Неупокоенный
Шрифт:
– Очень хорошо. Продолжай, да…
– Слепой - учитель демона.
– А вот это интересно, - Наставник пожевал губами.
– Он знает, кто его ученик?
– Похоже, что нет.
Наставник задумался. Время текло, огоньки медленно приближались к полу… Наконец решение было принято:
– Продолжай следить. И никаких активных действий. Никакой самодеятельности! Герои мне не нужны.
– Наставник еще раз пожевал губами.
– Вмешаешься только если демон начнет убивать всех без разбору. Но это вряд ли, да… Если, как ты говоришь, он справился с камнем… Понял?
– Да, Наставник.
Взмах призрачной руки - и огоньки гаснут, оставляя темную фигуру наедине со своими мыслями…
Больницу я нашел быстро. Как до нее добраться, мне объяснили достаточно толково, так что плутать почти не пришлось. Невзрачного вида двухэтажный дом отличался от своих соседей лишь величиной, да вывеской - намалеванной на доске эмблемой Детей Жизни. Хотя, если честно, сложенные "лодочкой" ладони с каплей воды в этой мазне можно было узнать с большим трудом.
Войдя внутрь, я оказался в небольшом помещении, по-видимому, в приемной. Выход в коридор с дверями по сторонам, ведущий куда-то вглубь здания, лестница на второй этаж, стол-конторка у окна, несколько стульев у стен. Никого не было видно, и я наудачу сунулся в одну из дверей.
Большой, примерно в четверть здания, светлый зал, заставленный ровными рядами топчанов с соломенными тюфяками вместо постелей. Почти все лежанки заняты. Выскобленные до белизны доски пола, ни паутинки в углах светлого оштукатуренного потолка. Пара больных неуверенно прохаживается на костылях, еще несколько сидят на своих кроватях и негромко переговариваются, но большинство лежат неподвижно, слишком слабые или слишком сонные, чтобы чем-то заниматься. Два жреца, одетые в застиранные до невозможности определить первоначальный цвет балахоны с еле заметными желтыми пятнами на груди, возятся с пациентом. В воздухе витает тонкий травяной аромат.
Вежливое покашливание сзади заставило меня обернуться.
– Доброго дня. Вам что-то нужно?
– на меня смотрела невысокая пожилая женщина в темно-зеленом балахоне с неизменным желтым пятном на груди.
– Доброго дня, - откликнулся я.
– Вы можете сказать, не попадал ли к вам вчера или сегодня утром невысокий парень с длинными светлыми волосами? У него еще нет одной руки и ноги, а вместо них… - я замялся, не зная, как рассказать о протезах Эдрика.
– А вместо них такие же, но из металла?
– Да, - обрадовался я. Как бы то ни было, но похоже, я нашел нашего гуляку.
– Что с ним?
– Сегодня утром его забрали. Сестра и двоюродный брат. И как такие прекрасные родственники не уследили за мальчиком… - взор женщины затуманился, словно она вспоминала что-то свое, давнее.
Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! И почему всегда все так усложняется?…
– Такие непоседы как раз и сбегают от "любящих" родственников, - ехидно заметил я. А когда направленный на меня недоуменный взгляд обрел ясность, добавил, - вот только мой знакомый был круглой сиротой. У них были какие-то доказательства, или вы выдаете своих подопечных кому попало по первому требованию?
Жрица удивилась.
– Но, позвольте… - она, слегка прихрамывая, подошла к конторке и начала там рыться, что-то бормоча вполголоса. Затем, обеспокоено оглянувшись на меня, просеменила к лестнице.
– Хельда, ты сильно занята?
Последовавшее за этой репликой недовольное "ну что там еще такое?", судя по всему, было расценено как согласие.
– Последи там, если кто придет, ладно? Если что, я во дворе…
Во дворе? Что-то никакого двора я не заметил. На всякий случай, я незаметно поправил пояс, поудобнее расположив прицепленный к нему меч. Однако моя подозрительность не оправдалась, двор у больницы действительно был, только задний. Сопровождаемый жрицей, я прошел по пронизывающему здание насквозь коридору и замер на крыльце.
Задний двор больше подошел бы не больнице, а военному тренировочному лагерю. С поправкой на скромные размеры, конечно. Пара манекенов для отработки ударов, посыпанная песком ровная площадка для упражнений… Священники Матери Жизни явно не были поклонниками непротивления злу.
Немного в стороне, на вкопанных в землю разнокалиберных чурках, работал с шестом одинокий жрец. Дерево посвистывало, рассекая воздух, ему вторила полощущаяся при разворотах и ударах ткань свободных штанов. Больше на пожилом мастере - а вряд ли кто-то другой мог бы вытворять то, что я видел, да еще и с завязанными глазами - ничего не было. Жрица села на установленную около крыльца скамеечку и, устало откинувшись на спинку, смежила веки. Я прислонился к столбику, поддерживающему навес над ступеньками, и приготовился терпеливо ждать. Прерывать тренировку не хотелось - не стоит лезть со своим уставом в чужой монастырь. Особенно, если он так напоминает Шао-Линь. Кроме того, следовало собраться и проверит маскировку под "обычного человека". Кто знает, как относятся эти лекари к ожившим мертвецам?
Подпирать крыльцо пришлось недолго. Уже через пару минут жрец закончил тренировку, коротко поклонился невидимому противнику, снял закрывающую глаза повязку и, ловко спрыгнув с образованного вкопанными деревяшками возвышения, направился в нашу сторону. Легкий скрип песка под ногами заставил жрицу открыть глаза, однако встать она не успела. Еле заметный кивок идущего - и начавшая было подниматься женщина с облегчением опустилась обратно на скамейку.
– Доброго дня, - поприветствовал нас жрец.
– У вас какие-то проблемы, молодой человек?
– Да. И, похоже, что эти проблемы не только у меня… - как можно более нейтральным тоном произнес я.
– Хм. Расскажите поподробнее, уважьте старика.
Ага. Старика. Да, время покрыло лицо морщинами, проредило седые волосы и оставило на теле бледный узор старых шрамов. Но карие глаза смотрят ясно, дыхание даже после тренировки ровное и глубокое, а кожа лишь чуть влажная - не завидую любому молодому, который попадет этому "божьему одуванчику" под горячую руку.
– Позавчера я и двое моих друзей… - начал я. Мда… А ведь действительно - друзей. И случись что с кем-то из них, мне будет не хватать язвительности Атари и прорывающегося временами максимализма Эдрика. И я постараюсь, чтобы с парнями ничего не случилось.
– Да?
– похоже, я задумался, и пауза стала заметной.
– Извините. Так вот, позавчера я и двое моих друзей приехали в этот город. Вчера мы разделились, когда ходили за покупками, и один из нас не вернулся. Мы прождали его до сегодняшнего утра, а затем начали поиски. Я пришел сюда, и эта женщина сказала мне, что мой друг был здесь, но его сегодня утром забрали родственники: сестра и двоюродный брат.
– И в чем же проблема?
– Дело в том, что он - сирота. Круглый.
– Так… - пальцы жреца забарабанили по полированной поверхности шеста.
– Витасме, ты кого-то передавала родственникам сегодня? Да и вообще, вы уверены, что речь об одном и том же человеке?