Чтение онлайн

Прикрыв глаза, Деклан прислушался. Но в доме и вокруг него царила тишина, нарушаемая лишь шумом дождя. Дождь стучал по крыше, шелестел в листьях и траве.

«Нет, все-таки я не свихнулся, — подумал Деклан, — я все сделал правильно. Это мой дом, я это чувствую. А если вдруг окажется, что я ошибся и дом мне не по душе — что ж, найду что-нибудь другое. Главное, теперь я знаю, к чему приложить свои силы».

Он вернулся в дом и, напевая себе под нос, прошел через бальную залу в коридор, чтобы осмотреть все пять спален.

Только войдя в первую спальню, он понял, что напевает:

Деклан замер. Оглянулся через плечо, словно ощутив на себе чей-то взгляд. «Откуда эта мелодия, что за слова? Я не мог знать ее раньше…»

Он тряхнул головой.

— Это, наверное, из-за бальной залы, — пробормотал он. — Оказался в ней, подумал про бал, вот и вспомнилась песенка про бал. Все нормально. — И, подумав, добавил: — Кстати, разговаривать с самим собой тоже совершенно нормальное, распространенное явление.

Дверь второй спальни, в отличие от первой, была закрыта. Не было ничего удивительного в том, что старые половицы в коридоре заскрипели под его ногами, но, когда раздался скрип, по спине у Деклана пробежал неприятный холодок.

Вслед за этим ощущением пришла растерянность. Деклан мог поклясться — он чувствовал нежный аромат цветов. Это был запах лилий, украшения свадеб и непременного атрибута похорон. Он словно видел их: в высокой хрустальной вазе, чистые, белоснежные, как наряд невесты, однако было в них что-то смутно зловещее…

Но тут же растерянность сменилась раздражением. Прежде чем переезжать в Новый Орлеан, Деклан отправил в свой новый дом кое-какую мебель, в том числе кровать. Четко объяснил, куда ее поставить: в хозяйскую спальню — ту, что с видом на сад, дубовую аллею и пруд вдалеке.

Но эти идиоты все перепутали — поставили мебель не в ту спальню! Придется ему либо двигать тяжеленную кровать самому, либо устраиваться на ночлег в этой комнате.

Он распахнул дверь — и в нос ему ударил головокружительный аромат. Потрясенный, Деклан понял, что в комнате стоит чужая мебель. Незнакомая кровать — двуспальная, застеленная синим покрывалом. Резная шифоньерка, высокий, черного дерева комод с множеством ящиков. Дерево блестело, и сквозь благоухание лилий пробивался запах воска. Ноги у Деклана подкосились, когда на изящном туалетном столике он заметил букет лилий в высокой хрустальной вазе. А рядом — изящный стульчик с голубой и розовой вышивкой на тканой спинке.

Серебряные гребни, брошь-часики, увенчанную золотыми крылышками. Синие кружевные шторы, мерцающий свет газовых ламп. На спинку стула небрежно брошен белый женский пеньюар. Свечи на камине, старинная фотография в серебряной рамке…

Все это он увидел в одно мгновение, словно при свете вспышки. Но, прежде чем успел осознать, что происходит и как такое возможно, комната уже была пуста и темна, а в окна хлестал дождь.

— Господи Иисусе! — Деклан покачнулся и схватился за дверной косяк. — Что за дела?

Он втянул в себя воздух. Пахло пылью и гнилью — и больше ничем.

Игра воображения, решил Деклан. На самом деле он ничего не видел, никаких запахов не чувствовал. Просто очень живо вообразил, как должна была выглядеть эта спальня сто лет назад. Поддался очарованию этого дома, вот и разыгралось воображение.

Однако переступать порог и входить в комнату ему почему-то не захотелось.

Деклан прикрыл дверь и направился в угловую спальню. Мебель его стояла здесь — все, как он заказывал; и при виде любимой чипендейловской кровати Деклан с облегчением перевел дух, вдруг осознав, что все это время задерживал дыхание.

Пожалуй, единственное, в чем они с матерью сходились, была любовь к антиквариату, к предметам старины, хранящим на себе следы прошлого.

Массивную односпальную кровать без всяких украшений Деклан купил вскоре после того, как они с Джессикой разорвали помолвку. Точнее, после того, как он разорвал помолвку, напомнил он себе, ощутив привычный укол вины. Тогда он решил начать жизнь с чистого листа и начал с новой мебели для спальни.

Холостяцкую кровать Деклан выбрал не только потому, что не собирался обзаводиться семьей, его с первого взгляда привлек ее стиль: массивность и строгость линий, резьба в изголовье и изножье, несколько секретных ящичков, изогнутые ножки. Рядом стенной шкаф с отделениями для телевизора и стереосистемы, по обеим сторонам кровати — две лампы в стиле ар-деко: Деклану нравилось смешение стилей.

И теперь, видя знакомые вещи в просторной спальне с внушительным камином из темно-зеленого камня, с высокими дверями на галерею, с выцветшими обоями и выщербленным от времени полом, он чувствовал, что снова становится самим собой.

К спальне примыкала гардеробная. «Не забыть купить смокинг и белые перчатки!» — усмехнулся Деклан. В ванной он поморщился: кто-то из предыдущих владельцев, видно, переоборудовал ее по моде семидесятых годов — выкрасил в ядовито-зеленый цвет. Что ж, главное, водопровод работает и есть горячая вода.

Сейчас он пройдется по третьему этажу, посмотрит, что там, а потом залезет в ванну цвета авокадо и как следует отмокнет после десяти часов в дороге.

Деклан поднялся наверх. Мелодия вальса снова зазвучала в голове, но Деклан не возражал: с музыкой становилось как-то веселее, как будто он не один в пустом доме. Нет, не то чтобы ему было не по себе, но…

«Отшумело, отмечталось, отболело, отцвело. Что же было, что осталось? Ничего…»

Лестница, ведущая на третий этаж, была узкая. На этом этаже, скорее всего, обитали дети и слуги: ни тем, ни другим роскошь не требовалась.

«В крыло слуг загляну попозже», — подумал Деклан и направился туда, где, по его представлению, должна быть детская, чуланы и выход на чердак.

Он протянул руку к медной дверной ручке, потускневшей со временем. И в этот миг леденящий холод пронесся по коридору. В изумлении Деклан увидел, как у него изо рта вылетает облачко пара.

Он взялся за ручку, но вдруг к горлу подступил приступ тошноты, такой сильный, что пришлось задержать дыхание. Голова закружилась, на лбу выступил холодный пот.