Ниша
Шрифт:
– Оглянись, - говорит она.
Обернувшись, Баллард видит скользящего к ним глубоководного угря. Он извивается в воде беззвучно, как бурая струйка дыма, и конца ему не видно. Из темноты уже показалось несколько метров змеевидного тела, но Кларк все еще не различает хвоста.
Баллард достает нож. Кларк, помедлив, повторяет ее движение.
Челюсть угря откидывается гигантским зубчатым ковшом. Баллард, подняв нож, делает движение ему навстречу. Кларк удерживает ее:
– Подожди минуту. Он не нападает.
До пасти угря осталось не больше десятка метров. Теперь из сумрака показывается и хвост.
– Чокнутая!
– Баллард, не отрывая взгляда от чудовища, отстраняется от протянутой к ней руки.
– Может, он не голоден, - говорит Кларк.
Ей уже видны глаза: два крошечных немигающих огонька на конце рыла.
– Они всегда голодны. Ты что, проспала лекцию? Угорь закрывает пасть и обходит их. Тело выгибается
над головами огромной аркой. Потом он поворачивает голову назад и открывает пасть.
– К черту!
– кричит Баллард и нападает.
Первый же удар вспарывает бок чудовища метровой раной. Угорь мгновение разглядывает Баллард, словно остолбенев от удивления. Потом мучительно содрогается.
Кларк, не двигаясь, наблюдает со стороны.
«Почему бы ей не оставить его в покое? Отчего ей всегда не терпится доказать, что она лучше всех?»
Баллард наносит второй удар - на сей раз по большому вздутию посредине тела, видимо заменяющему твари брюхо.
Она открывает выход из него, и из прорези вываливаются две большие рыбы-змеи и еще какое-то нелепое существо, неизвестное Кларк. Одна рыба-змея еще жива и очень зла. Она цапает зубами первое, что оказывается перед ней.
Баллард. Сзади.
– Лени!
Нож Баллард наносит резкие удары. Рыбина распадается на части, но челюсти ее не размыкаются. Бьющийся в агонии угорь задевает Баллард, и та кубарем летит на дно.
Кларк наконец начинает двигаться.
Угорь опять налетает на Баллард. Кларк подныривает под него и за руку оттаскивает напарницу подальше от судорожно сжимающихся колец.
Баллард безостановочно втыкает и снова вскидывает нож. От рыбы-змеи остались жалкие клочья, уцелела одна голова с жабрами, но зубы держат все так же цепко. Баллард пытается извернуться назад, но до головы ей не дотянуться. Кларк заходит сзади и берет рыбью голову в руки. Глаза злобно и бессмысленно пялятся на нее.
– Добей ее!
– визжит Баллард.
– Ради бога, чего ты ждешь?
Кларк, зажмурившись, сжимает кулак. Череп лопается в руке, как пластмассовый мячик. Тишина.
Чуть погодя она открывает глаза. Угорь исчез, удрал во тьму, чтобы там залечить раны или умереть. Но Баллард никуда не делась, и она очень сердита.
– Что с тобой такое?
– возмущается она.
Кларк разжимает ладонь. Кусочки кости и студенистая плоть всплывают над ее пальцами.
– Тебе полагается прикрывать мне спину! Что за странная пассивность?
– Извини.
– «Иногда это помогает». Баллард ощупывает себе спину.
– Мне холодно. Она, кажется, прокусила мне «кожу». Кларк заплывает ей за спину и присматривается.
– Да, пара проколов. А в остальном ты как? Ничего не сломала?
– Она прокусила «кожу», - рассуждает Баллард сама с собой, - и этот угорь мог… - Она оборачивается к Кларк, и в ее голосе, как бы он ни был искажен, явственно слышатся страх и неуверенность.
– Меня же могли убить. Я могла погибнуть!
На миг Кларк чудится, что Баллард предстала перед ней неприкрытая линзами, второй кожей и самоуверенностью. И все ее слабости оказались на виду, подобные тонкой паутине трещин.
«Значит, и тебя можно достать, Баллард. Не все тебе забавы да игрушки. Теперь будешь знать. Больно, да?»
В глубине ее души загорается искорка сочувствия.
– Все в порядке, - говорит Кларк.
– Понимаешь, Жан-нет, это…
– Идиотка!
– шипит Баллард. Она щурится на Кларк, как злобная слепая старуха.
– Плавает тут как ни в чем не бывало! Это из-за тебя!
Но Кларк уже снова настороже. Миг слабости миновал, и как раз вовремя.
«Это не просто злость, - думает она.
– И не минутная вспышка. Я ей не нравлюсь. Вовсе я ей не нравлюсь.
И никогда не нравилась».
Станция «Биб» парит над морским дном на причальном канате. Серая, как пушечный металл, планета со светящимся прожекторами экватором. На южном полюсе - шлюз для подводных пловцов, на северном - причальный док для батискафов. Между ними крепления и якорные канаты, трубки и кабели, металлическая броня и Лени Кларк.
Она выполняет рядовой визуальный осмотр корпуса: стандартная еженедельная процедура. Баллард внутри, проверяет оборудование отсека связи. Это не слишком соответствует духу командной взаимопомощи, но Кларк так удобнее. В последнюю пару дней отношения между ними укладываются в границы вежливости, временами Баллард даже возвращается к своему фирменному дружелюбию, но чем больше времени они проводят вместе, тем напряженнее становится атмосфера. Кларк уверена, что рано или поздно кто-нибудь да сорвется.
К тому же здесь, в пустоте, одиночество так естественно.
Она проверяет стык кабеля, когда на свет выныривает морской черт, длиной около двух метров и очень голодный. Он, разинув пасть, бросается прямиком к прожектору на корпусе. Несколько зубов обламываются о хрустальный колпак. Морской черт корчится, задевая корпус хвостом, и уплывает, скрывается в темноте.
Кларк как зачарованная провожает его взглядом. Морской черт, отплыв в темноту, где его почти не видно, мечется взад и вперед и вдруг нападает снова.
Прожектор легко отражает атаку. Гораздо больше страдает сам агрессор. Огонек на конце «удочки» - червеобразного выроста спинного плавника - яростно вспыхивает.
Рыба снова и снова бьется о прожектор, пока наконец не опускается без сил на илистое дно.
– Лени? С тобой все в порядке?
Кларк ощущает слова как жужжание под подбородком. Она нашаривает переключатель связи.
– Я в порядке.
– Снаружи донеслись какие-то звуки, - объясняет Баллард.
– Я просто хотела убедиться…