Шрифт:
Историческая справка
Впервые слово андроид стали произносить греки. Андрос — вот как выглядело это слово. Мужественный. Это было первое значение этого слова. Только самых сильных и смелых называли Андрос. Слабый не мог претендовать на это имя. Со временем слово приобрело несколько других значений. Даже женщин иногда называли — Андрос, если они были сильными, смелыми, подобными мужчинам в своей силе. Далее слово Андрос приобрело немного другой оттенок и в языках других народов превратилось в слово Андроид — мужеподобный, человекоподобный. В современном мире Андроидами называют человекоподобных роботов.
Слово и понятие Робот придумал и впервые и ввёл в литературу, да и в разговорный язык, чешский писатель Карел Чапек в соавторстве со своим братом Йозефом в пьесе «Р.У.Р» — «Россумские универсальные роботы», в 1921 году.
Далее в литературе очень часто стали употреблять слово робот. Писатели описывали роботов как механических пауков, человекоподобных созданий, как ящики со способностями передвижения и обработки информации, выполняющих разную работу, в том числе и самую опасную. Позднее появился в литературе термин — робот-андроид, который прочно закрепился за человекоподобными машинами позднее.
Так было до тех пор, пока в 2000, в корпорации HONDA не создали первого в мире робота-андроида АСИМО, названного так в честь знаменитого писателя Айзека Азимова, который большую часть своего литературного творчества посвятил роботам андроидного типа и придумал Законы Робототехники. Азимов, можно сказать, стал едва ли не единственным автором, предложившим нам то, как будет выглядеть робот будущего. Его романы во многом оказались пророческими.
Тем временем, год от года, качество АСИМО росло, рос его интеллект, появлялись новые модели. В 2007 году на всемирной выставке ЕХРО, Осакский университет совместно с корпорацией KOKORO представили андроида нового поколения — «Актороид».
Далее история роботов разворачивалась более стремительно. В 2012 году группа товарищей из Новосибирска представила на суд общественности андроида «Сибиряк», а на следующий год уже более совершенная модель, покрытая пеноплотью (искусственным кожным покровом), отправилась на выставку ЕХРО-2013 самостоятельно. В этом и был самый грандиозный эксперимент.
2030 год — массовое производство андроидов шестью корпорациями — «Сибтэк», «Хонда роботикс», «Бош», «Силтэк текнолоджикс», «Пирамид электроникс» и «Синь-Нань роботекнолоджис». Россия, Япония, Германия, США, Франция и Китай.
2089 год. — Андроиды становятся военнослужащими.
2093 год. — Первый полёт за пределы Солнечной системы, пилотируемый андроидами.
2146 год. — Открыта планета Сестра в созвездии Ориона. Первый вступивший на поверхность планеты — андроид.
2367 год. — На каждого человека приходится сто восемь андроидов разной принадлежности и специализации.
Мир уже не тот, что раньше, роботы уже неотличимы от людей, хотя если захотеть, можно найти разницу. Уже давно применяются роботехнологии в медицине. Повреждённые конечности заменяют протезами неотличимыми от настоящих. Но человек всегда стремится к большему. Он создал робота. Но робот, это просто механизм. Следующим поколением должен стать киборг. Кибернетический организм с биологической составляющей — симбиоз механизмов и живых тканей. Только вот вопрос — кто захочет такой жизни? Жизни в теле робота? Жизни, в которой уже не будет ничего человеческого — любви, секса, эмоций. Не будет ничего, что было раньше. Или будет всё, включая долгую, очень долгую жизнь?
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
На грани
Солнце медленно опускалось за небоскрёбы мегаполиса, меняя свой яркий, блистающий бело-жёлтый цвет сначала на розоватый, а потом на густой ярко-красный, переходящий в карминовый. Тени от зданий удлинялись, постепенно затеняя улицы. До того, как солнце полностью скроется за горизонтом, было ещё два часа, но в городе темнело раньше. По мере того как улицы поглощали сумерки, включалось освещение, зажигались огни рекламы, окна офисов и витрины магазинов озарялись декоративной подсветкой. В городе наступал новый день, искусственный. День в ночи.
Потоки транспорта поредели, пешеходов становилось меньше. На пару часов жизнь в городе немного замирала, а потом вновь начинала бурлить, кипеть. Жизнь особая, ночная. Двери баров и ночных дискотек будут нараспашку, по улицам в огнях неона реклам будут мчаться шикарные авто с элегантно и дорого одетыми девушками в салонах. К ресторанам будут подъезжать навороченные лимузины, мужчины в солидных костюмах под руку поведут своих дам на ужин. Молодёжь стайками станет стекаться к входам дискотек и дансинг-клубов. Парни начнут хвастаться своими байками и «прокачанными» электромобилями и приглашать девчонок прокатиться. Девушки будут строить парням глазки, ломаться и делать вид, что они неприступны. Но всё это будет. Будет, как только наступит ночь.
Александр шагал к станции метрополитена своим обычным маршрутом. Два квартала до перехода, переход на другую сторону улицы, ещё полквартала до спуска в метро. Обычный такой маршрут, которым он ходил уже два года. Ему нравилось ходить пешком. Нравилось, несмотря на то, что он мог позволить себе купить вполне приличный электромобиль. Движение это жизнь. Так когда-то сказал кто-то из мудрецов древности. Александр не хотел быть похожим на своих приятелей — коллег по работе, заплывших жиром и высчитывающих месяцы и дни до очередной операции по дегидризации организма. Они крутили пальцем у виска за его спиной, недоумевая, зачем отказывать себе в пиве и креветках, сладких пирожках в перерыве, жирной курице на ужин, хорошего куска свиной отбивной на ночь. Они не понимали, зачем он через день ходит в спортзал, в выходные едет на природу за город, а отпуск проводит в турпоходах. Они не понимали, почему он, человек, получивший в наследство несколько миллионов, работает простым программистом. И самой большой загадкой для них были его пешие прогулки после работы. Зачем? Ведь если допустить, что ты не хочешь иметь свой электромобиль, можно ведь пользоваться такси!
Александр знал всё это и про себя посмеивался над своими коллегами. Пусть их. Лично для себя он выбрал стиль жизни в движении. Ведь движение это жизнь!
Мать умерла, когда маленькому Александру было всего четыре года. Воспитанием занимался отец, который с годами стал восприниматься не просто как родитель, а как непререкаемый авторитет, пример для подражания, а в более старшем возрасте и как лучший друг.
А пару лет назад отец умер, оставив приличное состояние. Но ни деньги ни особняк Александра не радовали, а потому он три месяца прожил в родительском доме, а потом перебрался на другую планету — на Росу. Туда, куда отец его возил несколько раз на экскурсии и была родом мать.
Умеренный климат, множество водоёмов, гор и просто «неизведанных» земель привлекала его. Он любил путешествовать. Ему нравилось совершать долгие пешие переходы, карабкаться в гору, спускаться в ущелье. Нет, профессионалом он не был, лишь прикоснулся к экстремальному виду отдыха. Он желал движения, свободы перемещения, ветра в волосах. Движение это жизнь.
Вот и переход. Архаичная «зебра», светофор в стиле аля-двадцатый век. Единственное, что было добавлено самим временем это поднимающиеся из асфальта сантиметров на двадцать, толстые металлические прутья, которые предотвращали наезд транспорта на пешеходов. Таких переходов в городе сохранилось всего пятнадцать или двадцать, и все они были в центре. Дань культурно-историческому облику центра, как говаривали по теле отцы города, Росу колонизировали одной из первых пяти планет.