Неполоманная жизнь
Шрифт:
Железнов в бар проходить не стал, остановился у входа, моментально оценив, что практически все столики бара заняты мужчинами, они же – члены жюри, которые независимо от зоны (курящая/некурящая) пили кто чай, кто кофе, вяло полистывали журналы и газеты и в основном обсуждали предстоящую игру.
Железнов нашел взглядом Викторию, администратора по жюри, которая расположилась за одним из ближайших ко входу столиков бара, буквально заваленному железнодорожными и авиабилетами, что было и немудрено – жюри собиралось со всей страны.
– Вика, привет! Ну что у тебя – мальчики-голосовальщики, все в сборе?
– Сейчас, – она кивнула головой в сторону барных залов, – сорок восемь в наличии, трое на подходе. Из гостиницы уже полчаса как стартовали.
– А резерв?
– Похоже, что не нужен. Но если что…
– Поймаем первых попавшихся в коридоре?
– Или охранниками дополним. Они сегодня все при параде. В костюмах.
Железнов сомнительно покачал головой:
– На них сегодня особо не рассчитывай.
– А что так? – Виктория подняла удивленный взгляд.
– Да есть причины. Теоретические. Ладно, разберешься. Что с документами?
– Да как всегда – есть и билеты потерявшие, и паспорт забывшие.
– И?
– Решаем. Не бери в голову.
– Пиво никто не протащил? Или чего еще… Виктория улыбнулась, вспоминая.
– Да был один с попкорном…
– С чем? – удивился Железнов. – Не патриот. Отечественный формат – семечки.
– Да уж… В общем, отобрала.
В это время в дверях бара появился молодой мужчина интеллигентного вида, в очках, с авиабилетами в руках, судя по всему – сорок девятый член жюри. Увидев Викторию, он протянул ей билеты – «Это вам?»
Виктория подтянула к себе список:
– Фамилия?
– Июльский.
– Летний, значит, – Виктория сделала пометку, – есть такой.
Подняла голову к Железнову: – Саш, нормально здесь все. Если что, звонить не буду, – улыбнулась, – сама справлюсь.
– Кто б сомневался. Спасибо тебе. Побежал…
– Удачи…
– А деньги? Где можно получить деньги за билеты? – уже выходя из бара, услышал Железнов, сам же подумал: «Так, теперь – ведущий, ну а уж потом – к айтишникам».
Гримерка у ведущего шоу Алексея Дикало, как у гранда телевидения, была отдельной и находилась между павильоном с подиумом, где, собственно, и происходило шоу, и – аппаратной, откуда осуществлялось режиссерское управление проектом.
По пути к ведущему Железнов не удержался и на пару секунд заглянул в павильон, в котором, собственно, и происходит основное действо шоу: здесь располагается подиум и небольшая сцена в конце его. Здесь же – кресла для жюри, которые амфитеатром окружают подиум, обеспечивая великолепный обзор.
Железнов окинул взглядом павильон, в котором царила обычная предстартовая подготовка к шоу. Все восемь ТВ камер на месте, возле них готовятся к съемкам операторы. Осветители по команде главного оператора выставляют свет. Технические работники стыкуют кабели, устанавливают ветродуйки и т. д. На табло – графическая заставка – логотип программы «Она мне нравится». Уборщица начищает подиум. Все как и всегда.
Несколько секунд Железнов молча фиксировал степень готовности Павильона, переводя взгляд с объекта на объект: «Угу… угу… не угу – ага.
Плохо. Двойка», после чего покинул Павильон, чем-то слегка раздосадованный.
Слегка приоткрыв дверь в гримерку, Железнов смог убедиться, что здесь все «по плану» – ведущий программы Алексей Дикало на месте, в кресле перед зеркалом, вокруг него крутится гример, нанося последние штрихи на известное всей стране лицо.
Железнов уж думал, было, ретироваться, когда услышал:
– А, Саша… Не употреблял я вчера. И не брился сегодня. Зато спал дома…
– Так вы же не видите меня, – Железнов был несколько ошарашен подобным заявлением из-за того, что Дикало головы не поворачивал, а в зеркало Железнова он видеть не мог.
– А ты никогда не стучишься. Не замечал?
– А вдруг поклонница какая… или режиссер незваный?
– Здесь нет поклонниц, здесь только финалистки шоу, которые тоже сейчас заняты подготовкой. Ладно, – Дикало решил сменить тему. – Саша, письмо твое я прочитал. Что, все так серьезно?
Железнов вошел в гримерку и прикрыл за собой дверь.
– Хотелось бы надеяться, что нет.
– Но ты страхуешься, однако.
– Запас, как известно, карман не тянет.
– Не люблю я импровизаций.
– Это вы-то?!. – на лице Железнова было искреннее удивление. – Вы же только этим и занимаетесь.
– Чужих, Саша, чужих импровизаций я не люблю.
– Что ж, будем надеяться, что на каждую кастрюльку найдется крышечка, – произнес Железнов, думающий, судя по выражению лица, о чем-то другом. – Ладно, Алексей, удачи! – после чего ретировался из гримерной.
Осталось зайти к айтишникам в аппаратную – скинуть вопросы, которые «великая тайна есть», а заодно и посмотреть – не гоняют ли они очередную прыгалку-леталку.
Должность у Железнова обзывалась совершенно не по-русски – креативный продюсер, то бишь, творческий производитель – практически, племенной бык-производитель, то есть к любви нужно подходить творчески, с фантазией. На самом деле Железнов был креативным продюсером телевизионной программы «Она мне нравится» и отвечал за всю творческую составляющую проекта. Должность была временной, на период существования проекта. Железнов, собственно, и согласился на нее в силу того, что деваться было некуда – он был автором идеи программы, так называемого формата, ему и карты в руки.