Чтение онлайн

Искренне возмутившись, Рафаэль чуть в самом деле не сбросил ее вниз.

— Боюсь, не могу с вами согласиться, — пряча раздражение, но все же холодно произнес он.

Уголком глаза он видел возле двери Барретта с веревкой.

— Только потому, что у вас, верно, нет желтого платья, — парировала Анни таким тоном, что и он неожиданно углядел смысл в этой чепухе.

У Рафаэля дернулась правая щека. Веревка змеей скользнула к нему, и он ухватился за нее, едва не потеряв равновесие.

— Желтый — не мой цвет, — помолчав, проговорил он. — Вот. Этим я обвяжу вашу талию. Если вы упадете, переступая через дыру, не паникуйте и не кричите, Барретт вас удержит.

Анни широко раскрыла глаза, и Рафаэль в первый раз обратил внимание, какие они синие-синие.

— А вы?

Он позволил себе глубоко вздохнуть. Может быть, ему стоит упасть, по крайней мере, мятежникам не надо будет захватывать его, судить, а потом еще вешать, не говоря уж о долгой и кровавой гражданской войне, которая последует за этим в Бавии.

Обвязав Анни веревкой и проверив узел, Рафаэль ответил:

— В самом деле, мисс Треваррен, а я?

— Готово? — спросил Барретт, которого стало плохо видно в сгустившихся сумерках.

— Да.

Рафаэль смотрел в запрокинутое мокрое лицо Анни… Не давая себе времени подумать, он быстро поставил ее по другую сторону от себя.

Она закричала, когда из-под ноги у нее вылетел камень и она упала, судорожно цепляясь обеими руками за веревку, а потом, раскачиваясь, как маятник, повисла высоко над землей.

У Рафаэля едва сердце не выпрыгнуло из груди. Однако его положение было не лучше. Ноги у него скользили. И все-таки он думал не о себе. Его одолевали ужасные картины. Веревка рвется… Девочка Треварренов ударяется о камни… От страха у него пересохло во рту. Помутилось в голове…

Он вспомнил дворец в Моровии. Будто он снова принимает посетителей и рядом с ним его любимая Джорджиана. Это было восемнадцать месяцев назад. За несколько недель до того вечера умер его отец, последний принц Бавии, и Рафаэль возвратился в страну после двенадцатилетнего изгнания.

Одна картина в его голове быстро сменялась другой.

К Рафаэлю, еще никак не проявившему себя правителю, подходит незнакомец и, вытащив из кармана пистолет, направляет его в грудь принца.

Джорджиана наверняка все видела, потому что в это самое мгновение встала между ними, получив предназначавшуюся ему пулю.

Рафаэль вновь услышал выстрел и закрыл глаза, не в силах сдвинуться с места, но прошли всего несколько мгновений и он взял себя в руки. Как раз вовремя, потому что увидел, как Барретт втаскивает Анни в нижнюю башню.

Напряжение оставило Рафаэля, и у него задрожали колени, отчего он вновь подумал о смерти. Если загробная жизнь есть, он встретится там с Джорджианой и отцом Барретта…

Камни летели у него из-под ног, и он крепче прижался к стене, цепляясь за пробитые временем дыры.

— Она в порядке, сэр! — крикнул Барретт, боясь, что Рафаэль не услышит его за шумом дождя. — Смотрите. Я бросаю веревку.

Рафаэль увидел ее и ухватился за нее с такой силой, что тотчас забыл о преимуществах смерти. От тропинки почти ничего не осталось, пока он, обвязывая себя веревкой, в кровь царапал руки.

Он тоже упал, отчего узел сместился на самый конец веревки, но все-таки выдержал нагрузку. Из-за пыли Рафаэль почти ничего не видел, но ему это и не было нужно, потому что все свои мысли и силы он сосредоточил на веревке, любой ценой желая на ней удержаться. Барретт тянул его вверх. Время, казалось, застыло, остановилось. Ладони саднило…

Наконец его подхватило множество рук. Они втянули его внутрь — и среди этих людей были Барретт, начальник стражи и Люсиан, единокровный брат Рафаэля.

Несколько мгновений мокрый избитый Рафаэль приходил в себя, руки у него кровоточили, сердце громыхало, а в легкие словно насыпали песок.

Барретт довольно бесцеремонно поставил его на ноги.

— Как? — озабоченно спросил он.

Они с детства были привязаны друг к другу.

Рафаэль попытался рассмеяться, но у него из горла вырвались ни на что не похожие звуки.

— Где она? — просипел он.

Дрожа от холода и пережитого ужаса, Анни ждала на верхней ступеньке лестницы, горячо молясь Богу о спасении Рафаэля. Неужели затем она всю жизнь преданно любила его, чтобы стать его убийцей?

Услыхав его голос, похожий на раскаты летнего грома, и она, и Федра замерли в ожидании.

Минуту спустя принцесса схватила Анни за руку и потянула вниз.

— Быстрее! — прошипела Федра, таща за собой подругу. Лучше не попадаться ему на глаза сейчас, а то он Бог знает что сделает!

Анни живо представила себе пару вариантов, и тотчас ноги у нее налились силой. Так как юбка ее не стесняла, то она опередила Федру и, ничего не видя кругом, побежала по зале, не зная, где лучше спрятаться. Тут-то она и зацепилась за край ковра.

Анни растянулась на полу и не успела подняться сама, как мужские руки поставили ее на ноги. Подняв голову, она заглянула в лицо разгневанного принца.

— Рафаэль… — попросила Федра, хватая брата за руку.

Отодвинувшись от сестры, Рафаэль остановил сверкающий серый взгляд на Анни.

— Отведите мисс Треваррен в ее комнату и заприте дверь, — приказал он солдату, не сводя с нее глаз. — Утром я решу, что с ней делать. Сейчас я себе не доверяю…

Анни вся вымокла, ей было холодно и стыдно за свою выходку, однако она залилась румянцем от его слов и обиделась на тон, каким они были произнесены.