Чтение онлайн

Очевидно, что воспоминание о них не было приятным.

Паркер поднял бровь:

— Вы правы, я небольшой поклонник института брака, но это не имеет отношения к делу. Речь о том, что вы заняли принадлежащее мне здание. Незаконно. Что, по вашему мнению, должно было случиться, когда вас здесь обнаружат?

Она вздернула подбородок:

— Я… ну… я надеялась, этого не произойдет.

Паркер опешил. Настоящий бизнесмен не станет принимать решений, полагаясь на надежды.

— Ну вот, я здесь, и это случилось, — произнес он. — Теперь, когда вопреки вашим ожиданиям наши пути пересеклись, вопрос в том, что мне с вами делать?

Оставалось еще несколько месяцев до того момента, когда Дейзи придется посещать курсы для будущих матерей, но она знала, что в основе программы лежит правильное дыхание, а сейчас ее дыхание никак нельзя было назвать правильным. Паника мешала ей дышать. Стараясь выглядеть спокойной в глазах этого человека, утверждавшего, что он племянник Тилли, она то совсем переставала дышать, то, задыхаясь, заглатывала огромные порции воздуха. К тому же он утверждал, что здание принадлежит ему.

— Тилли никогда не упоминала о вас, — произнесла она, хватаясь за соломинку. Очевидно, что Тилли, которая заменила ей мать и стала ее лучшим другом, сказала бы, что у нее есть племянник…

Который был более великолепен, чем вообще может быть мужчина. Широкоплечий с… со… всем остальным и низким голосом, который…

Дейзи зажмурилась. Что с ней происходит? Серьезно. Он даже не симпатичный.

Она нахмурилась.

— Мне просто кажется, что Тилли сообщила бы мне, что у нее есть племянник, который унаследует ее имущество, — сказала она, радуясь, что он не может прочитать ее мысли… вероятно, не может.

Тилли всегда утверждала, что она экстрасенс и что Дейзи совершенно не умеет скрывать свои чувства. Если этот человек ее родственник…

— Я никогда не видел свою тетку, — заявил высокий темноволосый незнакомец. — Но, как сказал ее адвокат, она не оставила завещания, а я ее единственный живой родственник.

Нет, нет и нет. Это не может быть правдой. Однако принимая во внимание четкие очертания его скул и изгиб бровей… Приходится признать его несомненное сходство с Тилли. И все-таки ей нужно время, необходимо подумать, найти выход из этой немыслимой западни, в которой она оказалась, когда этот человек переступил порог ее дома.

— Извините, но я не могу верить вам на слово, нужны доказательства.

Мужчины так часто лгали Дейзи, причиняя боль. Если ей суждено быть выкинутой на улицу — пожалуйста, пусть этого не будет — она не намерена сдаваться без сопротивления. Тем не менее взгляд его привыкших повелевать глаз не оставлял сомнений в его уверенности в победе. Она старалась не думать о том, что поражение будет значить для нее и ее друзей. Дейзи подавила желание рукой защитить живот. Паника мешала дышать, ладони вспотели.

Мужчина не скрывал раздражения, и Дейзи с удивлением заметила, что даже раздражение не портило его сногсшибательную внешность. Жизнь бывает такой несправедливой.

— Обычно я не ношу с собой таких документов, — заявил он надменно.

Крошечная надежда затеплилась в ней. «Дыши, дыши, дыши, — приказала она себе. — Может, мы спасены… на время. Может, случится чудо, и луч света перенесет меня в другую галактику, где резвятся розовые единороги, а шоколадки растут на деревьях», — упрекнула она себя. Или, по крайней мере, в той галактике не будет богатых, красивых и, приходится признать, законных владельцев, имеющих право вышвырнуть ее и ее близких на улицу. «Думай, Дейзи, думай. Тебе нужна тяжелая артиллерия. Соберись с мыслями».

Ладно, вот все, что у нее есть.

— Тилли была моим лучшим другом, — произнесла она со всей убедительностью, на которую была способна. — Она хотела, чтобы я жила здесь. У меня есть доказательства, соседи подтвердят. — Собрав остатки мужества, Дейзи вздернула подбородок.

Мужчина провел рукой по волосам, которые, несомненно, знавали заботу дорогих стилистов, обратил к ней взгляд своих холодных глубоких зеленых глаз и нахмурился.

— В этом вы правы. Я не был знаком со своей теткой и никого не знаю в Лас-Вегасе. Я приезжий, но уверяю вас, мисс Локетт, закон на моей стороне. Я намерен вернуться и распорядиться имуществом своей тетки. Я знаю, как поступить с этим зданием, и боюсь, вам придется покинуть его, если, конечно, вы не предъявите законных документов, более весомых, чем мои. Я вернусь завтра с доказательством своего права собственности, и если вы все еще будете здесь, надеюсь, у вас будут для этого достаточные причины и законные основания.

Дейзи взглянула в его потрясающие глаза и не увидела ничего, что могло бы дать каплю надежды. Тилли была совершенной душкой, заменила ей мать и стала подругой, но она была не слишком организованной. Она не любила адвокатов и чиновников. Как большинство людей, она полагала, что будет жить вечно, и не думала составлять завещание. Принимая во внимание ее непредсказуемость, осталось бы только удивляться, если бы она оставила какие-либо документы, которые могут помочь ее друзьям. И не только Дейзи. Паника, холодный ужас пронизали ее с головы до пят. Остальные слишком слабы и слишком стары, чтобы бороться. Она должна быть сильной, быть лидером и спасительницей.

Поэтому, закрыв глаза и закусив губу, она обратилась с мольбой о совете к Небесам. Потянувшись, Дейзи тронула мужчину за рукав:

— Пожалуйста, не выгоняйте нас на улицу. Нам некуда идти. — Она даже не коснулась его кожи, однако почувствовала, как молния пронизала ее, наполнив искрами воздух вокруг. Словно между ней и этим человеком, который смотрел на нее так, как если бы она заявила, что родит прямо у него на глазах, были протянуты провода. То, что это недалеко от истины, хотя и случится через семь месяцев, заставило ее побледнеть, но она не отступала. — Пожалуйста, — добавила она, — я как-нибудь найду доказательства о себе и о Тилли и обо всех нас.

— Обо всех вас, — сказал мужчина. — Так вы не одна?

— Нас четверо. — Она решила пока не упоминать собаку и свою беременность. — Просто нам нужно немного времени.

— Четверо. Четыре человека живут в этом здании, — произнес Паркер таким тоном, как будто не слышал ее слов.

Дейзи кивнула:

— Мне жаль, что вы не знали этого раньше. Мы ничего не скрывали. — Правда, они знали, что здание им не принадлежит и все это когда-нибудь кончится. Они получили уведомление о выселении, но остались. Но ничего этого она не произнесла вслух. Он вполне может вызвать полицию, которая наденет на нее наручники и отправит в тюрьму, и что тогда станет с остальными? Нет, ей необходимо выиграть время. Она одарила его своей самой лучезарной улыбкой. — Полагаю… полагаю, теперь вы наш домохозяин, мистер Сатклифф, мы можем начать платить арендную плату. — Хотя она и не знала, откуда взять на это деньги.