Чтение онлайн

А будущий смелый боец Всеволод, первенец Мстислава, храбро убежит с середины битвы новгородцев, которыми он командовал, с суздальцами, и за это будет с позором изгнан из Новгорода, куда ты его посадишь княжить.

Но продолжить позорящие род Мономаха недобрые мысли, государь мне не позволил.

— Владимир, ты должен Кристину внимательно осмотреть, а при нужде вылечить.

А вот это уже не ни к чему не обязывающая болтовня после завтрака, а прямой приказ. Только вот нравная она очень, эта горячая шведская штучка, характерец не сахар. Просто так ей не скажешь: посиди-ка, мол, спокойно пару минут, я на твои женские дефекты полюбуюсь — фыркнет и унесется. Тут надо как-то тоньше подойти, чтобы она не взялась играть в унесенную скандинавским ветром.

— Знаешь, князь, мне для этой цели понадобится четверо ратников.

— Получишь! А зачем это? — сбился он с четкого командного тона.

— Княгиня не позволит мне ее глядеть. А так двое будут держать за руки, двое за ноги, глядишь, дело и пойдет.

— Да бабенка, — оторви и брось, — усмехнулся Мстислав, — А что же делать?

— Надо позвать ее сюда и занять нехитрой беседой. Мне в это время ощупывать Кристину и подсовываться к ней близко незачем — из-за стола все увижу.

— Богуслав, пошли за ней кого-нибудь.

— Сам схожу, не рассыплюсь, — ворчливо сказал боярин.

Он по-молодецки вскочил и ушел в покои княгини.

— Тоже волнуется, — ласково заметил князь — заботится о наследнике престола, старик.

Да, для тебя, государь, боярин навеки останется стариком. Тебе, к сожалению, до его лет не дожить, подумалось мне.

— Ты, как все увидишь, знак мне какой-нибудь подай, — ну скажем за правым ухом почеши, буду заканчивать беседу. Уж очень любопытно узнать, в чем там дело! Может, ее, как и твою богатырку, тоже подлечить надо?

Я кивнул. Кристина не заставила себя ждать, появилась очень быстро. Верная служанка тоже, как обычно, не отстала. Потекли неинтересные для меня тары-бары — растабары.

Еще не успел ничего увидеть, а за правым ухом уже чесалось невыносимо. Мстислав с меня глаз не сводил. Вгляделся очень усиленно, чтобы поскорее закончить этот совершенно невыносимый зуд. Уф, увидел!

Начал тут же остервенело чесаться. Чувство громадного облегчения наступило довольно-таки быстро. Ощущение было, как у алкоголика, выпившего стакан водки с похмелья.

Князь тоже бешено рвался к свободе и информации. Пока получалось плохо. Жена уходить категорически не желала. Мстислав заходил и так, и эдак, все безрезультатно!

Ладно, хватит его мучить. Подошел к супружеской паре — не дай бог поругаются еще! Оперированному больному это будет не на пользу.

— Князь, княгиня в положении! — Не уверенный в хорошем знании государыней русского языка, продолжил по-шведски, поклонившись одной головой, то есть попросту кивнув:

— Моя королева! Вы беременны!

Она ахнула, пошла красными пятнами, прижала ладони к щекам, и унеслась. Наперсница, как верный пес, побежала следом. Большого мужества человек, эта служанка! Взять и уехать за любимой принцессой из родной и уютной Швеции, в дикую и непонятную страну — Русь, это дорогого стоит.

Мстислав расслабленно развалился на кровати.

— Эх, узнать бы еще кто у меня будет, — мечтательно протянул князь, — парень или девка…

Сейчас и узнаешь.

— Будет мальчик.

Он напрягся.

— Ты просто так говоришь? Что б меня порадовать?

— Я вижу.

В основном, правда, вспоминая нужный файл в Интернете.

— А не врешь?

— Уверен.

Хорошо бы еще добавить — если историки не ошиблись. Глупых споров больше не было, вроде, поверил.

— А Криська, такая сдержанная всегда, а тут фрр, и убегла. Посидели бы еще, потолковали…

Мы с Богуславом переглянулись — сдержанность княгини нам с ним была хорошо известна. А тебе, княже, чтобы не познакомиться этой национальной особенностью, лучше бы припрятать свою тягу к противоположному полу подальше от терема, а то застукают тебя повторно за этим делом, и невиданная силища вдруг придет к супруге неведомо откуда, и порвет она тебя, как Тузик грелку! Пересел опять за стол, думу думать.

Ну да ладно. Пусть там княгиня общается с близкой ей по духу соплеменницей, а я попытаюсь ускорить у князя процесс заживления. Сидеть тут возле него очень долго мне просто некогда. Если никак не вмешиваться, а лениво наблюдать за процессом, понадобится по меньшей мере дней десять — пятнадцать, чтобы швы поджили.

И это срок для чистых и ровных послеоперационных ран, сделанных умелой рукой полостного хирурга, тщательно обработанных антисептиками при наличии обширной аптеки антибиотиков, а не для рванины от грязных когтей медведя, залитой для порядка солью и зашитой профаном в этом деле. Про антибиотики я уж просто молчу…

Инфицированность брюшной полости и послеоперационных швов, сейчас, пожалуй, главная проблема для прооперированного пострадавшего князя, и сидящего возле него захудалого полостного хирурга. Не дай бог, полыхнет зараза, вообще умаешься лечить.

А у меня своих горящих дел выше крыши! Один перенос лесопилок займет все оставшееся время до турпохода к южному морю.

А между делом нужно посетить волхва — глядишь чему еще полезному меня обучит, согласовать с ним состав экспедиции, а может он и боевые характеристики у ребят улучшит, показать заодно Забаву.

Получить от Добрыни полезные советы, типа, мыть в Днепре руки перед едой, а то еще облюетесь или вас понос прошибет перед схваткой с черным колдуном. Впрочем, увидим вражеского кудесника, за жидким стулом у нас, героев, дело не станет.

По ходу надо поженить Фрола и Катюшу, у них самих на хитромудрого священника Филарета выходов нет, и сделать то, что обещал — вылечить жену тиуна Антипа, работающего на боярина Твердохлеба Мишинича.

А в перерывах постараться заработать как можно больше денег! Кроме меня, никто это не осилит: ни бог, ни царь и ни герой, как это поется в Интернационале, бывшим долгое время гимном моей родины. Добиться всего можно только собственной рукой!