Чтение онлайн

Теперь уже вдвоём, наследник из Уммланда и его первый министр, наблюдали как не только мужчины, но и присоединившиеся к ним дамы, которые просто вздевали свои одеяния себе на голову и мигом усевшись в кустах или на свободную вазу освобождались от распиравшей их обузы - все вместе удобряли парк где и как придётся, отчего он стал походить на идеальный пейзаж, покрывшейся тысячей чёрных или оранжевокоричневых пятен. Низовая знать сейчас напоминала Тудджерри мух, что пакостят на полотне изумительно красивой картины.

Часть низовой знати, оправившись после первого потрясения, натягивала скорее штаны и вприпрыжку бежала прочь из стен столь страннопринимающего поместья.

Однако новые позывы их усмиряли и они внове, если успевали, присаживали прямо возле карет своих более высоких, по титулам, коллег.

Некоторые из рыцарей всё же успевали замарать свои штаны и теперь вышагивали под несмолкаемый хохот служек и поварят, "деревянным маршевым шагом героев на параде".

– -Что происходит?!
– вопил в ужасе Лиутпранд, когда к нему на террасу стали выходить герцоги и графы, и утверждать что ни вышагивать фигуры на балу, ни находиться далее в пиршественной зале, стало совершенно невозможно из за спёртого невероятно воздуха там и подлейшего ветра, что нагоняет непойми что, в помещения дворца...

Часть высокой знати уже вежливо отпрашивалась и просила разрешения у хозяина покинуть данное мероприятие, а увидев с высоты террас как кто то усевшись, гадит прямо на колёса их собственных карет, в шоке хватались за свои изукрашенные каменьями и золотом парадные мечи и вприпрыжку бежали вниз, дабы скорее наказать вместе со слугами столь дерзкого обидчика.

Произошли схватки между чуть державшимися на ногах рыцарями и баронами из "нижнего стола" и герцогами и графами и их свитами - из верхних апартаментов.

Обессиленные мелкие аристократы почти всегда проигрывали своре слуг и самому герцогу, и были нещадно биты палками или исколоты, впрочем не до смернти, кинжалами и мечами.

Случился ненароком пяток трупов и с сотню раненных. Тудджерри заламывал руки, понимая что сейчас, когда появились убитые со стороны знати, пускай и бедной, низовой - замять скандал уже не удастся и вскоре о позоре устроителей на балу будут шептаться на всех уголках: вначале столицы, а со временем и всей империи!

Слуги сообщили Лиутпранду и Тудджерри о прибытии столичной стражи и оба устроителя бала лишь махнули руками и пошли во дворец, из которого уже массово выскакивали оставшиеся высокие знатцы и коротко извинившись - бежали в свои, обгаженные бедными баронами и рыцарями, кареты, что бы поскорее покинуть данный странный вертеп, что устроили провинциалы из Уммланда в столице империи.

– -Да они никогда настоящих балов и не видали, видимо даже у деда своего не присутствовали...
– проговорил уверенным тоном один граф толстяк и усадив своих жену и дочерей в огромную, под стать ему, пузатую карету - приказал немедля ехать прочь из города, в поместье на природе над рекой: "Дабы надышаться воздухом, после всего данного смрадника в замке у Лиутпранда!"

Виновники всего переполоха, Шильд и Марк, тем временем уже успели покинуть территорию особняка Лиутпранда и наблюдали с соседней улицы все происходившие события.

Когда около сотни рыцарей, со странно оттопыренными штанами, буквально взяли штурмом ворота особняка вице-короля Уммланда и заставили стражу их отворить, грозясь в противном случае снять свои одеяния и прилепить их на головы сопротивляющимся привратникам - за ними вслед, неприлично хохоча и ругаясь на чём свет, выскочили на улицы города и здоровяк Шильд с крохой Марком и теперь, наблюдая за потоком карет высокой знати что улепётывала из "гадюшника" наследника Лиутпранда и сотен низовых рыцарей и баронов, которые выбирались, избитые слугами графов или обессиленные своими телесными позывами, данная пара агентов Дезидерия вновь веселились вовсю!

Проказа сотворённая ими была проста: Шильд, в своём кожанном поясе - пронёс желеподобный сверхрасслабляющий состав и смог, пропоров данный пояс-бурдюк на кухне ножом - влить данное зелье в единую посудину для крема, что засовывали в пирожные или торты для "нижнего стола", а чаще всего просто как зря накладывали сверху них: и так сожрут попрошайки знатные!

Когда голодные до редкостей гости, из мелкой аристократии, вмиг расхватали пирожные и с удовольствием их запили сразу несколькими винами и заели свежими фруктами - оставалось лишь ждать результата.

Который полностью оправдал все надежды "проказников": рыцари и бароны, вместе со своими спутницами, буквально заняли все доступные и не очень места и принялись опорожнять свои желудки. Остановиться они не могли и многие испачкали собственные парадные одежды, не успев от них вовремя освободиться.

Слуги на балу, было сунувшиеся с дежурным "Чего изволите?"- вынужденны были спасаться бегством и искать помощи у руководства, в лице Тудджерри.

Что делать с такой прорвой "перегнойников" - никто из них просто не знал, и как на это реагировать - тоже.

Все тропинки парка, вазы, кусты, аллеи цветов - всё было загаженно гостями из мелкой аристократии и слуги Лиутпранда, не привыкшие к подобному проявлению чудачеств у приглашённой знати - просто боялись к страдальцам подходить.

Особенно после того как одна разревевшаяся дама схватила в ладошку землю со своими выделениями и кинула "этим" - в сторону одного из служек, проклиная его словами подошедшими скорее для уст семидесятилетнего пирата, чем юной хрупкой баронессы.

Низовая знать покидала особняк вице короля Уммланда отравленная и избитая, униженная и оскорблённая, и явно в сторонники Лиутпранда ближайшие дни переходить не собиралась, скорее ненавистники.

Высокая знать - посчитала что правитель Уммланда такой же идиот как и его отец Хад, и всем заправляет банкир Тудджерри, который видимо оказался редким ворюгой и вместо устроения отхожих мест, по науке, в поместье, просто вырыл выгребные ямы, как у крестьян во дворах, которые и помешали нормальному проведению всего мероприятия...

Все были недовольны и проклинали день и час когда согласились участвовать в подобном безумии.

Столичные жители уже с утра переиначили бал у Лиутпранда как "Перегнойные пляски" или как похлеще, и теперь изголялись словесами по поводу знати там присутствующей и того, что всегда происходит в особняке этого наследника.