Неправильный самурай

– Петрович, ты дрова, что ли, везешь? – придержав автомат, хмуро буркнул Монах и посмотрел водителю в спину. – Мы ж не буратины какие…

Шофер промолчал, но зато оживился сидящий слева от приятеля Чех.

– А ты письмо губернатору области напиши, – толкнув Монаха плечом, весело хохотнул он. – Может быть, дороги-то и починят?

– Только «Почтой России» не посылай, – с заднего сидения подсказал Емишев. – В «Одноклассниках» напиши – там они всем кагалом толкутся. В друзья только добавиться не забудь, а то без этого вряд ли ответят!

– Я только матом могу написать на заборе, – в ответ беззлобно огрызнулся Монах и, кивнув на меня, усмехнулся: – Пусть вон командир лучше напишет. Он у нас грамотный, буквы знает, да и рапорта писать приучен…

Ну да, ребята слегка нервничают, что, собственно, и понятно. По звонку сверху собрали и при полной выкладке отправили в Подмосковье… При всем при этом у них там свой СОБР есть, но почему-то все равно дернули нас. Куда-то под Талдом – почти сотня километров по трассе, – даже и не вспомню, когда в последний раз такое случалось.

Неизвестность плодит разные домыслы, но нам, конечно же, не привыкать. Однако лучше бы хоть какая-то определенность. Впрочем, с собой мы вроде бы взяли все, что только возможно, а если что и забыли – то у местных ребят одолжим.

Тренькнувший в кармане телефон выдернул меня из невеселых раздумий. Вытащив аппарат, я посмотрел на экран и мысленно выругался, увидев имя подруги. Вот чего мне сейчас меньше всего хотелось – так это портить себе настроение очередным выяснением отношений. Впрочем, до Талдома с полчаса еще ехать, и Елена точно не успокоится. Телефон тоже не отключить: могут позвонить по работе, да и чего я, собственно, переживаю? Все ведь давно уже ясно…

– Да, Лен, – стащив с головы шлем, со вздохом произнес я. – Ты чего-то хотела?

– Нам надо поговорить, – без предисловий выступила из трубки подруга. – Срочно, потому как все уже слегка надоело!

– Слушай, давай вечером поговорим? – с надеждой в голосе попросил я. – Мы просто сейчас немного на выезде…

– Да не будет уже никакого вечера, Гриш, – ожидаемо отрезала девушка. – Удачи тебе с выездом, и вообще…

В трубке раздались три коротких гудка, я убрал телефон от уха и задумчиво подкинул его на ладони.

– Че, с Леной уже все? – не поворачивая головы от окна, с соседнего кресла спросил мой зам, Серега Антипов.

– Да вроде как, – пожал плечами я, убирая телефон в карман. – Она и так почти полгода держалась…

– Да ладно, не грусти, Самурай, – Серега обернулся и ткнул меня кулаком в плечо. – Девок на твой век хватит!

– Это точно, – в ответ ему усмехнулся я. – Девок полно, но нужна-то только богиня…

Притихший было народ после этих моих слов весело загудел, я поправил сбившийся ремень и задумчиво посмотрел в окно автобуса.

С женщинами мне не прет по жизни, и пора бы уже к этому привыкнуть. Нет, в смысле познакомиться и потрахаться – тут никаких проблем нет. Съездить куда-то на выходные, погулять по Москве, посидеть в кабаке, покататься на водном трамвае… Проблемы появляются, когда я пытаюсь с кем-то начать совместную жизнь. Лену осуждать сложно: из тех шести месяцев, что мы прожили вместе, четыре я промотался по командировкам. Тридцать три года – знаковый возраст, и хочется уже иметь дом, но что-то пока не судьба.

– Гриш, а что там в Талдоме? Ты ж нам так ничего и не сказал, – очевидно, догадавшись, о чем я сейчас думаю, Серега оторвался от созерцания берёз за окном и, обернувшись, вопросительно приподнял бровь. – Нам с ребятами хотелось бы хоть что-то услышать.

– Психолог доморощенный, – хмыкнул я и оглядел притихший салон. – Меня тоже в известность никто пока не поставил. Сказали только, что погиб сотрудник Талдомского ППС. Кто-то захватил отдельно стоящее за городом здание, но на связь они пока не выходят.

– А мы-то им нахрена?! – глядя на меня, поморщился Чех. – Там же «Булат» должен разруливать!

– Наверное, потому что туда полковник Семенченко выехал? – поправив автомат, пожал плечами я. – Он нас после того захвата особенно обожает.

Если объявить, что наша сборная легко обыграла бразильцев, то реакция была бы точно такой же. Неверие и удивление… И не то чтобы я совсем уж не доверяю нашим в футболе, но «бразильцы» и «легко» – это нифига не синонимы. Ну и начальник спецподразделения ФСБ из-за какой-то хрени в такую даль не попрется. Скорее нас зашлют пешком в Африку, чем его в Московскую область…

– Змей?! В Талдом?! – в повисшей тишине ошарашено выдохнул Чех. – Денёк нам, чувствую, предстоит веселый…

– Ага, – кивнул я, – поэтому обвес ещё раз проверьте, если кто вдруг забыл. Сразу нас, конечно, на приступ не кинут, но и времени много вряд ли дадут.

Цель поездки мы увидели издалека, когда насквозь проехали Талдом. Возле обнесённого металлическим забором особняка стояло два десятка машин. Одних только скорых я издали насчитал пять штук, а были там ещё и пожарные, и какая-то аварийная служба, и пара «Уралов» с эмблемами Росгвардии.

Создавалось впечатление, что сюда согнали всех, кого только возможно, и это не могло не напрягать. Такое случается, когда начальство не понимает, что вообще происходит, а значит, большая часть ответственности обязательно повиснет на командире спецназа. Нет, никто меня ругать потом, конечно, не станет, но «действовать по обстоятельствам» – это почти всегда чьи-то смерти на твоей, мать его, совести! А с собой-то потом договориться бывает ох как непросто…

– Эх, что-то мне домой захотелось со страшной силой, – негромко усмехнулся Серега, глядя на стоящий впереди БТР. – У меня и водка в холодильнике стоит недопитая.