Чтение онлайн

Это говорит о наличии особых отношений между сферой и трещинами.

Это говорит только о том, что они питаются ею.

Это предположение подкрепляется слабостью, которую можно зафиксировать вокруг сферы.

Наличие разнообразных вероятностей означает, что у нас есть минимальные шансы достичь объективности.

Эмоции служат признаком страха.

Определенность нашего продолжительного существования указывает на то, что мы уйдем.

Ближайшая перспектива показывает, что даже если мы уйдем, мы все равно станем жертвой трещин в скором времени.

Ближайший анализ ситуации говорит о том, что наши шансы на долгое существование увеличиваются, если мы аннулируем трещины.

Логика подсказывает, что трещины есть результат слабости, поразившей сферу.

Чтобы выжить, если это необходимо, следует вылечить сферу.

Она/Они устремилась вперед, продвигаясь между лент разложения. Прежде чем Она/Они преодолела половину отделяющего их расстояния, из сферы вырвались лучи энергии. Она/ Они остановилась.

Может ли внезапное появление лучей быть вызвано нашим приближением?

Она/Они задумалась.

Если наше приближение обнаружено, то трещины, несомненно, двинутся навстречу нам.

Возможно, что трещины дремлют.

Все эти рассуждения излишни. У нас нет выбора, кроме как двигаться вперед.

Она/Они снова двинулась вперед. Она/Они постоянно регулировала свои движения, чтобы избежать вырывающихся облаков черных капель. Она/Они прекрасно понимала, что Ее/Их уравновешенное сознание не вынесет загрязнения слабостью сферы. Любое вторжение нанесет Ее/Их функциям восприятия такой вред, что это может Ее/Их уничтожить. Это приведет к смерти.

Из сферы истекла большая глобула черной жидкости и, дрожа, двинулась к Ней/Им. Она/ Они изменила направление, уклоняясь. Глобула также изменила свое движение. Она направлялась к Ней/Им. Не имело значения, в какую сторону пыталась свернуть Она/Они, глобула неуклонно подбиралась все ближе. Когда она подплыла совсем близко, Она/Они просчитала, что та огромна настолько, что вполне может поглотить Ее/Их целиком.

Глобула шла на столкновение. Она двигалась быстро. Она уже готовилась вцепиться своим черным уродством в Ее/Их тройственную форму. В последний момент Она/Они увернулись. Глобула проплыла в сантиметре от Нее/Их. Когда она продрожала мимо Нее/Их, Она/Они услышала бессловесный вопль злобы, истекающий из ее глубины.

Еще один вопль донесся из глобулы. Она/Они поторопилась к сфере.

Из сферы вырвались еще две глобулы. Она/ Они снова увернулась в сторону – глобулы проплыли на минимальном расстоянии, и Она/Они опять услышала омерзительное пение.

Навстречу Ей/Им неслись четыре новых глобулы. Она/Они сделала вывод о том, что на этот раз не увернуться. Она/Они совершила целый комплекс обманных маневров, но глобулы все равно двигались прямо к Ней/Им. Несмотря на свои неуклюжие формы и неровное движение, казалось, что они предугадывают каждый шаг Ее/Их.

Она/Они приготовилась. Используя каждую частицу своего интеллекта и энергии, Ей/Им удалось избежать столкновения с первыми двумя глобулами.

Третья оказалась так близко, что Она/Они подумала, что сейчас последует удар. С последним бешеным усилием Она/Они проскользнула мимо нее на расстоянии нескольких микрон.

Но даже с Ее/Их мощным тройным интеллектом невозможно было избежать четвертой глобулы.

Последние мгновения до удара растянулись в невыносимые. Пение становилось все громче и громче. Поверхность черной глобулы коснулась Ее/Их тройного тела.

А потом взорвалась.

Безумие закружилось в Ней/Них изгибающимися, танцующими картинками. Отвратительные создания с вызывающим видом рассматривали Ее/Их. Ее/Их разум исчезал. Связь между тремя рассудками нарушилась. Нить между Ней и Ими растворилась. Три фигуры непроизвольно отпрыгнули друг от друга, дергаясь под ужасающее пение и отчаянно пытаясь избавиться от покрывшей их черной жидкости.

Постепенно жидкость покрыла их целиком, пожирая. Через некоторое время не осталось ничего, кроме черных капель, легко кружащихся в воздухе. В ущербном мире больше не существовало трех одинаковых женщин с единым сознанием.

Она/Они умерла.

– Эли кли рама фа… фа!

Малыш Менестрель закричал и упал на колени.

– Что с тобой?

Билли, шедший впереди, бросился к нему. Он опустился на колени рядом с приятелем и обнял его за плечи. Менестрель неудержимо затрясся.

– Вытаскивает… л-лучшее в…

– В чем дело? Ты болен? Что происходит?

Спина проводника изогнулась в конвульсиях. Билли не удержал его, и Менестрель стукнулся головой о землю. Он продолжал дергаться и изгибаться, бессвязно бормоча, пока Билли смотрел на него со смешанным чувством ужаса и удивления.

– Не оно… ли? Не оно… ли? Не оно… ли? Не оно… ли?

– Что за чертовщина происходит? Что с тобой?

Билли беспомощно посмотрел по сторонам.

Никто не мог ему помочь. На дороге они были одни. Внезапно Менестрель затих. Он перевернулся на бок, медленно, превозмогая боль, подтянул колени к груди и застыл в позе эмбриона.

Билли не знал, что делать. Он оказался в одиночестве на пустынной дороге в самом сердце ничто. Вокруг него кружилась слепящая серость, а единственный спутник и товарищ лежал без сознания, а может, уже и мертвый, у его ног.

Билли не мог нащупать его пульс – мускулы у Менестреля отвердели, а кожа похолодела. Билли запаниковал. Вдруг он расслышал слабый стук сердца проводника. Он быстро поднялся, стянул с себя меховую куртку и укрыл ею приятеля. Потом снова огляделся по сторонам, не зная, что предпринять.

Билли вздрогнул. Тишина стала гнетущей, в воздухе резко похолодало. Он не помнил, сколько времени прошло с тех пор, как они покинули Таверну. Ничто влияло на Билли. Он потерял чувство времени. Никогда в жизни Билли не чувствовал себя таким одиноким.