Нерождённый
Шрифт:
— Сегодня вы уже здоровы, господин, — обида из её голоса никуда не делась
И то верно.
— У меня идея! — я вскакиваю и тяну Мико за собой. — Искупаемся?!
— Искупаемся?! — вместо обиды на её личике появляется ужас. — В реке опасно, господин. Разве вы забыли?!
— Нет, ничего я не забыл, — я тяну её сильнее и она встаёт. — Перенесём талисманы в воду на мелководье — чтобы течением не унесло — и искупаемся. Это быстро и совсем не опасно!
Не давая ей возможности возражать, тащу к реке, которая шумит совсем близко.
— Переносим. Я эти, — показываю на пару прутиков с листками талисманов рядом с собой, — а ты те. Просто не выпускай их из рук когда зайдёшь в воду.
Она боится, но слушается. Осторожно вытаскивает ветки из песка и очень медленно, с испугом поглядывая на тёмную воду идёт вперёд. И я делаю то же самое.
Захожу по пояс и пробую воткнуть в песок под ногами. Здесь заводь и течения почти нет. А это значит талисманы не должно никуда унести. В любом случае — мы будем приглядывать за ними.
— Так, господин? — Мико показывает на свои два прутика. Они слегка согнулись, но вроде бы держатся.
— Глубже, — советую я. — Пробуй еще глубже. Вот как я.
И я показываю.
Пару минут возни и четыре талисмана отгораживают от всего мира небольшой, но очень уютный кусок берега и реки.
— Готово! — радуется Мико.
— Ага. Раздевайся, — командую я.
— Раздеваться? — она выглядит растерянной.
— Ну да. Ты же не собираешься купаться в одежде!
И тут я по её лицу, прекрасному в свете луны, понимаю — собралась.
— Да ладно! — не удерживаюсь я. — Это же извращение!
Стягиваю с себя одежду — она всё равно намокла — и оставшись голышом раскладываю её на еще горячем песке.
А потом оборачиваюсь и вижу Мико… которая стоит ко мне спиной.
— Эй! Ты плачешь что ли? — уточняю.
— Ты, просто вы голый, господин.
— Ну вообще–то темно и ничего не видно.
— Всё видно, господин. Даже не надейтесь.
Судя по голосу — смущена. Стоит в воде по колено и смущается. Ну и ладно.
Разгоняюсь и ныряю, старясь не воткнуть голову в песок — здесь на безопасной территории, увы, не слишком глубоко.
Ныряю и слышу «ай!».
Когда появляюсь над водой вижу Мико, мокрую с ног до головы.
— Вы обрызгали меня, господин. Всю.
Выплёвываю воду и хлопаю себя по уху — немного оглохло.
— Лагерь не разбудила?
— Нет.
Это самое главное.
— Иди сюда, — хватаю её за руку и притягиваю.
Прижимаю к себе, не целуя.
— Я раздену тебя, можно? — смотрю прямо в глаза.
А она смотрит в ответ, не моргая.
— Можно?
Её «да» звучит очень тихо.
Осторожно, стараясь не порвать и не запутаться, стягиваю платье ей через голову оставляя перед собой голой.
Ивот только теперь я разрешаю себе её поцеловать, теперь когда наши обнажённые тела прижимаются друг к другу. Целую и тону в нежных пухлых губах пахнущих ночью. Прижимаю к себе сильнее чувствуя её стыдливый жар там, внизу. Член упирается ей в живот и девушка вздрагивает.
Еще раз целую прежде чем выпустить тело из своих объятий.
— Ныряй, — пихаю в воду. — Если быстро нырнёшь — я ничего не успею рассмотреть.
Это я конечно вру — я уже рассмотрел всё, что только можно было. И даже самое интимное.
Она делает несколько шагов и медленно ложится на воду позволяя мне во всех подробностях разглядеть свою аппетитную попку. И огромная яркая луна, спасибо ей, подыгрывает мне в этом
— Вот и всё, — говорю я. — Мы же просто купаться пришли, а ты испугалась.
Глава 6
— Ты на берегу спал? — голос Кайоши. Очень удивлённый голос Кайоши.
Потягиваюсь и открываю глаза. Утро. Утро, прохладный песок подо мной, а рядом плещется вода. Да, я и правда заснул на берегу.
— А это что? — он поднимает тонкий белоснежный шнурок забытый Мико. — Ты никак не успокоишься? Ни ночи без девушки?!
Ну вообще–то упрекать меня не за что — ничего не было. Ничего у нас с Мико не было. Еще во время поцелуев в воде… поцелуев и обжиманий выяснилось что она… девственница.
Обычно это не проблема для меня, но не сейчас. Я ухожу… а Мико… она остаётся.
— Позавтракаешь? — он протягивает мне толстую лепёшку — судя по аромату набитую мясом.
Зеваю, потом устраиваюсь поудобнее и начинаю жевать. Вкусно. Или после купания и ночи на берегу проголодался.
— У нас есть шахта, — внезапно говорит Кайоши. — На юге. Заброшенная. Там, по слухам, храм какой–то был. Ты мог бы первое время пожить там — в любом случае в шахте безопаснее чем на руинах.
Не знаю, не знаю. Я бы поспорил. Выбрать многоэтажку поцелее, забить досками или чем–то вроде них окна, завалить мебелью дверь — можно было бы спокойно заснуть. Или…
— Может быть там нет комори, — добавляет Кайоши не слишком уверенно.
— Слушай, — отмахиваюсь я от него. — Ты можешь меня научить писать талисманы? Обереги.
— Ты же шутишь, да? — Кайоши смотрит на меня как на психа.
— Нет. А что не так?
— Не так — это ядра… которых у тебя нет. Ни одного. Думаешь талисманы действую сами по себе? На каждый из них приходится отдавать часть энергии ядра. Путь и совсем небольшую, но приходится. А у тебя нет ни одного. То есть, конечно, совсем простые и слабые талисманы ты сможешь создавать, но сил у тебя, без ядра, хватит на пару таких, не больше.