Непоседа
Шрифт:
Трикс помолчал. Вздохнул. И ответил:
– Потому что жизнь и смерть не отдают на волю случая. Что бы ни было написано на пергаментах, "съесть", "отпустить" или вовсе ничего – от этого судьба волшебника не зависит. Все зависит от того, что решат драконы – или что они уже решили.
Дракон улыбнулся.
– Что ж, говори свою третью и последнюю загадку.
– К одному молодому волшебнику прилетел дракон и попросил его о помощи, – сказал Трикс. – Волшебник знал, что драконы суровы и опасны. Но ему сказали, что это долг чести. Как следовало поступить молодому волшебнику?
Огромная морда дракона приблизилась к Триксу вплотную. Некоторое время дракон смотрел на него. Потом повернул голову к Элину и сказал:
– Признаю, ты выбрал достойного человека. Хотя предупредить нас о своем решении было бы правильнее!
Неуловимо-быстрым движение оранжевый дракон выпрямился во весь рост. И произнес:
– Трикс, я признаю тебя достойным дружбы с драконами. Мое тайное имя – Зуа Хамид Мируа.
– Ух, – прошептала Аннет и вцепилась Триксу в ухо. – Вот это да...
– Но ты зря проделал свой путь в Самаршан, – продолжил дракон. – Мой сын слишком юн и наивен. Никто из ваших волшебников не сможет сразиться с Прозрачным Богом. Даже мы, драконы... – он помолчал. – Великий Визирь Аблухай сегодня утром призвал всех драконов явиться в Дахриан. Я не знаю, какова будет его воля. Возможно, он решится сразиться с Прозрачным Богом – и тогда нас ждет страшная битва. А если нет... что ж. Если нет, то Алхазаб станет Визирем и отправит нас в бой с твоим народом. Для тебя, конечно, лучше первый вариант.
– Я могу вам помочь! – искренне сказал Трикс.
– Нет. Ты ничем нам не поможешь, Трикс Солье, наследник герцога и ученик мага. Отдохни, соберись с силами и отправляйся домой. Завтра через оазис пройдет караван, который везет пряности в твою страну. Любой караванщик будет счастлив нанять мага для охраны и помощи в пути. Удачи тебе, маг!
– Папа, но я же старался! – воскликнул Элин. – Неужели мы даже не попытаемся...
– Не надо вмешивать слабых в войну сильных, – наставительно сказал Зуа. – В путь! До Дахриана целый день полета!
Элин смерил Трикса растерянным взглядом. Трикс столь же растерянно пожал плечами.
А драконы тем временем отправлялись в путь. Среди деревьев оазиса была расчищена (и, похоже, не без помощи пламени) широкая просека. Первым по ней побежал Зуа Хамид Мируа, смешно подпрыгивая на двух лапах и не решаясь расправить свои крылья, пока он не выбежал за пределы оазиса. Потом брат и сестра Элина. Потом его мать.
– Ты извини, что так получилось... – промямлил Элин и кинулся вслед за семьей.
Один за другим драконы взмывали в небо. Они сделали несколько кругов над оазисом, поджидая замешкавшегося Элина (Трикса накрыло тенью, будто от темных грозовых облаков) и устремились на восток. Прошла минута – и о драконах напоминал только легкий запах, витающий в воздухе.
– Аннет, ты чего-нибудь понимаешь? – спросил Трикс, снимая мантию и раскладывая на камне для просушки.
– Ну, во-первых, долг чести Щавеля уплачен, – практично рассудила Аннет. – Ты же прибыл на зов, неважно, что от твоих услуг отказались. Во-вторых, тебя не съели. На самом деле, это даже во-первых! В-третьих, в Самаршане так или иначе намечается серьезная заварушка. И надо отсюда побыстрее сматываться.
– Но так не делается! – возмутился Трикс. – Это словно читаешь летопись про рыцаря, который отправился на сражение с великаном... а в ближайшем трактире ему говорят "Великан слишком большой, ты с ним не справишься..." и рыцарь возвращается в свой замок. Такого не бывает!
– О, как раз такое бывает сплошь и рядом! – обрадовалась Аннет.
– О, как раз такое бывает сплошь и рядом! – обрадовалась Аннет.
– Про такое в летописях не пишут.
– Конечно. А счастливы как раз те люди, про которых в летописях не пишут. Это они – не погибли во время чумы, не сгорели во время пожаров, не совершили подвигов на войне, не провели полсотни лет в темнице и не пали пронзенные копьем на турнире. Утром они шли на работу, после работы выпивали с друзьями кружку пива, потом помогали сыну выстругать свистульку, а дочери заплетали косы, потом обсуждали с женой планы на выходной и ложились спать. Слушая рассказы сказителей о войнах и приключениях они охали, качали головой и говорили: "Как хорошо, что все это случилось не со мной!" Жизнь их текла скучно, мирно и долго. И когда они умирали от старости, скорбели о них только многочисленные дети, внуки и правнуки.
– Ну какое же это счастье? – возмутился Трикс. – Вот отправиться одному на битву с целым стадом кентавров, как Грон Безрассудный, пасть под копытами и быть прославленным в веках – это счастье! Вместе с тридцатью друзьями три месяца оборонять горное ущелье от гномьего хирда, как Лоран Мечтательный – это подвиг, который запомнят на все поколения! Даже быть ловким вором, как Арен Клопен, со страшным риском и неподражаемым искусством похитить алмаз Великого Визиря, а на следующий день бездарно проиграть его в карты... вот об этом будут песни до тех пор, пока люди не разучатся воровать!
Аннет снисходительно посмотрела на Трикса.
– Любимый, ты иногда меня поражаешь своей наивностью. Ты сейчас путаешь счастье и славу. А ведь это совершенно разные вещи!
– Но ведь можно быть сразу и знаменитым, и счастливым! – пылко сказал Трикс.
– Можно, – подумав, признала Аннет. – Но поверь, быть просто счастливым куда проще и безопаснее.
Трикс досадливо махнул рукой. Ну какой смысл спорить с маленькой цветочной феей? Что она понимает в человеческой жизни?
– Как ты думаешь, далеко ли отсюда до Дахриана? – спросил он.
– Все-таки неймется? – сказала Аннет. – А представь, как волнуется Щавель? Как будут переживать твои родители? Что скажет Тиана, когда узнает, что тебя геройски посадили на кол?
Трикс заерзал.
– Ну, знаешь... если сразу ожидать худшего...
– Ты вначале отдохни, – ласково сказала Аннет. – Собери плоды, покушай. Вымойся в озере, от тебя несет драконьим потом. Поспи нормально в тенечке. Потом уже решай, что будем делать. А я, с твоего позволения, полетаю по оазису, подкреплюсь...