим воображаемым архивистом, когда на площади появились судебные служащие. Они расставляли лавки для судей и важных зрителей.

К площади стал стекаться народ, сегодня горожан было больше, чем во время словесной дуэли адвоката с обвинителем. Странно, ну… хотя ничего странно. Жители Врат редко тратили время на пустую болтовню, но исход процесса волновал многих. В день вынесения приговора, я смог в этом убедиться.

Я занял свое место на скамье для свидетелей. Вскоре появился Эвелер с Ульвией — они ничем не выказали того, что мы знакомы. Молодец! Я боялся, эльф окажется настолько глупым, что кинется обнимать меня и благодарить. Все-таки пепельнокожие жители Королевства не лишены смекалки. А может, это Ульвия объяснила мужу, как следует себя вести. Ей-то знакомы имперские традиции.

Среди зрителей в основном были маги, но попадались отдельные личности из коллегии адвокатов, торговцы, представители надзорных органов. Вышестоящие офицеры легиона, расквартированного в "Черном Сердце", прислали своих представителей. Чтобы засвидетельствовать свой интерес и внимание к процессу. Конечно, подобное отношение к суду было нетипично для имперских граждан. Просто те, кто давно живет в Королевстве, изменили свое мировоззрение под давлением местных традиций.

Две нации столкнулись на этом острове, два мира и два духа. Они не уничтожили друг друга, но вобрали все лучшее, сплавились в единое целое — я хотел в это верить. Отдельные личности — глупые фанатики, борющиеся за призрачную свободу — портили картину, но в целом Огненное Кольцо и сами эльфы влились в Империю, стали ее частью. Это не могло не радовать меня — потомка завоевателей.

Мир стал сложнее, более глубок, одной книги не хватало, чтобы описать структуру нынешних взаимоотношений народов. Ушли те славные, как многие считают, времена, когда и войны были чище, и от политики не пахло падалью. На мой взгляд, все это фантазии, никакого золотого века не существовало.

Вся мерзость сегодняшнего дня, это всего лишь древо из семени прошлого.

Так что глупо мечтать о былых — якобы — заслугах. Их ведь могло и не быть, пропаганда существовала и в те времена. Но это я как-то отвлекся, просто эльфам было проще смотреть на свое прошлое. Они жили дольше, помнили больше, чем люди. Так что прошлое из затуманенных фраз на свитке было всего лишь "вчера".

Только жителям Кольца не повезло — они замкнулись в своем прошлом, что грозило им простым вырождением. Империя стала для них спасением, культурная экспансия — свежей кровью.

Им ведь не нужны все эти суды, наши законы, им нужен только новый ветер, который погонит корабль вперед. Красиво и умно они мыслят, потому лидеры эльфийских родов решили мирно урегулировать завоевательный вопрос.

И они оказались правы. Консерваторы постепенно погибали, сметенные ураганом перемен. Увеласа Дренен была одной из жертв прогресса, она мыслила, как эльф прошлого, не воспринимая нынешних реалий. Конечно, это глубинный слой ее разума, о котором она, наверняка, сама не догадывается. Но я видел ту дрожь разрушающегося мира в глазах эльфийки. Мне было ее жаль — такую потерянную, одинокую, брошенную всеми на скамье напротив меня.

Но разве мог я отступить от заветов Императора и спасти чужую жизнь, принеся тем самым вред Идее? К сожалению, я не мог, но в отличие от фанатиков, у меня было видение ситуации. Это не могло успокоить меня. Все же, не зря предупреждали древние — от великого ума и горести великие. А какие горести обуревают Императора? Страшно представить…

Вся веселость от процесса у меня испарилась, как капля воды в песке. Не могло ее тут быть, даже возможность обогащения не прельщала. Вот такие мы маги странные существа, вечно недовольны. Даже победы нас не радуют так, как простых воинов. Нет, мы гонимся за химерой.

Дренен появилась на площади в сопровождении адвоката и стражников, она шла уверенно, но то было простой показухой. Хорошая мина при плохой игре. Сепроний так же не выглядел довольным, он проиграл этот процесс в пух и прах. Будет ему уроком. Но судьба адвоката не была столь горькой, как судьба эльфийки.

Пришли судьи, все как на подбор седовласые и с гладковыбритыми лицами. Мода на бороды, к счастью, прошла еще лет пять тому назад. Показушники. Своим видом они только обесценивают слова Императора, его Идеи. Но что я мог с ними поделать? Убить — это не выход, а сил на перевоспитание у меня не было.

Не могу представить, как балансируют имперские службы на этой грани. Как они способны закрывать глаза на один проступок и карать другой. Это же постоянная сделка с совестью, а если ты ошибся в своих поступках? Страшная у Тулия работа, ох и страшная.

Председатель суда взял слово, когда все собрались. Он напомнил о сути нашего дела и попросил обвинителя и защитника выступить в последний раз перед вынесением вердикта. Это была старая традиция, которая совершенно не могла помочь Дренен. Суд уже принял решение, но требовалось соблюсти все правила игры. Бюрократия могла существовать лишь на созданных для самой себя правилах. Забавно.

Люциус Ашан говорил ярко, красочно, но совершенно бессмысленно. Он взывал к правосудию, требовал сурового наказания и так далее. Выглядел он разъяренным быком, которому кто-то прищемил семенники. Но зрители оценили речь обвинителя, разразились овациями и начали громко перешептываться.

Я про себя отметил, что Люциус лишь одной фразой напомнил об Эвелере и его случае. Это был всего лишь один из проступков Дренен, всего лишь один в череде других! Никого не волновало, что Эвелер мог погибнуть, всем было плевать на его чувства. Хотя Ашан и выпрашивал возмещение убытков Динару.

В общем, процесс состоял в том, что Дренен была предательницей. И это было верным выбором в стратегии обвинителя. Чувства эльфа не волновали собравшихся, а вот предательство — народ так и кипел.

Я бы хотел, чтобы было все наоборот, но разве можно взять и изменить всем мнение. На это не способен ни один маг, сколь сильным бы он ни был.

Председатель суда потребовал тишины и дал слово Сепронию.

Тот говорил кратко, но по делу. Взывал к милосердию, упоминал о тяжелом прошлом Увеласы и ее немногих заслугах перед Императором. Они были, не спорю, но совершенно терялись на фоне всех проступков. Единственное, чего желал Сепроний, так это мирного завершения процесса. Он пытался выиграть своей подзащитной хотя бы чуточку денег, на которые она могла бы прожить хотя бы первое время.