Неспящие
Шрифт:
– Какого мрака тут произошло? – выпалил Тори, присев на корточки и оценивая масштаб катастрофы.
– Если б мы знали… – потёр подбородок мрачный машинист. – Представить не могу, кто способен сотворить такое.
– Может, медведь? – предположил проводник.
– Агмен, ты часто встречал медведей, которые могут разгрызть сталь?
Тот потупил взгляд, осознав нелепость сказанного.
– Ну а львы?
В ответ на новою гениальную теорию машинист смерил его таким взглядом, что несчастный Агмен поспешил замолчать и больше предположений не высказывал.
– Может, есть следы взрыва? – задумался Абео, разглядывая изуродованные рельсы, но не решаясь приблизиться к ним.
– Осколков нет. Может, конечно, охайская взрывчатка, но я слыхал, что после неё всё чёрное, как уголь. А тут – блестят, как будто вчера начистили!
– Но не могли же они сами сломаться! – возразил Тори.
– Ну так расскажи нам, кто их «сломал», раз ты такой умный! – рявкнул машинист.
Проводник Агмен немного сконфузился от того, в каком тоне общался с пассажирами его товарищ. Тех, кто управляет поездом, не обязывают придерживаться хороших манер: в конце концов, котёл и рычаги не столь чувствительны, как пассажиры, заплатившие за билет. Поэтому машинист был прямолинеен и не выбирал выражений. Тори это нравилось: они говорили на одном языке без лишних расшаркиваний. Да и в такой ситуации всем уж точно было не до этикета.
– Виатор, взгляни, – прошептал Абео. Посмотрев туда, куда указывал бореец, Тори поначалу ничего не заметил. Однако, вглядевшись, наконец различил какое-то движение возле пассажирских вагонов. Несколько человеческих силуэтов двигались почти бесшумно, но стремительно. Не теряя времени, они ловко вскрывали двери и просачивались в вагоны за считаные секунды.
– Скоты позорные, – прошипел машинист, выхватив ломик из ящика с инструментами и поспешив навстречу незваным гостям. Проводники последовали за ним, и Тори тоже решил не отставать.
– Стой! – Абео схватил его за рукав. – Давай переждём здесь!
– Да что они нам сделают? – отмахнулся Тори. – Я их положу одной левой!
– А если они вооруж…
Абео не успел договорить. Неожиданно ночную тишину разорвал оглушительный выстрел. Машинист крепко выругался и перешёл на бег. Агмен, проводник в высокой шляпе, развернулся и бросился к парням.
– Бегите, – запыхавшись, выпалил он. – Позовите помощь!
– Да тут же нет ни хрена, одни леса да поля! – вскинул руки Тори.
– Возле Наоса есть деревня Медный Холм. За ночь доберётесь!
– Да вас же тут всех порешают за это время!
– Я не просто так ношу этот значок, – дрожащим голосом возразил проводник, указав на брошь в виде железного колеса, приколотую к полям шляпы. Агмен явно переоценивал свои способности и полномочия. У себя в голове он, видимо, представлялся как минимум равным великому полководцу или члену императорского совета. Бесстрашный хранитель величайшего аструмского сокровища – железной дороги… – Мы справимся, но нам нужна помощь. Сообщите стражам, пока не стало слишком поздно.
С этими словами он драматически отвернулся и бросился обратно, мужественно расправив плечи. Тори и Абео растерянно переглянулись. В эту секунду со стороны вагонов раздалось ещё несколько хлопков, после чего послышался пронзительный человеческий крик. Парни молниеносно рванули в сторону леса, темнеющего впереди. Рельсы скрывались в окружающей мгле и петляли между деревьями, расположенными непозволительно близко. Ноги сами несли прочь, сквозь стену мощных еловых веток, хлещущих по лицу и оставляющих на коже саднящие следы. Страх заполнял разум, а сердце едва не выскакивало из груди. Вереница шпал уводила всё дальше и дальше от завалившегося набок состава, пока тот окончательно не скрылся из виду.
Мелкий дождик, с вечера накрапывающий с хмурого неба, с каждым часом всё настойчивее заявлял о себе и вскоре превратился в ледяной ливень. Тори и Абео вымокли до нитки и продрогли настолько, что холод стал казаться естественным и привычным. Зубы будто всегда стучали, а покрасневшие кончики пальцев – ничего не чувствовали. Тело слилось с обволакивающим потоком воды, будто пропустив его через себя.
Палатка, пара спальников, котелок, аптечка, фонарь, вода, еда. Всё это здорово облегчает пребывание в лесу и обеспечивает выживание. Всё это могло бы оказаться у наших героев, доберись они до Наоса этой ночью. Но судьба распорядилась иначе. В карманах у Абео сохранилась лишь потрёпанная карта и кошель с монетами, а в поясной сумке Тори – пара конфет и затупившийся карманный нож.
– Как только найдём стражей, вернёмся, – проговорил Тори, упрямо ступая вперёд и сражаясь с порывами ветра. Иногда приходилось сходить с размытой обочины и идти прямо по шпалам. Первая паника немного рассеялась, но думать всё ещё было тяжело. Если идти вдоль рельсов, они действительно приведут к ближайшему поселению. Вот только сколько до него идти? Сколько они уже прошли? И есть ли смысл во всём этом или вся команда железнодорожников давно мертва, а проклятые разбойники исчезли с награбленным?
– Зачем? – устало спросил Абео. Меньше всего на свете ему хотелось возвращаться туда, где его могли пристрелить.
– Забрать наши вещи.
– Лучше забудь о них, – вздохнул Абео. – Разбойники заберут всё ценное, что найдут.
– И мои кости?! Ну уж нет!
Занятно, что сильнее всего Виатора волновала именно пара кубиков, забытая на столе. Еда, одежда и деньги, видимо, были вторичны в его картине мира.
– Нужно вернуться и дать им просраться!
– Тори, это самоубийство. Да и не думаю, что они будут ждать тебя всю ночь…
– Ты что, не понимаешь? – Тори резко развернулся и схватил Абео за жилет. – Это особые кости. Они всегда приносят удачу. Всегда!
– Да прекрати наконец этот балаган!
Крик Абео эхом разнёсся по лесу. Стая птиц вспорхнула с деревьев, взрезав крыльями воздух. Стало оглушительно тихо. Абео сделался как никогда серьёзным, а его глаза сейчас действительно напоминали холодный прозрачный лёд. Он смотрел на Тори в упор, и его губы слегка подрагивали:
– Ты что, не понимаешь? Шутки кончились. Твой отец погиб. А ты думаешь о каких-то игрушках?!