Чтение онлайн

— Предположим. Я с удовольствием в это поверю. А законники? Сомневаюсь. Они выволокут на свет божий гораздо больше грязного белья, чем мы в состоянии себе представить. И все это продлится не один месяц, а то и не один год. И до истины они могут так и не докопаться. Много ли улик таит в себе груда костей? Нераскрытое убийство зависнет над нашей семьей на веки вечные. Возможно, отец пытался… — Эндрю осекся и нахмурился. — Погоди. Так вот почему он изменил завещание?

— Может быть, — согласился Ник и тут же застыл, пораженный собственной догадкой. — И именно поэтому отказывался продавать дом.

— Точно. Он не мог продать его ни при каких условиях, сколько б ему ни предлагали. Особенно человеку, который собирался обыскать все здание. И разговор про то, что он единственный знает, как для нас будет лучше, отец завел, чтобы спасти свою шкуру.

— Предложение Тантриса, должно быть, показалось ему громом среди ясного неба.

— Не таким страшным, как наша находка — для нас. Отец-то знал про тело. Сам его туда и замуровал и думал, что оно там и останется. И вдруг слышит, что мы можем этому помешать, что собрались продавать дом Тантрису, а тот наверняка обнаружит труп. Ему не хотелось прослыть убийцей. Отец всегда пекся о собственной репутации.

— Может быть, он пекся о нас…

— И потому лишил наследства? Милое предположение, Ник. Нет, мы тут ни при чем. Он думал только о себе.

— Если ты прав…

— Разумеется, я прав.

— Итак, если ты прав, отец был уверен, что кузен Димитрий дом не продаст. Иначе не было бы никакого смысла переписывать завещание.

— И верно. Димитрий не продаст. А почему?

— Мне на ум приходит один-единственный ответ. Димитрий знает про тело.

— Черт побери…

— Может быть, даже помогал его прятать.

— О Господи! — Эндрю откинулся на спинку кресла. — Что же это за Димитрий такой?

— Понятия не имею, — пожал плечами Ник.

— И что мы с ним будем делать?

— А что мы можем сделать? Мы даже не можем рассказать о нем полиции, если не хотим проговориться о сожженном завещании, — вздохнул Ник. — Завещании, которое могло бы стать серьезной уликой в деле об убийстве.

— А мы его — в камин.

— Ага.

— Верней, не мы, а я.

— Так все же были согласны.

— Спасибо, Ник.

— За что? Это же правда.

Самая настоящая правда, хотят они того или нет. Каждый поступок имеет свои последствия, и не все из них можно предсказать.

— Мы ведь думали, без него будет лучше.

— А так и есть. — Эндрю снова подался вперед, глаза его заблестели. — Знаешь, Ник, это ведь все равно: пойдем мы в полицию сами или ее вызовет Тантрис. Нас и так и этак поимеют.

— Нет-нет. Самим — менее рискованно.

— А как насчет сделки? Если Тантрис испугается, где мы найдем другого покупателя? Убийства хороши для продажи газет, а не домов. Мне очень нужны эти деньги, Ник. Тебе — не знаю. Бэзилу — наверное, нет. А мне нужны. И я без борьбы не сдамся. И потому говорю тебе — я не стану рисковать, вызывая полицию.

— Но мы же не можем просто забыть о том, что лежит под полом в погребе!

— А я и не предлагаю.

— Тогда что ты предлагаешь?

— Вытащить тело. И спрятать где-нибудь еще.

— Спрятать?

— В Корнуолле полным-полно заброшенных шахт.

— Шутишь?

— Нисколько. Вдвоем мы легко справимся. Покойник истлел до костей и почти ничего не весит. Эти пустые шахты — опасное место. Одна пару лет назад провалилась прямо под автомобильной стоянкой. Там никто и не ходит.

— Неужели ты серьезно?

— Абсолютно серьезно. Что случится, если скелет обнаружат, скажем, через год? Никому и в голову не придет подумать на нас.

— Если только никто не заметит, как мы его туда сбросили.

— Не заметит. Ради Бога, Ник, о чем ты говоришь? На болотах, в темноте. Шанс быть замеченными — один к тысяче. Сам подумай — сколько я бегал за гигантскими кошками и хоть бы одну увидел!

Ник фыркнул — неожиданно даже для самого себя.

— Что смешного?

— Прости, я… помнишь, что сказал о больших кошках отец? «Скелет — вот что тебе необходимо. Реальное доказательство». Вот теперь он у нас и есть. Реальней некуда.

— Узнаю отцовское чувство юмора.

— А в дураках опять мы.

— Только если будем настолько глупы, что обратимся в полицию. Лучший выход — спрятать тело, я уверен.

— А я вот нет.

— Ты что, хочешь всей этой шумихи, разговоров, чтобы на нас пальцами все показывали? Это же никогда не кончится, пойми.

— Не хочу, конечно.

— Тогда слушайся старшего брата.

— Значит, ты все-таки серьезно?

— Серьезней не бывает.

— А как насчет Бэзила и девочек?

— Избавим их от лишних волнений.

— Ты имеешь в виду — ничего им не скажем?

— У нас времени нет. Лора приезжает завтра, Том — послезавтра. Надо провернуть все быстро и тихо, без лишних разговоров. Не хватало нам еще одного семейного совета. Остальные ничего не знают — вот и хорошо: меньше тревожатся. Мы и вдвоем справимся — ты да я.

— Да, но…

— И не пытайся отговорить меня, Ник. — Глаза Эндрю блеснули безумием. — Я тебя никогда ни о чем не просил. А теперь почти что умоляю. Помоги мне.

Эндрю заночевал в Тренноре. Как заподозрил Ник, брат остался бы, даже если б не выпил. Он жаждал как можно скорее избавиться от находки и настойчиво убеждал Ника в своей правоте. Тот, в свою очередь, боялся любого решения. Слишком многого они не знают. И выяснять уже некогда.

Когда, уже на рассвете, Ник заполз под одеяло, заснуть он, конечно, не смог — мысли крутились-вертелись в голове в поисках недосягаемой истины. Без нее, что ни сделай, вероятность удачи в лучшем случае пятьдесят на пятьдесят. Ник подозревал, что даже меньше. Подумать только — всего неделю назад он был совершенно свободным человеком: никаких семейных проблем, никаких уговоров и просьб. Больше всего на свете ему сейчас хотелось вернуться в то блаженное состояние. И ведь невозможно, пустые мечты. Если только не…