Чтение онлайн

А что делать-то теперь?

Я не понимаю вообще.

Ребенок не входил в мои жизненные планы ближайшие еще лет пять. Ну, или хотя бы до наступления в жизни какой-то стабильности, а еще, в идеале, замужества. Но я узнала о том, что беременна, на том сроке, когда придется только смириться и каким-то чудом выстраивать жизнь совершенно по-новому. Потому что конечно живого человека внутри себя я не смогу убить, даже несмотря на то, что он появился вне всяких планов.

Я слушаю доктора, точнее, стараюсь слушать, киваю что-то, хотя не понимаю, что она говорит. Выписывает какие-то витамины, говорит что-то о том, что нужно поменьше нервничать и всё такое. Поменьше? Да она сама дала мне повод для нервов такого размера, что моя нервная система не в силах это выдержать.

Я не знаю, не понимаю, что делать. Просто не понимаю, у меня голова кругом.

И когда я забираю бумаги от врача и выхожу из кабинета, опускаюсь на стул в коридоре и начинаю выть белугой, потому что я просто не понимаю, как мне быть со всем этим. Как жить дальше. Где, черт возьми, жить. Как самостоятельно воспитывать ребенка?

И. Самое главное. Как сообщить Мирославу?

Сомнений, что он отец у меня нет, потому что никого, кроме Мирослава я не подпускала к себе очень давно. Всему виной тот спонтанный раз в его кабинете, который и привел к… этому. Внутри меня ребенок, а точнее — два. И один из них я — забитый в угол младенец, который кричит от отчаяния и не понимает, как ему быть и что делать со своей жизнью.

Мне ведь казалось, что всё наладилось. Что стало спокойнее, и что дальше будет только лучше, а тут…

Я просто пока в ужасе. Не могу поверить. Кручу в руках снимок УЗИ и не верю, что это… мой ребенок. Наш с Мирославом ребенок.

Как он отреагирует? А если отправит на аборт? А если обвинит меня во всем? А если решит, что это какой-то мой идиотский план, чтобы, не знаю, остаться в его доме? Я не знаю. Даже представить не могу, как он отреагирует и что будет делать.

А что делать мне?

Мне срочно нужно свыкаться с мыслью, что внутри меня растет человек. Потому что человеку этому требуется много-много любви, и то, что он появился незапланированно, не дает мне права относиться к нему как-то не так, как он того заслуживает. Несмотря ни на что я буду его любить, просто пока мне сложно свыкнуться с мыслью.

Я кладу ладонь на все еще плоский живот, словно могу хоть что-то почувствовать. Конечно, ничего не ощущаю, но подсознательно кажется, что мне становится теплее.

Ну, или я просто схожу с ума…

Еська просила позвонить, и я набираю номер, стирая со щек слезы и шмыгая носом. Я не собираюсь от нее скрывать, какой смысл? Через месяц начнет расти живот, все узнают. Хотя, кто “все”? Вдруг Мирослав меня выгонит с работы?… Боже!

Новый приступ паники и страха зарождается в груди. Мне нельзя лишаться работы! До декрета я смогу накопить денег на жизнь с малышом, если вдруг Мирослав решит, что это не его проблема. Мамочки, как же мне страшно…

— Ну, сходила?! — говорит Еся сразу, как снимает трубку. Угукаю, а потом молчу, не могу и двух слов связать. Слёзы новым потоком льются по щекам, мне так грустно! — Сонь, не молчи, что сказали-то?

— Что разница у наших с тобой детей будет совсем мизерная. У меня девять недель, Есь…

Слышу свой голос словно со стороны. Он бесцветный, безжизненный, усталый.

— Ого…

Это всё, что она говорит, и я не нахожу ничего лучше, чем сбросить вызов.

Просто потому что я в такой огромной растерянности, что меня начинает подташнивать.

Складываю бумаги в сумку, встаю, чуть пошатываясь от нервов, и выхожу на улицу. Погода все еще восхитительная, и я дышу полной грудью, вдыхая теплый весенний воздух и постепенно приходя в себя.

Ладно… Хватит. Нужно взять себя в руки и стараться жить внутри ситуации, раз она уже случилась. Ребенок внутри меня не виноват, что его родители два идиота. Ему нужно спокойствие, а не мои нервы, в конце концов.

Захожу в супермаркет рядом с клиникой, покупаю бутылку воды и решаю прогуляться до работы пешком. Это, правда, займет около полутора часа, но мне нужно. И как там? Беременным полезно гулять на свежем воздухе и всё прочее.

Просто хочу подумать. Свыкнуться, или, хотя бы, принять действительность.

Я, конечно, хотела бы забеременеть в браке, от любимого мужчины, чтобы узнать о новости и плакать от счастья, а потом со слезами на глазах сообщать мужу. И мне искренне жаль, что этот ребенок не почувствовал всей той радости от своего появления, которой он заслужил. Я как никто знаю, насколько сильно людям важна забота и любовь, и мне жутко стыдно перед крохой под сердцем, что я пока не могу сполна ему дать всё это.

Но… я справлюсь ведь? Он будет моим, и обязательно будет самым любимым.

У меня сегодня примерно миллион дел, но нужно успеть все и сразу. Пару встреч по работе, а потом самая важная из всех: еду в полицию, чтобы разобраться с квартирой Сонечки. Майор дал мне контакты, к кому обратиться, я договорился о встречи, и вот наконец-то еду к Дмитрию Алексеевичу.

Встречаться господа полицейские на рабочем месте не любят, всех тянет в рестик, но я понимаю, почему. Мало ли, что я хочу предложить, а там прослушки везде, привлекут еще за что-нибудь…

Но ничего противозаконного я делать не собираюсь, наоборот! Хочу, чтобы закон восторжествовал. И чтобы взрослые люди перестали обманывать маленькую девочку.

— Дмитрий Алексеевич, — жму ему руку, когда он наконец-то входит в ресторан.

— День добрый, Мирослав Сергеевич. Чем обязан?

— Не больше, чем консультацией. Степан Дмитриевич дал ваши контакты, сказал, что знающий человек и сможете помочь разобраться в проблеме.

— Чем смогу, — разводит руками. Хитрый взгляд, цепкий, но в целом, в его работе так и нужно. Надо как-то найти к нему подход, чтобы у нас точно всё срослось.