Чтение онлайн

Уиллоу вздохнула.

– Я бы этого никому не пожелала, – сказала она с неестественной улыбкой. – Почему ты думаешь, что он здесь, когда он вполне может быть у Дав?

Мария закусила губу и ничего не ответила.

Было уже поздно, когда в салун вошел разъезжающий повсюду торговец. Это был высокий человек со светлыми волосами, торчавшими из-под пыльного котелка, а его плохо сидящий костюм с переброшенным через шею пледом вызывающе бросался в глаза.

Гидеон неслышно выругался и отвернулся.

Словно специально торговец поставил свой чемодан в дюйме от ботинка Гидеона и весело стукнул кулаком по прилавку.

– Фирменного! – крикнул он бармену густым шотландским басом. – И одну кружку моего новому другу в придачу!

Ухмыльнулся ли бармен? Будучи пьяным, Гидеон не мог сказать наверняка.

– И сам давай промочи горло! – крикнул веселый торговец, когда на стойку поставили две кружки пенящегося пива.

Гидеон посмотрел на шотландца, и ему Показалось, что усы у того были немного сбоку.

– Не возражаете? – спросил он, едва ворочая языком от виски, которое он потягивал уже несколько часов.

Он отпил из предложенной ему кружки, вкус налитого в нее пива показался ему таким отвратительным, что он, не церемонясь, выплюнул эту жидкость прямо на посыпанный опилками пол.

– У нас это называется «моча пантеры», – пояснил бармен.

Торговец сочно рассмеялся.

– Необычный вкус, мистер…

– Маршалл, – сказал Гидеон, нахмурившись. – Гидеон Маршалл.

– Вы какой-то печальный, Гидеон Маршалл, – решил шотландец. Он поправил свои усы. Нет, это невозможно было сделать; Гидеону просто показалось.

В дальнем конце салуна кто-то ударил по клавишам маленького пианино, и какая-то женщина запела непристойную песенку, слова которой Гидеону могли бы понравиться. Все, кроме бармена, продавца и самого Гидеона, подошли ближе к пианино.

Торговец осушил свою кружку и заказал еще одну.

– Вы уже немного навеселе, мистер Маршалл, – заметил он, и Гидеону показалось, что с его басом тоже что-то не то, как и с усами. – Вам бы лучше пойти домой. В таком дурном городке, как этот, есть такие люди, что нападут на человека и заберут все, что есть.

– Дурном? – пробормотал Гидеон. Таким пьяным он не был никогда в жизни. Вирджиния-Сити была, конечно, местом диковатым, по сравнению с востоком, но он бы не сказал, что оно дурное.

– Грешно продавать спиртное по воскресеньям, – заявил торговец перед тем, как сделать большой глоток «мочи пантеры».

Гидеон усмехнулся. В мире полным-полно лицемеров, и он был одним из величайших.

– Как, говорите, ваше имя? – спросил он торговца.

– Я его не называл, – последовал ответ без всякого акцента, и незнакомец спокойно вытащил Гидеона из салуна на почти опустевшую улицу.

Там он вдруг ударил Гидеона спиной об обшарпанную стену салуна и добавил еще один внушительный пинок в живот.

Хотя он и был неплохим бойцом благодаря тому, что ему частенько приходилось защищаться от старшего брата, сейчас Гидеон был слишком пьян, чтобы драться. Он только беззвучно захрипел и позорно сполз по стене вниз.

Торговец сел перед ним на корточки и, к его удивлению, отдал Гидеону свои усы.

– Оставляю тебе на память, – сказал он. – И не шути больше с моей сестрой!

Через миг торговец повернулся и ушел куда-то в ночь.

Совершенно пьяный и еле дышащий от сильного удара в живот, Гидеон лежал на земле, уставясь на усы в своей руке. Через несколько минут туман в его мозгу стал потихоньку рассеиваться, и он засмеялся, поднимаясь на ноги и засовывая клочок искусственных волос в карман. Он хотел встретить Стивена Галлахера и встретил.

По дороге в гостиницу он пытался сравнить того Стивена, с которым только что столкнулся, и головореза, которого «Сентрал пасифик» хочет видеть осужденным и повешенным. Эти два образа никак не сочетались, к тому же, если принять во внимание то, что случилось с его невинной сестрой два года назад, Галлахер был справедливо разгневан. Если бы он застрелил Гидеона, немногие стали бы обвинять его, но он только наказал его пинком в живот. Это ли месть завзятого преступника?

Придя в гостиницу, Гидеон подумал: не оставить ли мысль об аресте Галлахера? Возможно, ему было бы лучше развестись с Уиллоу и, вернувшись в Нью-Йорк, разобраться в своих отношениях с Дафной.

Он сел на край кровати, обхватил голову руками. Какого черта он согласился приехать сюда, в незнакомый ему город? Зачем он пообещал разыскать Стивена Галлахера?

Гидеон вздохнул. Он дал слово, и это слово нужно сдержать, несмотря на то что ему нравился этот парень, его отец, и он чувствовал что-то большее, нежели симпатию, к Уиллоу.

На следующее утро, чувствуя себя разбитым от выпитого накануне виски и бессонной ночи, Гидеон надел свой лучший костюм и направился к впечатляющему дому судьи.

Уиллоу смотрела на усы, которые показал ей Гидеон в прихожей у отца, понимающе улыбаясь уголком рта. Когда-то, играя в покер, Стивен переодевался в актера. Вероятно, теперь он воспользовался этим приемом.

Гидеон выгнул бровь, пристально глядя на нее.

Вспомнив, что говорил накануне отец, Уиллоу посерьезнела. Этот человек вовсе не был лихим рыцарем Ланцелотом из ее детских фантазий, и она должна помнить это. Гидеон приехал в Вирджинию-Сити, чтобы найти и арестовать Стивена. К тому же он вполне мог использовать саму Уиллоу для достижения своей цели.

– Откуда это у тебя? – спросила она холодно, возвращая Гидеону усы.

Он устало улыбнулся, и она почувствовала тяжесть у него на сердце.

– Мне дал их один шотландец, которого я встретил вчера в салуне, – ответил он, – и серьезное послание в придачу.

Уиллоу ужасно хотелось выставить Гидеона на крыльцо и захлопнуть дверь у него перед носом, но она не решилась. К тому же он был любимым сынком Ивейдн, и поэтому в доме ему всегда были рады, с чем бы он ни пришел.

– Это имеет какое-то значение или вы просто пытаетесь до смерти надоесть мне, мистер Маршалл?